Чтение онлайн

— Кофе будешь? — повернулся ко мне Дед.

— Буду, — отозвался я, и уселся за стол.

Дед поставил на стол еще одну чашку и принялся разливать кофе. Пока он это делал, Доктор поднялся и подошел ко мне.

— Ну-ка, покажи свою рану, — велел он.

Я послушно наклонил голову, давая ему возможность осмотреть царапину. Он раздвинул волосы, провел пальцем по рубцу, надавил пару раз, каждый раз спрашивая: «Больно? Нет? А так?».

Спустя пару минут он оставил меня в покое и вновь уселся за стол.

— Ты эту рану вчера получил? — уточнил он.

— Вчера, — подтвердил я.

— А выглядит так, будто неделю назад.

— Зарастает как на собаке! — пошутил я.

— Даже на собаках так быстро не зарастает, — совершенно серьезно возразил врач, — ни воспаления, ни корки. Вчера ранили, а сегодня аккуратный шрам. Первый раз такое вижу!

Он замолчал и посмотрел на меня как-то странно, словно я не человек, а ходячая аномалия.

— А это богатство откуда? — спросил я, чтобы сменить тему разговора.

Под «этим» подразумевалась корзинка со сдобой, кофе и переносной газовый баллон, который сейчас был соединен с плитой.

— Василий утром занес, — просветил меня Дед. — Булочки с кухни, это наш завтрак, а баллон и кофе он свои дал, в благодарность.

— Утром? А который час уже?

— Одиннадцать. Точнее полдвенадцатого.

— Офигеть…

— Да уж, спишь ты крепко, — усмехнулся Дед, ставя передо мной чашку. — Даже не шелохнулся, когда я с тебя одежду стаскивал.

Так вот кто меня, оказывается, раздел! Я почувствовал, как заливаюсь краской, и чтобы скрыть это, сделал большой глоток кофе.

Ух! Ароматная жидкость потекла к желудку, вызывая в груди приятное тепло.

— Спасибо, — сказал я, подразумевая и кофе, и ночную помощь одновременно, — а разве нам не пора к Бате? Он же нас на чай с утра звал.

— На чай? — оживился Игнат. — Когда идем?

Вот же человек, ест и о еде думает!

— Это он нас звал! — сказал Дед, указывая вначале на себя, а потом на меня. — Про тебя речи не шло.

Игнат казалось, не обиделся, сказал только «Ага, понятно!», и с удвоенной силой накинулся на сдобу, словно старался возместить утраченную возможность наесться в гостях.

— Девочкам хоть оставь, — попросил я, взяв одну булку, — и Семену тоже.

— Осавлю, — пообещал он, забивая рот едой, — кусно осто.

Выпечка и вправду оказалась очень вкусной! Теплая, нежная, с ароматом корицы. Судя по всему, «Выжившие» всерьез взялись за кухню и специалисты у них нашлись неплохие.

Допив кофе, мы с Дедом собрались уже идти «на чай», но столкнулись в коридоре с неожиданной преградой.

— Куда это вы намылились? — спросила Саша, крепко ухватив меня за руку.

Видок у нее был тот еще! Волосы спутались со сна и свисали с плеч лохмотьями, лицо опухло, а рот не закрывался от зевков. Но глаза горели огнем, и спать, она больше явно не собиралась.

— Да, к главному, — ответил я, как можно более небрежно, — на чай приглашал зайти.

— Отлично, я с вами!

Ну вот, еще одна. Я растерянно посмотрел на Деда, но тот пожал плечами, состроив на лице безразлично мину.

— Он вообще-то только нас двоих звал, — нашелся я, наконец, — вроде делового разговора.

— А я что, не при делах?

— Да нет, просто, мужской разговор…

— Это дискриминация! Если не хочешь меня брать, то так прямо и скажи, навязываться не стану!

Э как завернула! Дискриминация, понимаешь. По тому, как крепко она вцепилась в мою руку, было понятно, что «навязываться» она и вправду не станет. Просто пойдет с нами и все тут.

— На кухне кофе есть и булочки свежие, — сделал я последнюю попытку.

— Мы же на чай идем, — отозвалась Саша, потащив меня к двери, — вот там и позавтракаю!

Тут я сдался. Да и какая действительно разница пойдет она с нами или нет? Ничего секретного мы обсуждать все равно не будем, да и не стал бы я от своей группы секреты держать. Когда Дед говорил, что у нас демократия, то делал это на полном серьезе. Важные решения мы всегда принимаем вместе.

— Ладно уж, — сказал я, — только причешись вначале, а то стыдоба…

Девушка быстро разровняла волосы, оправила одежду и скорчила мне рожицу.

— Пошли уже!

Поднявшись на один этаж вверх, мы постучали в уже знакомую дверь. В прихожей нас вновь встретили двое охранников, но уже других.

— К Бате? — спросил один из них, судя по всему, старший. — К нему сейчас нельзя, совещание.

— Ну, тогда мы подождем, — покладисто согласился Дед, пристроившись у стенки, — он нас к двенадцати звал, затянулась ваше совещание.

И правда, на его часах уже было двадцать минут первого, опоздали мы. Зазавтракались и заболтались.

Ждать пришлось недолго. Дверь открылась минут через пять и из нее по очереди стали выходить советники. Нас узнали, стали улыбаться и здороваться, а мужчины вдобавок с интересом косились на Сашу. Я, конечно, понимаю, что ничего необычного в этих взглядах нет, банальное любопытство, но все равно потихоньку начал звереть. Ревность взыграла.

Одной из последних выходила Нина Федоровна. Она приветливо нам улыбнулась, поздоровалась:

— Здравствуйте, мои дорогие!

— Здравствуйте, Нина Федоровна.

— Можно просто Нина, — улыбнулась женщина, — не очень люблю официальности. Договорились?

Мы согласно покивали и она продолжила:

— Как выспались?

Обращалась она ко всем нам, но смотрела больше на меня, видно запомнила, как Дед вчера назвал меня старшим. Что ж, никто его за язык не тянул, пусть теперь стоит в сторонке и скромно молчит. Я злорадно покосился в его сторону и ответил:

— Очень хорошо спали, Нина, спасибо.

— Вы сейчас к деду Ивану пойдете?

— Верно.