Чтение онлайн

Странно, наверное, видеть такое проявление чувств от того, кто был рожден Тенью, и воспринимался абсолютным большинством населения этого мира, как жуткое создание ночи. Но мне все равно - Лин давно стал для меня чем-то гораздо большим, чем друг. Ближе, чем брат. Роднее и важнее, чем даже Тени. Он всегда меня поддерживал. Всегда неустанно берег. Держался рядом, даже когда это было невыносимо. И он все сделал для того, чтобы я была счастлива. Охотно принял, как свои, мои нехитрые радости. Разделил со мной боль. Терпеливо сносил все мои... порой - не самые умные и чистые... мысли. Он просто жил так, как умел. И просто, как умел, неусыпно стерег мой покой.

Казалось бы, чего необычного?

Но, боже мой, кто бы знал, как я ему за это благодарна!

Сидя на краю скалы и мерно болтая ногой, я тихонько мурлыкала себе под нос давно позабытую мелодию. Вполголоса, почти неслышно, но зато с невероятным чувством и с полным пониманием того, что именно и зачем я пою.

Так странно. Так необъяснимо и непонятно. Но почему-то хорошо... боже, кто бы знал, как мне сейчас было хорошо! Тихо, покойно, расслаблено. Пожалуй, давно со мной такого не было. Давно в душе не царило столько умиротворения. И давно уже ставшая привычной тоска посрамлено не уползала прочь так глубоко и надолго.

Не знаю уж, что на меня нашло, но слова чужого языка ложились на знакомый мотив плавно и легко, как никогда. Полностью отвечали моему внутреннему состоянию. Озвучивали его. Дополняли. Но, главное, мне никто не мешал это делать. Никто не шаркал за спиной сапогами, не ворчал, не скрипел и не намекал на то, что, дескать, у меня плохо получается. Один только Лин смирно лежал под боком. Такой же спокойный и умиротворенный, как и его ненормальная хозяйка. На первый взгляд, он даже дремал, изредка шевеля мохнатыми ушами, но мне почему-то казалось: слушает. Причем, очень внимательно, словно чужой язык был ему очень хорошо знаком.

Я улыбнулась и сменила мотив.

Гм. А вот теперь он встрепенулся и поднял голову, изучающе глядя на меня снизу верх. Так, словно бы действительно понял, о чем я пою. Но он прав - это о нем. О моем единственном ангеле-хранителе, которому я доверяю беречь свою израненную душу. Ведь только он понимает меня по-настоящему. Как ни странно, всегда понимает. И почему-то считает своим долгом не только разделять мою радость, но и боль принимать так, как если бы она была его собственной.

Лин - удивительное существо. Преданное. Любящее.

И, конечно же, эта песня только о нем.

Оп-ля. А это что еще за новости?!

Вздрогнув от неожиданно раздавшегося за спиной тихого, чуть хрипловатого голоса, я ошарашено повернулась и в немом изумлении уставилась на невесть откуда взявшуюся Тень, зачем-то решившую прервать мой бенефис. Причем, пел он на всеобщем, легко перекладывая русские слова на родной язык. Но пел так, что я поневоле обмерла и только через пару мгновений успокоено расслабила плечи.

Да и чего удивляться? После того, как он охотно покопался в моей памяти, надо думать, что и русский стал ему хорошо знаком. Как и Лину, впрочем. И надо думать, что после второго куплета мой персональный демон недовольно рыкнул, привстал и негодующе уставился на издавшую ехидный смешок Тень.

Еще бы. Такой гнусный намек он не мог не проигнорировать.

Я успокаивающе положила ладонь на холку шейри, но тот неожиданно не смирился. А вместо того, чтобы с достоинством отвернуться, вдруг решительно тряхнул головой, открыл рот и...

– Подставлю ладони - ты болью своей наполни,

Наполни печалью, страхом бурь и темноты.

И ты не узнаешь, как небо в огне сгорает,

И жизнь разбивает все надежды и мечты...

Бли-и-и-ин!

Вот уж когда я по-настоящему оторопела.

Оказывается, мой талантливый демон умеет петь! Да как петь!! Не знаю, что уж он умудрился сделать со своим горлом, но таким голосом нужно в церковный хор проситься! Невероятно! У Лина оказался такой потрясающий баритон, что если бы не внешность, то можно было влюбиться без памяти! Заочно! Потому что он оказался настолько насыщенным и чистым, что даже призрак удивленно хмыкнул. Причем, Лин, пока исполнял свое потрясающее соло, так выразительно буравил его желтыми глазищами, что стало ясно - гнусные инсинуации насчет демонов он воспринял на свой счет. И ответил так, чтобы даже наглая Тень осознала, что шутить подобными вещами не следует.

Правда, если нас хоть кто-то слышал (а в Степи голоса разносятся далеко-о-о), то ко мне вскоре появятся новые вопросы. Не от скаронов, нет. Им-то как раз по барабану мои вокальные упражнения. А вот валлионцы... или какие-нибудь хеорцы... хотя плевать. На крайний случай, сделаю вид, что это проделки "Гая". В другое объяснение все равно никто из чужаков не поверит.

Когда последние аккорды отзвучали, и над Степью снова воцарилась благословенная тишина, я с тихим смехом обняла своего пушистого друга и с чувством поцеловала в мохнатую щеку.

– Ты - чудо, Лин! Честное слово, настоящее чудо! Это было потрясающе красиво!

Наконец, демон фыркнул и величественно отвернулся от притихшего призрака. С тем, чтобы гордо улечься обратно на скалу и демонстративно уложить голову мне на колени.

Однако долго наслаждаться покоем нам не дали: стоило мне успокоено подтянуть под себя ноги и расслабиться, как откуда-то снизу настойчиво кашлянули, а потом и голос послышался - низкий, слегка басовитый, поразительно знакомый.

– Э-э... Гай?

Мысленно вздохнув, я повернулась и глянула в ту сторону, надеясь, что примерещилось. Но нет - невесть откуда взявшийся Фаэс никуда не исчез. Стоял себе у подножия скалы, выразительно смотрел наверх и всем видом показывал, что его дело не терпит отлагательств.

– Спустись, пожалуйста. Нам надо поговорить.

Ну, вот. Так я и знала. Кто ему только сказал, где меня искать? Хотя о чем я спрашиваю? Любого скарона в лагере останови, и он безошибочно укажет дорогу.

Снова вздохнув (на этот раз - вслух), я неохотно поднялась и спрыгнула вниз. Высоковато, конечно, но мне было лень обходить острый выступ или спускаться, как приличному человеку. Да и быстрее так. Даром что Фаэс испуганно дернулся и вынужденно отступил, чтобы ему не отдавили ноги.