Чтение онлайн

– Вы не обнаружите подобных фактов, – натужно произнес Байноу. – И заверяю вас, что не хочу укрывать каких-либо улик от полиции. А ваши намеки я нахожу попросту оскорбительными. – Он сглотнул. – Мистер Хьюитт предупредил, что вы бываете задиристы и грубы. Но мне ничего не остается, как примириться с этим или… откланяться и остаться ни с чем. Я принимаю ваше условие. Единственное, что я хотел бы изменить… Нет. Я согласен. Вы желаете получить задаток?

Вульф сказал, что это не обязательно, и начал задавать вопросы. Я держал наготове раскрытый блокнот, но за целых полчаса в нем не появилось ничего, кроме отрицательных ответов. Ни Байноу, ни Фримм ровным счетом ничего не знали ни про Херрика, ни про Пицци, ни про Гайса. Оба не могли назвать никого, кто желал бы свести счеты с миссис Байноу. Убитая происходила из старой и уважаемой фамилии, была дочерью англиканского епископа, обладала безукоризненной, незапятнанной репутацией и все в том же духе.

Лишь Байноу удалось припомнить один мало-мальски значимый факт. Вечером в пятницу ему показалось, что жена чем-то озабочена. В ответ на его вопрос она сказала, что Страстная пятница не тот день, когда можно говорить о человеческих пороках, она вернется к этому разговору после Пасхи. Впрочем, нам это не слишком помогло, поскольку Байноу даже не подозревал, что она имела в виду.

Проводив посетителей, я задержался на пороге, убедился, что поджидавший их лимузин – это и в самом деле «роллс-ройс», и вернулся в кабинет.

Вульф сидел подавшись вперед, закрыв глаза и плотно стиснув губы.

– Вам так не больно? – жизнерадостно поинтересовался я.

Он невнятно хрюкнул.

Я остановился и посмотрел на него сверху вниз.

– Замечательный клиент, – провозгласил я. – Мало того что у него наверняка осталось еще миллионов двести долларов, так он в придачу владеет розовой вандой. Ну, а вам, судя по всему, придется пошевелить мозгами и придумать, куда бы спрятать побег, который слямзил Мурлыка. Если бы вы еще могли придумать, как повесить это убийство на Мурлыку…

– Заткнись! – прорычал Вульф. Его глаза открылись. – Эта женщина! Я должен с ней поговорить. – Он кинул взгляд на настенные часы. – Сегодня вечером, если удастся. Доставь ее ко мне.

– Разумеется. В коробочке, перевязанной розовой ленточкой. Эта особа сейчас наверняка в конторе окружного прокурора, но вам она, конечно, нужнее. Попробую разнюхать. Но сначала проверю, числится ли она в справочнике.

Я подошел к своему столу, взял телефонный справочник Манхэттена, раскрыл на букве «И» и быстро разыскал нужное:

– Вот, Айрис Иннес… Сто шестнадцать, Арбор-стрит, телефон Салливен семь-шесть-шесть-ноль-восемь. Думаю, это она, – сообщил я Вульфу и потянулся к телефону.

– Одну минуту, – произнес Вульф. – Я хочу кое-что предложить.

В полночь все того же пасхального воскресенья я подпирал стену коридора на верхнем этаже дома номер сто пятьдесят пять по Леонард-стрит. Мне это уже порядком надоело, поскольку я торчал там битый час.

После того как Вульф предложил свое «кое-что», я позвонил по телефону Айрис Иннес, там никто не ответил, и я перезвонил в «Газетт». Лона Коэна на месте не оказалось, но его помощник сказал мне, что, по последним данным, Айрис Иннес до сих пор находится у окружного прокурора.

Зная, что женщин там редко задерживают на всю ночь, даже после предъявления обвинения, я вывел из гаража машину, домчался до Леонард-стрит, поднялся на лифте и расположился перед приемной. Там и торчал, когда пробило двенадцать.

Три минуты спустя я увидел Айрис Иннес. Двери распахнулись, и она возникла в дверном проеме, правда не одна.

Мне понадобилось две секунды, чтобы оценить сопровождающего. Не помощник прокурора. Не адвокат. Значит, детектив – из числа тех, кого я не знаю, – но ведет он ее не как арестованную. Стало быть, просто провожает вниз, к полицейской машине, которая должна доставить Айрис Иннес домой. Придя к такому выводу, я преградил им путь и громко произнес:

– Привет, Айрис. Поехали домой?

– Кто вы такой? – воскликнул сыщик.

– Ее друг. Вы против?

– Друг мне как раз кстати, – заявила Айрис, взяла меня под руку и увлекла к лифту.

Сыщик проблеял что-то вслед, но мы сделали вид, что не услышали. Подойдя к лифту, я оглянулся и увидел, что бедняга так и топчется на месте, пребывая в нерешительности: то ли бежать за нами, то ли отпустить? Пока он чесал в затылке, двери лифта раскрылись, и дичь упорхнула.

Внизу, в вестибюле, на нас наскочил кто-то из журналистской братии. Когда он опознал в спутнике Айрис Иннес меня, у него отвалилась челюсть. Чуть постояв с разинутой пастью, он ринулся за нами и настиг уже на тротуаре. Тут, признаюсь, мое терпение иссякло, и я, не совладав с собой, от души саданул незадачливого приставалу локтем под ребра.

Когда от ближайших преследователей нас отделяло полквартала, я заговорил:

– За углом ждет моя машина.

– Нет уж, благодарю, – покачала головой Айрис. – Поймайте мне такси. Меня никогда еще не сажал в такси принц голубых кровей. Хотя вы больше напоминаете бойскаута.

Мы завернули за угол.

– Я подыграла вам только потому, – пояснила Айрис, – что этот хмырь собирался отвезти меня домой, а мне эти легавые вот уже где! – Она сделала выразительный жест. – А как вы догадались, что я не арестована?

– По его физиономии. Я специализируюсь на физиономиях легавых. И на их походке. – Я придержал ее рукой за локоть. – Вот моя машина. – Открыв дверцу, я предложил: – Залезайте. Вы знаете, кто я такой, и догадались, что ждал я вас не случайно. А причину я объясню вам по дороге к дому сто шестнадцать по Арбор-стрит.

Айрис с сомнением покосилась в мою сторону. При тусклом уличном освещении она чуточку больше напоминала незнакомку, которая двенадцать часов назад вглядывалась в меня со своего насеста возле церкви, нежели усталую и немного замученную женщину, которую я дождался в прокуратуре.

Судя по всему, увиденное Айрис удовлетворило, ибо она пригнулась и скользнула на сиденье. Я зашел с другой стороны, сел за руль, запустил мотор, и мы покатили.

Айрис сама прервала молчание.

– Вы хотели что-то сказать, – напомнила она.

– Да. Вы, должно быть, знаете, что я служу у Ниро Вульфа.

– Разумеется.

– Сегодня вечером к нему приходили Миллард Байноу и Генри Фримм.

Она резко дернула головой:

– Зачем?

– Встреча носила конфиденциальный характер. Известно ли вам, что вы собирались выйти замуж за Фримма, но получили от ворот поворот?