Чтение онлайн

Остановившись у двери, я повернулся к Егору. Он крепко сжимал мой автомат, и видно было, что держать оружие ему не впервой.

— Ты в армии служил? — спросил я.

Он кивнул и улыбнулся.

— ВДВ.

Ого, неслабо! В десантных войсках абы кто не служит! Отбор туда жесткий, можно сказать сверхчеловеческий. И поэтому слова маленького азиата меня крайне удивили. Не брешет ли? В нем росту-то сколько вообще? Сто семьдесят хоть будет? Однако его глаза не врали, так что я поверил.

— Действуем так. Сейчас я выйду и начну переговоры. Когда скажу — уводи людей за дом, и дальше во дворы. Там вас будут ждать. Понял?

Он кивнул.

— А сам-то?

— А я за вами.

Он посмотрел на меня с сомнением.

— Ты действительно думаешь, что они согласиться отпустить нас в обмен на нее?

— Не знаю, — честно признался я, — но попробовать стоит. По правде говоря, это наш единственный шанс.

К нам подошла Саша.

— Антон, не ходи, — попросила она. — Можем же просто подождать!

— Сидеть и ждать у моря непогоды? — усмехнулся я. — Нет уж! Мы выйдем отсюда, и выйдем победителями!

Не ожидая дальнейших возражений, я распахнул дверь и толкнул свою пленницу вперед. Двор заливал солнечный свет. Метрах в десяти от нас залегло пятеро бандитов, одного из которых я узнал сразу — Илья. Он тоже меня узнал и злорадно осклабился.

Пулемета поблизости видно не было. Похоже, после моего обстрела Варановские всерьез опасались его потерять и убрали подальше.

Я крепко сжал плечо пленницы и приставил пистолет к ее голове. Поступок, конечно, не рыцарский, но обстоятельства вынуждают. Не до донкихотства!

— Она ваш командир! — громко сказал я. — Обмениваю ее жизнь на безопасный проход для нас!

Никто мне не ответил, но и стрелять не стал. Я расценил это как знак согласия и, не оборачиваясь, скомандовал:

— Идите!

Раздались частые шаги. Люди торопились поскорее покинуть опасную зону. Бандиты хмуро наблюдали за этой процессией. Особенно злился Илья. Внезапно он поднял ружье и со словами: «Да пошла эта шлюха!» выстрелил.

Стрелял он не дробью, а пулей. Она прошила живот Нины как нож масло, срикошетила от пластины моего бронежилета, и вновь вонзилось в тело женщины. Следом за первым выстрелом последовал второй, и вместо заложника у меня в руках оказался труп.

На меня посыпался град пуль. Я обхватил безжизненное тело за талию и стал отступать, прикрываясь им как щитом. Пистолет выплевывал пулю за пулей, но стрелял я наугад, по большей части надеясь прижать противника к земле, чем поразить его.

Патроны кончились слишком быстро. Я отшвырнул бесполезное оружие в сторону, продолжая пятиться. Споткнулся обо что-то и чуть не упал. Глянул вниз. Егор. Две дыры в груди, на лице выражение крайнего изумления. Автомат лежал рядом с ним.

Я хотел нагнуться, чтобы взять оружие, но в этот момент левую руку обожгла острая боль. Хватка разжалась сама по себе и успевшее прерваться в решето тело, повалилось на землю.

Следующая пуля попала мне в бедро, и я рухнул, как подкошенный. Кровь хлынула из раны, мгновенно пропитав штанину и заливая все вокруг. В глазах потемнело, но сквозь тьму я увидел, как двое бандитов выкатили из-за машины пулемет, установили его и нацелили в мою сторону.

Все, конец. Допрыгался, Антошка, за своей картошкой! Мне было не страшно умирать. Устал уже, наверное, от этого мира, от борьбы. Или это потеря крови притупила во мне жажду к жизни?

Мне было хорошо, тепло и очень хотелось спать. Все вокруг казалось каким-то нереальным. Сном. Поэтому я совсем не удивился, когда слева с грохотом пронесся танк и встал, загораживая меня своим толстым брюхом. Пули, выпущенные бандитами из пулемета, застрекотали по броне, не принеся машине никаких повреждений. Коротко гавкнул тяжелый пулемет, и очередь «Максима» захлебнулась.

Я лежал, глядя в чистое, сияющее небо, пока взволнованное лицо Татарина не загородило от моего взора это великолепие. Могучая рука оторвала меня от земли, и я оказался на широком плече грузина. До меня доносилось его бормотание: «Вай, дарагой, Вай! Ты толко нэ умэрай, слышэш?».

Мимо прокатил «БРДМ», пробежали люди. Тут были и солдаты, и «Татары» и «Выжившие». Плечом к плечу они шли в атаку на общего врага. Я почувствовал, как губы расплываются в глупой улыбке.

«Все-таки объединил я этих людей! Пусть ненадолго, пусть не прочно, но объединил!».

Это была последняя мысль, посетившая меня перед тем, как пришла тьма.

Я сидел на лакированном деревянном полу. Ярко горели лампы, а из открытых окон дул легкий ветерок, приятно холодя спину. Зал был пуст.

Итак, я умер и попал в ад? Теперь меня ждут непрерывные спарринги с тренером?

Сзади хлопнула дверь, послышались легкие шаги, и ко мне подошла Маша. Я выдохнул облегченно, вероятно небеса смилостивились и за страдания таки отправили меня в рай!

— Привет, Антон! — улыбнулась мне Маша.

— Привет!

— Рановато ты пришел!

— Люблю, когда раздевалка свободна! — хмыкнул я и предложил: — Спарринг?

Девушка встала предо мной, скрестив руки на груди, лицо ее было серьезным.

— Так торопишься умереть?

— Э… Нет, мне жизнь дорога! — сказал я с притворным ужасом.

Она улыбнулась и присела рядом.

— Веселый ты парень, Антон! Я рада, что ты добрался куда хотел.

— Спасибо, я тоже рад. Знаешь, со мной столько всего произошло в последнее время…

— Знаю, — сказала она. — Нелегко тебе пришлось, но все позади, теперь ты можешь отдохнуть.

Поддавшись неожиданному порыву, я наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Ишь, осмелел! — беззлобно сказала девушка и взъерошила мне волосы.

Я лег на спину, заложив руки за голову. Маша смотрела на меня сверху, затем коснулась пальцем моей груди, как уже делала это раньше, и я ощутил уже знакомое тепло.

Не говоря ни слова, она легким движением поднялась на ноги и неторопливой походкой направилась в другой конец зала, где с потолка свисал боксерский мешок.

На полпути она остановилась, обернулась и с грустной улыбкой сказала:

— Тебе пора, Антон.

Я встал.

— Мы еще увидимся?

Девушка кивнула.

— Увидимся, но не скоро. Ты еще не готов.

Я направился к выходу. Повернул ручку, распахнул дверь. Сзади послышались удары, и я остановился, чтобы полюбоваться грациозностью ее движений.

Маша помахала мне рукой на прощание, и я махнул ей в ответ. Затем я отвернулся и шагнул в длинный черный коридор, в дальнем конце которого виднелся свет.