Чтение онлайн

Блин.

Поняв, что банальная прогулка грозит превратиться в настоящий смотр, потому что вскоре люди начали просто выходить из палаток навстречу, я мысленно ругнулась и поискала, как бы прокрасться так, чтобы никому не попасть на глаза. Но тщетно - скаронов тут были многие тысячи. И все - Старшие Кланы. Поэтому, если кто и не успел проснуться к моему приходу, то добросердечные друзья и родственники тут же скинули по общей "сети", и народ поспешил привести себя в порядок. Как уж они при этом успевали одеться и показаться нам с Лином в полной боевой экипировке, понятия не имею. Разве что могу предположить, что спали прямо в бронях. А когда услышали, что я иду, мигом подскочили, нахлобучили шлемы, и нате вам - выставились на обозрение во всей своей красе.

В общем, нетрудно себе представить, какой перед моим появлением царил в палатках шухер. И в каком количестве выходили навстречу скароны, стремясь оказать мне положенное по статусу уважение. Среди них были Алые, Сапфиры, Изумруды... откуда-то сбоку неслышно выходили Адаманты, вокруг некоторых из которых от вполне объяснимого волнения начинала клубиться первородная Тьма. Их было столько, что у меня очень скоро зарябило в глазах. А шея стала просто отваливаться. После чего я остро пожалела, что не промчалась через эту часть лагеря верхом, и принялась особенно внимательно подыскивать какое-нибудь укромное местечко.

Наконец, таковое сыскалось - после почти целого часа блужданий и моих приглушенных ругательств, вызванных самим фактом упорных поисков. А также - четким пониманием того, что среди скаронов меня совершенно точно никто не потеряет, потому что наш путь был красноречиво отмечен рядами выстроившихся в боевые порядки воинов и множеством преданно горящих глаз, которыми нас провожали со всех сторон.

"Ну как?
– ехидно осведомился шейри, когда кажущиеся бесконечными палатки, наконец, закончились и перед нами показалась невысокая холмистая гряда, за которой начинался лагерь валлионцев.
– Нравится быть Иштой?"

Я нервно дернула щекой.

"Нет".

"Может, подальше уйдем?
– со смешком предложил Лин, оглянувшись назад и увидев, что хоть за нами никто не пошел, но проводили очень внимательными взглядами.
– Вдруг они решат напроситься в гости?"

"Не решат. Для этого они слишком хорошо воспитаны. Правда, если братики решат выяснить, в какой именно стороне мы с тобой решили встретить рассвет, на нас тут же укажут пальцами".

"Тяжело бремя славы, - лицемерно вздохнул демон, изучающе глядя на какую-то скалу.
– Вот так доживешь до старости, а потом не будешь знать, под каким кустом присесть. Потому что как только решишь, что остался один, как из-под земли обязательно кто-нибудь выскочит и громко спросит, чего тебе надобно".

Я фыркнула. А потом и сдержанно усмехнулась, потому что сравнение он подобрал удивительно точно. Пожалуй, рядом со скаронами надежно, но при этом довольно хлопотно. При том, что они вроде как не навязываются, не лезут в душу, не бегут со всех ног навстречу, чтобы услужить или вякнуть какую-нибудь льстивую глупость. Однако я и к такому изъявлению уважения не больно-то привыкла. Поэтому их молчаливое почтение, смешанное с отчетливой вопросительной интонацией в устремленных на меня взглядах, доставляли определенные неудобства. Хотя, возможно, кому-то приходилось гораздо хуже. И вообще, кто-то мог сказать, что я шибко привередничаю.

"Конечно, привередничаешь, - согласился Лин, подслушивающий, как всегда, мои мысли.
– Но я тебя понимаю. Иногда мне тоже хочется побыть одному, а продуваемая всеми ветрами палатка в центре огромного лагеря для этого явно не подходит".

Я молча кивнула, в который раз отметив, что он удивительно точно научился озвучивать мои ощущения.

Потом мы вместе изучили со всех сторон примеченную скалу, расположившуюся шагах в ста от последней палатки. Быстро огляделись по сторонам. Убедились, что мчаться нам наперерез с воплями: "Стойте! Куда же вы?!" или "Что же вы делаете?!" - никто не собирается. Дружно хмыкнули, порадовались суровым традициям скаронов. А потом, прицелившись, бодро взлетели наверх, намереваясь хотя бы какое-то время побыть одни.

Честно признаюсь, иногда мне просто необходимо остаться в одиночестве. Бывает такое настроение, когда никого, даже самых близких друзей, не хочется видеть. На время, конечно, но это время еще нужно выкроить. А мне в последние дни особенно не хватало тишины и покоя.

Лин прекрасно это чувствовал. Но, поскольку он для меня был даже ближе, чем друг или брат, поскольку я уже привыкла воспринимать его, как часть себя, то совсем не возражала против его присутствия. О чем он, разумеется, тоже знал и, как мне кажется, испытывал от этого понимания какую-то особенную, необъяснимую, но самую настоящую гордость.

Забравшись на самый верх, мы бок о бок уселись на краю скалы, свесили ноги вниз (ну, это я свесила, а он просто улегся рядом) и неподвижными взглядами уставились на медленно озаряющуюся солнечными лучами Степь.

Рассвет всегда красив, в каком бы мире он ни происходил и какие бы события этому ни предшествовали. Он бывает разным - золотым, розовым, даже кровавым. Но при этом неизменно привлекает взгляды той самой удивительной красотой, которая выдает истинное, ничем не замутненное совершенство. Которая каждый раз напоминает о том, как это было на заре времен. И ненавязчиво возвращает к мысли, что каждый день с первыми лучами солнца небо словно бы рождается заново. Точно так же, как и тогда, когда в едва созданный мир пришел Творец и громко повелел: "Да будет свет!"

Трудно сказать, почему меня всегда привлекал этот мимолетный миг, когда ночь неохотно уступает приближающемуся утру свои позиции, и небо внезапно освещается невидимым прожектором. Эти длинные золотистые стрелы, достающие, казалось бы, до другого края мира... пугливо прячущиеся от них тени... настойчиво наступающий свет, вырывающийся из-за горизонта целыми снопами... а потом кульминация этого великолепного спектакля, когда величественное, божественное, живительное солнце медленно и спокойно выплывает издалека, с каждым мгновением освещая все большие пространства, даря им свет, неся с собой жизнь, пробуждение и принося слабую надежду на то, что все будет хорошо. Ту самую надежду, от которой я опрометчиво отказалась и которой, как внезапно выяснилось, мне сейчас остро не хватало.

"Красиво, - зачарованно вздохнул Лин, неотрывно следя за разыгранным для нас двоих театром красок.
– Аллар... как же это все-таки красиво!"

Я подтянула колени к груди, обхватила их руками и, не мигая, уставилась на краешек выглядывающего из-за горизонта золотого диска.

"Ты прав. Настоящая красота всегда такая - совершенная, дивная, невероятная... и почти незаметная, если ты не умеешь ее видеть в каждом дне, каждом движении и каждом простом событии, из которых складывается твоя жизнь. Я тоже об этом едва не забыла. Но сейчас сижу тут и думаю: нет, Лин, пожалуй, я никогда от этого не откажусь. И больше не буду заставлять себя от нее отворачиваться. Это делает меня ущербной. Лишает воли. Превращает в самую настоящую тень, несмотря на то, что внешне я еще живая. Когда все закончится, я обязательно постараюсь заново научиться ее видеть, Лин. Без этого, кажется, от меня будет мало проку".

"А почему не сегодня?
– внимательно посмотрел он.
– Зачем тянуть так долго?"

"Потому что сегодня я еще не готова вернуться, - прошептала я, неотрывно глядя на яркую полоску света на горизонте.
– Сегодня у меня нет для этого сил. Но когда-нибудь они вернутся, Лин. Ничто не длится вечно. А со временем я научусь этому заново и когда-нибудь опять оживу".

Лин положил голову на мое плечо и низко склонился, тихонько дыша мне в шею. Могучий, необычный, но очень преданный друг, который, я знала, никогда меня не предаст. Он больше ничего не добавил, мой странный попутчик и удивительный ангел-хранитель. Просто прижался крепче и застыл, позволяя молча наслаждаться рассветом и одним своим присутствием давая понять, что даримые солнцем надежды отнюдь не беспочвенны. И что когда-нибудь... быть может, даже через несколько лет... со мной действительно все станет хорошо.