Чтение онлайн

Оставшийся груз пришлось возить аж до самого вечера. Василий оказался совершенно прав, когда говорил, что тремя заездами дело не ограничится.

После нас в магазине не осталось ни крошки! Забрали все, что было полезным или съедобным и даже часть подпорченных продуктов. Так, например, увезли мешок яблок, половина которых благополучно сгнила и два мешка пустившей корни картошки. Магазин мы покинули уставшие, но довольные.

А вот столовая вызвала у нас лишь разочарование. Никаких запасов здесь и подавно не было, то ли перед выходными продукты увозили, то ли завести должны были с утра. В любом случае, нам пришлось довольствоваться выставленными на прилавке шоколадками и соками.

Правда, во время зачистки Сема нашел-таки пару палок сухой колбасы, которые, видимо, на бутерброды резали. Но, как говорится, кто нашел — тот и съел! В общем, долго эта колбаса не прожила.

Бар обогатил нас на несколько ящиков пива, водки и вина. Были еще бочонки с разливным пивом, но от той дряни, что в них находилась, морщились даже Семен с Игнатом, то ли пиво испортилось, то ли качеством особым не отличалось.

Обратно ехали уже в сумерках. Кузов был полон лишь наполовину, так что люди разместились в нем безо всяких проблем, и даже с некоторым комфортом. Мужики сидели кучей, на нескольких сдвинутых ящиках. Ели, пили и весело болтали. Постоянная тряска и возможная опасность их явно не беспокоили.

Охранять грузовик довелось мне. Я сидел с дробовиком в руках, прислонившись спиной к кабине. Автомат остался в «УАЗе», все равно без патронов он бесполезен. Сидением мне служили два уложенных друг на друга ящика. С водкой, кажется.

Как и вчера, к вечеру температура стала резко падать, подул ветерок и вскоре я уже кутался в куртку, завидуя своим друзьям. Они-то, небось, обогрев в машине включили.

Прогноз Василий относительно погоды сбывался. Ветер крепчал, и вскоре небо затянуло черными тучами, упали первые капли дождя, крупные, как зрелый виноград. Где-то вдалеке раздались первые раскаты грома.

Один из «Выживших» поднялся, подошел ко мне и плюхнулся на соседний ящик.

— Эй, малой, — раздался над ухом голос Максима, — ну, то есть Антон, слышишь?

Я глянул в его сторону. Несмотря на холод и дождь, куртка на нем была распахнута, а лицо раскраснелось. От него неприятно пахло алкоголем, притом довольно сильно. Похоже, они с товарищами уже вовсю отмечают наш успех.

— Слышу, — отозвался я с запозданием. Никакого желания, поддерживать беседу у меня не возникло.

— Слышь, а, правда, что ты этого… Рубцова грохнул?

— Правда, — кивнул я. — Жалеешь его?

— Да нет, ты чего? Скотина он редкая! Был, то есть. Так что ты это правильно сделал. Герой!

Я кивком показал, что принимая похвалу, хоть сам себя героем и не чувствовал. В том, чтобы пальнуть человеку в затылок, ничего геройского нет.

— Слышь, ма… Антон. А, правда, что ты тварей много убил?

— Не так, чтобы очень, — уклончиво ответил я. Мало ли, кто и что ему там нарассказывал.

— Но видел много?

Я пожал плечами.

— Мне хватило.

Он кивнул, посидел немного молча, а потом спросил:

— Страшные?

— Твари?

— Ну да.

— А ты сам не видел разве? — удивился я.

— Неа, мы по ночам дома сидим, на улице только дозор! А меня в дозор не взяли.

— Отчего? — вяло спросил я.

— Да говорят, пить там нельзя. А что за ночь без водки?

— Понятно…

Он смотрел на меня, словно ожидая чего-то, но я молчал, продолжая смотреть на проносящиеся мимо дома и автомобили. Я вспомнил, как недавно мы ехали точно также с Кондратом. Неужели, это было только вчера? Кажется, будто год назад…

— Ну, в общем, спасибо тебе, — после минуты молчания, подал голос Максим, — спас ты нас сегодня…

Он поднялся и побрел обратно к товарищам. А мне от его слов почему-то стало горько. Спас значит, да? А вот родителей не спас. Может они и живы, может, зря я себя корю, но что если нет? Они всегда были против моих тренировок, против спорта, да и вообще против меня. Но если бы я их слушал, то был бы сейчас там, с ними.

А Маша? Сколько времени уже тут болтаюсь, а все никак ее не найду. В рейд этот поехал, а ведь мог зайти к Нине, узнать здесь ли она. А если нет, то что? Пойду искать дальше или останусь? Останусь, наверное. У меня появились друзья, есть Саша, дом. Не хочу больше никого терять, хватит!

Вкатив во двор, мы миновали три подъезда и подкатили к четвертому. Оттуда вышло несколько человек, и начали помогать с разгрузкой. Дело шло быстро, но Василий все равно подгонял работников.

Я остался в кузове с дробовиком в руках, честно отрабатывая договор по охране до самого конца, а вот Игнат с Семеном явно этим вопросом не заморачивались. Они отстали от нас еще у третьего подъезда, и теперь крутились где-то там.

Погода тем временем испортилась окончательно. Тучи сгущались, а капли дождя становились толще и капали чаще. Еще не ливень, но уже близко к нему. Ветер тоже усиливался и обещал в скором времени перерасти в настоящий ураган.

Когда из кузова унесли последний ящик, я попрощался со всеми, пообещал Василию зайти как-нибудь в гости и в свою очередь пригласил их с Пашей сегодня к нам на банкет. Они согласились, и я попросил позвать командующего.

Соседи же, как-никак!

Своих компаньонов я нашел рядом со вторым джипом, который изменился до неузнаваемости. Я и признал-то его лишь потому, что других таких машин во дворе не было.

С крыши исчезли мигалки, а борта, некогда бежевого цвета, стали темно зелеными. Дырки от пуль исчезли, а свежая краска на их месте, лежала не совсем ровно, то тут, то там виднелись мазки и уплотнения, но в целом работа хорошая.

Вместо разбитых стекол, был натянут полиэтилен. Из-за него невозможно было разглядеть то, что находится в салоне. Я дернул дверцу, и она открылась. Не заперто. Внутри пахло растворителем, краской и еще чем-то сладким, освежителем воздуха, кажется. Провода из-под панели больше не торчали, а в салоне было чисто. Ни капельки крови! Постарался Дед.

— Ну что, пойдем? — спросил Игнат, ежась от холода. — Завтра посмотришь.

Налетел очередной порыв ветра, и я тоже почувствовал огромное желание, оказаться, наконец, дома. В тепле и уюте.

Мы заперли машину, подхватили пакеты с едой и заспешили к подъезду. Дверь оказалась заперта, так что пришлось пару раз хорошенько по ней стукнуть.

— Кто там? — раздался раздраженный голос.

— Свои! Из сто восемнадцатой.

— Свои в такую погоду дома сидят и телевизор смотрят. Не буду дверь открывать! — отшутился невидимый собеседник фразой из мультфильма.

Несмотря на свои слова, дверь все же отворилась. На пороге стоял высокий бородатый мужик лет пятидесяти в черной кожаной куртке. Он посторонился, пропуская нас внутрь.