Чтение онлайн

Некоторые современные проблемы науки права рассмотрены в материалах конференции [172] (в которой участвовали чистые практики: арбитраж, уголовное, гражданское право, военная и гражданская прокуратура) и в статье [171]. В обоих материалах отмечены отдельные «белые пятна» в современном праве, и, поскольку в проработанных нами положениях теории права и правовых режимов пока отсутствуют достаточные знания о «белых пятнах», мы даём основы этих знаний и наше представление об ином исследовании явлений в своих публикациях [165–177]; и с этих позиций данные знания можно назвать альтернативными. Почему?

Вспомним, как расшифровывается терминологическая суть (в её современном понимании) понятия «альтернатива». Для этого проанализируем слово «альтернатива» по «Общему толковому словарю Русского языка» [184, слова на букву «А». С.66 (6560)]: I) Значение слова Альтернатива по Ефремовой: Альтернатива – 1. Необходимость выбора одной из двух или нескольких взаимоисключающих возможностей. 2. Каждая из таких возможностей. II) Значение слова Альтернатива по Ожегову: Альтернатива – Необходимость выбора одного из двух (или нескольких) возможных решений. III) Альтернатива в Энциклопедическом словаре: Альтернатива – (франц. alternative – от лат. alter – один из двух), необходимость выбора одной из двух или нескольких взаимоисключающих возможностей; каждая из исключающих друг друга возможностей.

По нашему мнению, суть этих определений означает, что мы должны показать иное, чем принято сейчас (либо существующее – известное или малоизвестное, либо пока не существующее), видение информации, т. е. мы должны показать иную точку зрения. Именно в таком широком толковании (уже существующей, но иной, либо пока не существующей, а предлагаемой, но также иной) сути понятий «альтернатива», «альтернативный» мы и будем употреблять это слово.

В науке имеется несколько аксиомных (принимаемых на веру) моментов, которые никем не о спариваются, но стоят в основе всех фундаментальных исследований естественно-технических и социально-гуманитарных дисциплин. Один из них – это аксиома, суть которой в утверждении: «У любого явления всегда есть только один-единственный объективный смысл существования (сущность явления)». Иными словами, у явления не может быть нескольких объективных смыслов, которые характеризуют его объективную суть в разных ситуациях по-разному. С этих позиций (а мы приведём и иные соображения), если у явления (например, у правового режима) есть несколько смыслов, то мы можем говорить лишь о его терминологических смыслах. Почему?

Потому, что у разных отечественных авторов, которые хотя и исходят из аксиомы, что «правовой режим есть особый порядок правового регулирования», но далее в своих определениях имеют «нюансы», иногда противоречащие друг другу и неоднозначные в восприятии. Это показано в ряде современных публикаций как в общем, так и в отраслевом и в объектном праве [5] . Примеры неоднозначного восприятия правового режима приведены в Приложении 2. Следовательно, несмотря на сотни публикаций по изучению различных граней существования правового режима, приходится констатировать, что в арсенале отечественной юридической науки пока отсутствует научное толкование объективного смысла существования явления «правовой режим», однозначно воспринимаемого реальным большинством.

Вопросом объективного смысла правового режима мы начали заниматься на кафедре гражданского права (практическая кафедра) при подготовке магистерской диссертации «Категория «гражданско-правовой режим» как частное проявление общенаучной категории «режим»» [168] в 2011–2012 году. Продолжить теоретические исследования далее мне предложил первый научный руководитель, д-р юрид. наук, профессор М. Ю. Челышев, который заявил, что в современном праве отсутствует стройная теория правовых режимов и общего, и отраслевого направления. Во всех последующих наших публикациях (2013–2020 гг.) идея интегративных построений и однозначности восприятия сущности многозначных явлений (с изучением их «дополнительной» – мы считаем, метафизической – сути) проходит «красной нитью» по всем нашим текстам. Но чем подтверждается правота наших рассуждений по правовому режиму?

Для современной отечественной теории правовых режимов, начиная с 80-х гг. ХХ века, базовым явлением, стоящим в основе современного постулата построения положений, будет правовое регулирование, из сути которого выводится смысл правового режима, т. е. сейчас в отечественном праве правовой режим всегда зависит от правового регулирования, и иного мнения (или серьёзных возражений и предложений) пока нет. Мы же хотим показать, что могут существовать и альтернативные взгляды на сущность правового режима. В этом смысле монография (на новом уровне изучения и решения) продолжает исследование части тех проблем, которые уже однажды были обозначены нами в магистерской диссертации [168] и публикациях [165–177], но с учётом модернизированного (несколько изменённого или переработанного) и модифицированного (дополненного или доработанного) категориального аппарата:

1) терминологии (Приложения 1, 2);

2) методик применения альтернативных положений и построений (с учётом «концепции интегративных построений в группе подобных явлений»);

3) пути поиска «дополнительной (метафизической) части» объективного смысла явления;

4) новых аксиом (например, универсальной аксиомы первоосновы понятия, аксиомы однозначности и др.) и т. д.

Наши результаты при несложной адаптации могут применяться и в других естественно-технических и социально-гуманитарных дисциплинах, в которых применяется явление «режимные категории» [6] , например в биологии, физике, политологии, социологии и др. Монография показывает и разъясняет авторам: как изменить постулат построения; применить иную концепцию и парадигму (концептуальную схему модели построения картины состояния мира) [190, Приложение 1, 4] и др. Практические примеры применения результатов показаны в публикациях [165–177].

По твёрдому убеждению исследователя, научные определения некоторых явлений, имеющих многогранное значение (например: правовой режим; правовое регулирование; потребность; порядок и т. д.) объективно требуют дополнительных авторских разъяснений. О каких разъяснениях идёт речь?

Речь идёт о том, что любой автор обязан объяснить, какой конкретный терминологический смысл в той или иной ситуации необходимо иметь в виду заинтересованным лицам при восприятии авторского текста с многогранным явлением, так как без разъяснений не всегда можно правильно узнать ту грань объективного смысла, которую применил автор в конкретном случае. Однако многие авторы считают, что нечего давать какие-то дополнительные разъяснения, когда рассматриваются очевидные вещи. Но такое мнение авторов зачастую неверно, так как иногда хотя и кажется всё очевидным, но это не всегда так.

Например, в современной отечественной теории правовых режимов существует множество определений правового режима (Приложение 2), но все они целиком опираются на научный смысл явления «правовое регулирование», а это не всегда отражает истинность и полноту изучаемой грани правового режима. Почему? Потому, что даже фактический создатель современной теории С. С. Алексеев в главе 18, § 3 своего учебника «Теория государства и права» [55, Приложение 2, 1] так определял категорию «правовой режим»:

«…В теории права входит в научно-практический обиход термин «правовой режим». Этим термином обозначается специфика юридического регулирования определенной сферы общественных отношений с помощью различных юридических средств и способов. Как правило, различные сферы общественных отношений требуют разного сочетания способов, методов, типов правового регулирования. Своеобразие правовых режимов наблюдается как внутри каждой отрасли, так и в правовой системе в целом.

Так, внутри отрасли административного права правовой режим регулирования управленческих отношений. существенно отличается от правовой регламентации управленческих отношений в сфере государственного управления высшим образованием. Если в сфере деятельности военизированных организаций господствующим, превалирующим является централизованный, императивный метод, возложение обязанности – превалирующим способом, а разрешительный тип – господствующим, то в сфере государственного управления высшим образованием в современных условиях значительная роль отводится децентрализованному методу, широким предоставлением прав высшим учебным заведениям с широким внедрением общедозволительного типа.».

Мы видим, что С. С. Алексеев (на которого любят ссылаться все современные авторы) при изучении правового режима, намеренно (или интуитивно) сделал принципиальное разъяснение (уточнение): у него, хотя речь и идёт о категории «правовой режим», но с добавлением слова «регулирования», т. е. он ведёт разговор о категории «правовой режим регулирования», показывающей при правовом регулировании «… специфику юридического регулирования определенной сферы общественных отношений.» и тогда эту специфику, наверное, можно считать «.особым порядком правового регулирования.» или «.специфическим механизмом правового регулирования, его особым порядком.», как описывают правовой режим Н. И. Матузов, А. В. Малько [7] , [8] [158, C. 16–29, Приложение 2, п.п. 7, 8]. Но когда речь заведомо идёт просто о категории «правовой режим», то она, как выяснится, имеет иную сущность бытия (даже по истории возникновения). Поскольку у других авторов оговорки в виде слова «регулирования» (или иных авторских пояснений) нет, то мы здесь не можем утверждать, что категории «правовой режим регулирования» (у С. С. Алексеева) и просто «правовой режим» (других авторов) тождественны при определении их сущности. Но сейчас для всех авторов такая тождественность, видимо, очевидна! И тождественность, действительно, будет, если убрать слово «регулирования», но тогда сущность правового режима и постулат построений теории имеют иное происхождение (не от правового регулирования). И как только мы при изучении начинаем исходить из самостоятельной сущности правового режима (независимой от правового регулирования), сразу возникают вопросы и по статусу правового режима (В. Б. Исаков [68]), и по объективному смыслу существования (А. И. Титиевский [164], Е. С. Болтанова [149]), и по целому ряду иных «белых пятен» [171, 172] теории. Сейчас почти все авторы убеждены в том, что только существующее определение правового режима (исходящее из сущности правового регулирования) очевидно и верно. А так ли это?