Чтение онлайн

Одни корпоративные юридические отделы построены по принципу профессиональных организаций (по модели юридической фирмы). Деятельность их сотрудников контролируется старшими юристами. В своей работе они могут полагаться друг на друга. Другие правовые отделы непохожи на юридические фирмы. Здесь сотрудники не находятся под централизованным профессиональным надзором («бизнес-модель»). Члены команды в первую очередь работают для бизнес-подразделений и отчитываются непосредственно перед коммерческими работниками. Однако независимо от выбранной формы факт остается фактом: внутренние советники также составляют завершающие заключения для третьих лиц. При этом они полагаются на своих коллег относительно некоторой части письменного заключения или даже в отношении заключения в целом. Тем не менее такое заключение рассматривается как мнение отдельного юриста, а не всей компании. В таком случае получатель заключения ищет гарантий индивидуальной ответственности.

Несмотря на то что трудно найти разумное объяснение стремлению полагаться на других сотрудников юридического департамента, само наличие такой практики не вызывает удивления. Эта практика идет по пути нераскрытия информации о внутренней поддержке письменных заключений в правовых отделах организаций.

Документы по сделке, поступающие в адрес получателя заключения, обычно содержат заявления, касающиеся большинства затронутых в заключении вопросов. Однако, получая письменное заключение, его адресат стремится к получению гарантии профессиональной ответственности лица, его подписавшего, а не желает просто заверений его работодателя. Те же, кто помогал внутреннему советнику в составлении заключения, не несут никакой ответственности перед его получателем.

Заключение начинается с фразы «Настоящим заключением устанавливаем». Иные варианты не встречаются. Составители заключения не используют формулировки «на наш взгляд» или «предполагаем, что суд решит следующим образом». Применение термина «заключение» принципиально. Далее мы рассмотрим вопрос о том, когда необходимо выдавать заключение и насколько необходимы оговорки к нему.

В данной книге используются несколько терминов, когда идет речь об оговорках в заключении (например, «исключение», «оговорка», «изъятие»). Все эти термины подразумевают «оговорку» [41] . Самая простая форма оговорки звучит следующим образом: «Заключение не затрагивает _______». Пробел заполняется ссылкой на условие договора или на специальный вопрос, особо упомянутый в тексте заключения.

Основной целью «нестандартной» оговорки является доведение до сведения получателя заключения, что в отношении информации, содержащейся в оговорке, его предположения основаны на предположениях сторон сделки и могут быть недостоверны. Оговорка нередко рассматривается как возможная защита против иска, который может быть подан получателем заключения против клиента составителя заключения.

Иногда заключения ограничены фактическими [42] или правовыми [43] допущениями. Если автор заключения исключает какую-либо сферу путем изъятия, то, делая допущение, он включает некий вопрос в заключение, но отказывается от ответственности за данный аспект. Автор заключения несет ответственность только в том случае, если само применение изъятия или допущения вводит в заблуждение.

Если в заключении содержится оговорка вследствие неясности закона и это указано в заключении, получатель заключения может самостоятельно рассмотреть упомянутый закон. В случае если основанием допущения или изъятия стало фактическое обстоятельство, получателю заключения уже сложно рассмотреть данный вопрос самостоятельно. Однако получатель может найти защиту посредством предъявления претензии по соглашению или требования возмещения убытков.

Юристы не составляют заключений в случае, если предполагаемый результат «более вероятен, чем нет». Они также не выдают заключение, если полагают, что оно может оказаться неправдоподобным. В этом случае основной вопрос состоит в том, совпадает ли полученный в заключении вывод с выводом, к которому придет Высокий суд штата [44] .

Автору заключения не всегда удается найти прецедент, в точности обосновывающий выводы заключения. Как указано в главе 4, автор заключения действует в качестве судьи, который разрешает спорный вопрос по делу. В том случае, если вывод кажется очевидным, заключение может быть выдано. Если вывод не ясен, можно воспользоваться оговоркой. К примеру, когда судья рассматривает сложное дело, решение может основываться на ранее действовавшей норме (предоставляет ли она права или отказывает в их предоставлении), которая касается спора. Автор заключения также использует изъятие или допущение в случае, если необходимо применение ранее действовавшей нормы.

Опытные юристы не задумываются над формой типовых заключений [45] . В таких заключениях используется особая терминология (например, фраза «законный, действительный и обязательный»). Такое использование называется «общепринятое словоупотребление» [46] . При применении типовой формы заключения и автор, и получатель заключения должны знать об уровне осмотрительности, необходимом для выдачи заключения («общепринятой осмотрительности»).

Использование в заключении терминов в соответствии с общепринятым употреблением позволяет автору заключения избежать большого объема работы. Для того чтобы получить надлежащее заключение, юристу получателя заключения должен быть понятен ход мыслей автора заключения. Это возможно при условии использования единой терминологии. Обычная практика допускает такое использование. Однако есть случаи, когда в самом тексте заключения установлено обратное [47] .

В названии данной главы мы используем понятия «терминология» и «словоупотребление». Слова, применяемые в тексте заключений, обычно сохраняют свое первоначальное значение, но иногда смысл слов или словосочетаний отличен от словарного значения. В связи с этим при написании заключения о средствах правовой защиты употребление терминов «законный», «действительный», «обязательный» и «исполнимый» пересматривается.

Иногда необходимость решения такой проблемы возникает в заключении, которое требует новых формулировок. Такие формулировки вытекают из деловой терминологии, которая изначально может быть различна. Впоследствии по мере того, как ассоциации юристов делают доклады по спорным вопросам, по ней достигается консенсус. Однако самостоятельное использование необщепринятой формы заключений о средствах правовой защиты представляет проблему. Подобная форма может быть неприемлемой для получателя, поскольку сразу же возникает вопрос о том, отвечает ли она той степени осмотрительности, которая присутствует в общепринятой формулировке. Таким же образом избыток информации в заключении, скорее всего, сделает это заключение недопустимым. Возникает интересный вопрос: каким образом толковать необщепринятую формулировку в тексте заключения, которая тем не менее не противоречит общепринятой практике, – как простое утверждение или же как оговорку?

Прежде юрист получателя заключения обычно запрашивал так называемое «чистое заключение». Этот термин характеризовал заключения, содержащие только типовые оговорки, и использовался до того, как мотивировочные заключения стали приемлемыми в деловом обороте. Понятие «чистое заключение» не включало в себя мотивировочное заключение, даже если в нем был сделан положительный вывод. С недавнего времени термин «чистое заключение» не употребляется. Он заменен на более четкие формулировки.