ЖАНРЫ

Правосудие с короткими ногами
Шрифт:

Я с недоверием посмотрел на его серьезное лицо. А чем черт не шутит?

Начнем с братца. Он вроде получше выглядит.

После похлопывания по щекам и потряхивания головы он раскрыл глаза.

– Кто там?

– Я тебе потом объясню. Попозже, - зло проговорил я.
– Выкладывай, чем вы занимались?

Он заговорил как механический манекен, в одной интонации, проглатывая слова, а порой и предложения почти целиком, но все же смысл сказанного был отчасти понятен.

– Сначала мы...за Хряком...ты велел...маршрут...эдельвейс... звезда востока...там...по бутылочке...не помню...

Так. "Эдельвейс" и "Звезда Востока" - это рестораны. Это тебе ни о чем не говорит?
– спросил я.

– Это его рестораны, - уточнил Мося.

– Может он добавит?
– я пихнул Хулейкина.

– Давай попробуем.

Втроем мы, кто за что, ухватили зеленого Гену и поставили его на ноги. Он удивленно наблюдал за тем, как мы это проделывали, но не произнес ни слова, только мычал. Задавать вопросы оказалось бессмысленно: словно язык отрезало. Потом я сообразил в чем загвоздка и, схватив его за челюсть, резко дернул - по видимому мы ее повредили во время перетаскивания бренного тела.

– Спасибо, - в ответ прошелестел он.

– Ну, может от тебя услышим что-нибудь вразумительное.

В отличие от братца, Хулейкин, хотя и выглядел крайне плохо, окончательно соображения не потерял, но и из его слов выходило, что след Хряка они потеряли в районе "Звезды Востока". После описания того, как они взяли "по бутылочке" шел асолютно непонятный бред.

– Придется туда съездить.

– На чем? Ты же нашу машину подарил.

Я сделал вид, что не обратил внимания на язвительное замечание Эна.

– Я конечно извиняюсь, - кашлянул Мося, покосившись на стоявший в густой тени серый джип.

– По этой статье мы загремим минимум на год. Точнее - вы. Для меня, думаю, снисхождения не будет, как для лица предавшего органы.
– предупредил я и сделал шаг к машине: мне просто интересно - нет ли в ней кого.

С другой стороны, ситуация не ждет отлагательства. А то обстоятельство, что машина так и просится в руки, окончательно сбивает меня с праведного пути.

– Эн, Мося - на стрему.

Отключить сигнализацию - дело нескольких минут: механик был - не талант. Сломать замок - и того быстрее. Значительно больше времени ушло на перетаскивание живых трупов.

Наконец мы рассаживаемся. Я уступил место водителя Эну, а сам обойдя машину, собрался сесть с другой стороны. Не успел я открыть дверцу, как что-то уперлось мне в спину и я, признаюсь, испугался не на шутку. Не за себя, нет, от того, что делу конец, от того, что по глупости попался, от того, что не увижу больше Долорес, от того, что может и не узнаю никогда, что же это была за история.

– Сдаюсь, - поднял я руки и плавно обернулся.

Передо мной стоял пацан лет семи и держал в руке бумажный листок. Это его палец я принял за ствол пистолета.

– Что это?
– мальчишка не отвечает: немой, что ли, а терпеливо держит вытянутой руку.

Я принял записку из его рук.

" Ты хотел бы знать, где Амбулаторий: он там, куда ты собираешься. Ты многое узнаешь и поймешь, если проявишь наблюдательность. С твоей женщиной все в порядке. Она находится..."

Прочитав два раза, я оторвался от записки с тщательно выведенными печатными буквами. Малыша словно ветром сдуло.

– Что там такое?
– подгоняет меня Эн.

– А ты ничего не видел?

– Нет.

Я вручил ему листок.

– За нами давно кто-то следит. И очень давно. И может быть не один. А самое интересное - он знает куда мы собрались.

На ком-то из нас "жучок" - это однозначно. Я пока даже не пытался заподозрить кого-нибудь. Сейчас это бессмысленно - к чему лишняя нервотрепка. Тем более, что это не опасно - эта записка дает наводку, то есть помогает нам. Но все же придется теперь быть осторожным в разговорах.

Эн потихоньку вырулил с тротуара, стараясь не привлекать внимание тех, кто давно припарковался. Но никто даже не взглянул в нашу сторону. Мне казалось, что под личинами добропорядочных водителей прячутся матерые шпионы, не чета моим, а только прикидываются, что им жутко интересно читать газетенки или книги. А те, что спят - и не спят вовсе, а только делают вид. А еще я жутко зол на себя - какая-то темная личность сопровождает меня незаметно весь день, а может и со вчерашнего дня , меня - человека, которого еще ни разу не удалось обвести вокруг пальца, меня - профессионала, способного спрятаться на ровном месте и которому так позорно сегодня набили два раза морду. У которого свидетели мрут как мухи, а он даже не в состоянии воспрепятствовать этому. А ведь всего два дня назад со стопроцентной уверенностью я мог бы похвастаться, что нет в городе детектива лучше меня. А теперь я сам себе противен обыкновеный самоуверенный дурак...

Выехав на дорогу, Эн прибавил газ и повернул накрасный. А за перекрестком стоял постовой. Я почувствовал, что Эн сейчас дрогнет и заметается - моя рука уверенно сжимала руль, а губы шептали: "спокойно". С тоскливым взглядом, человек в форме поднял жезл и дает знак остановиться, но не нам, а нетерпеливому джигиту, в обогнавшем нас "жигуле".

– Вот и все, а ты боялась...
– пропел я. Мося обернулся и глядя на удаляющегося постового пропел туш.

– Выезжай на магистраль, - командую я.
– Через десять минут будем на месте.

Только невероятное усилие воли не позволило мне дать команду развернуться и последовать по указанному в записке адресу. Кто бы ни был незнакомец, отправивший послание, я заставляю себя довериться его словам - с Долорес ничего не случится.

Глава 12.

Вот мы и на пустыре. Первое впечатление, что у Маркела с Хулейкиным поехала крыша - какие тут могут быть склады. Но ощущение, что здесь что-то не так, подкрепленное уверенным советом из записки, не дает оснований для сомнения - надо искать.

Выгружать пьяных поганцев мы не стали, загнали машину в густой кустарник и закрыли двери.

– Надо чуть опустить стекла, пусть проветривается.

– Может пройдемся до "Звезды"?
– я навострил лыжи в сторону одноэтажного здания, ядовито зеленая задняя стена которого из-за забора выглядывает на пустырь.

– Я не понимаю - мы собираемся заняться Амбулаторием или искать какой-то непонятный склад?
– в словах Моси чувствовалось уязвленное самолюбие.
– Зачем я тут?

Поделиться с друзьями: