Чтение онлайн

Не обращая внимания на прозвище, я прохожу мимо него к ратуше и открываю тяжелую входную дверь, заходя внутрь.

Первое, о чем я подумала, - это то, как здесь темно, почти нет естественного освещения, и пахнет старостью и нафталином. Судя по количеству пыли, покрывающей все поверхности, ратушей не пользовались, наверное, уже год.

Я сморщила нос от этого зрелища. Боже, сколько же у меня работы.

– Да, блин. Здесь есть бар!
– возбужденно говорит Джексон.

Конечно, в первую очередь его волнует алкоголь. А не о то, что это место старое, грязное и едва ли пригодно для нашей цели.

Почему я не удивлена?

– Можешь направить свое волнение по поводу выпивки на что-нибудь продуктивное, например… помочь мне сделать замеры или, не знаю… придумать, как проветрить это место?

Джексон подошел, скрестив руки на груди.

– С этим местом все в порядке, Эмми. Оно очень… винтажное. Немного намочить и потереть, и оно будет как новенькое.

– Пожалуйста, никогда так не говори. Никогда больше.

– Почему? Заставляет тебя вспоминать ту ночь?
– Он ухмыляется.

Святой Ник помоги мне, но это так. Очевидно, моя вагина готова приветствовать этого мужчину, что очень и очень проблематично.

Я сокращаю расстояние между нами в два коротких шага.

– Я думала, мы договорились, что никогда, ни при каких обстоятельствах не будем больше вспоминать ту ночь?

Он пожимает плечами.

– Разве?

– Ты меня просто бесишь. Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, насколько ты бесишь?
– Я отвечаю, закатывая глаза.
– Слушай, очевидно, что это была ошибка. Мы договорились, что больше никогда не будем вспоминать об этом, так что, пожалуйста, можем мы… не делать этого? Все и так достаточно сложно, а мы даже не нравимся друг другу, Джексон.

– Я думал, что тебе понравилось, когда мой чле… - Протянув руку, я закрываю ему рот, чтобы заставить замолчать, и чувствую, как его губы напряглись под моими пальцами.

Засранец.

– Не надо. Серьезно, Джексон, у нас ничего не получится, если мы оба не будем вести себя как взрослые люди, не поймем, что это была ошибка, и не начнем жить дальше. Мы трахались. Это случилось, и теперь мы будем жить так, как будто этого никогда не было.

Я убираю руку от его рта и только тогда замечаю, что его глаза цвета виски потемнели. Он делает шаг вперед, пока кончики его грязных ботинок не касаются моих сапог на шпильках.

– Не волнуйся, Снежинка. Скоро ты снова будешь умолять меня о члене.

Моя челюсть падает в шоке. Что, простите? Это… Он…

Прежде чем я успеваю сформулировать ответ, он оказывается на полпути через всю комнату, вытаскивая измерительную ленту из заднего кармана своих греховно узких выцветших джинсов.

Я не позволяю своему взгляду задерживаться на нем, и вместо этого подхожу к нему.

– Так ты просто собираешься измерить… Что именно?

– Очевидно, что мы ничего не добьемся, если будем просто стоять и разговаривать о вещах, которые не имеют значения, верно?
– Его брови приподнимаются, как будто повторение моих собственных слов поможет выиграть этот спор.
– Может быть, стоит использовать время с пользой. Что я должен сделать?

Вздохнув, я возвращаюсь к сумке и достаю блокнот и ручку, открывая его на последней странице, на которой я делала записи до того, как… случилась эта ночь.

– Эээ… Тема. Ты сказал, что вы против коктейльного вечера в черно-белом стиле, но мы должны найти золотую середину. Мы можем хотя бы устроить официальный ужин? Если нет, то я боюсь, что мои родители могут вообще не прийти на эту чертову вечеринку, а для них это очень важно, понимаешь? Я знаю, что тебе, наверное, все равно, но для моей семьи эта вечеринка - вековая традиция.

– Конечно, но я не буду пользоваться пятью вилками и уж точно не стану есть какую-нибудь безумную дрянь вроде икры. Как насчет ужина за столом с обычной рождественской едой? Индейка? Жаркое? Что-то, что всем нравится?

Я киваю, убирая волосы с лица, пока записываю их в блокнот.
– Отлично. Шампанское? Пиво?

Несмотря на то, что от одной мысли о пиве меня начинает тошнить, я знаю, что у нас должно быть разнообразие для всех.

– Определенно. Может быть, минералка? Свой алкоголь или платный бар?

– Свой алкоголь? О нет. Платный бар, - говорю я, записывая.
– А как насчет того, чтобы нанять кого-нибудь поиграть на пианино?

Джексон с явным отвращением сдвигает брови и вздыхает.

– Эмми, послушай, я понимаю, что ты хочешь, чтобы это было что-то шикарное, и твоя семья всегда так делала. Я понимаю. Правда, действительно понимаю. Но мне также нужно, чтобы ты поняла, что наши семейные вечеринки… не такие. Мы должны найти золотую середину, - говорит он, повторяя мои слова.
– Пианино нет, но как насчет оркестра? Что-нибудь праздничное, веселое и не такое… холодное? Без обид.

Я стараюсь не обижаться на него, пока записываю.

– Ладно, с группой мы определимся позже, но все остальное звучит неплохо. В качестве общей темы, как насчет… зимней страны чудес? Мы можем использовать эту тему?

Он кивает.

– Меня не очень волнуют декорации, Снежинка.

Слава Богу. Я не могу представить, как буду с ним ссориться из-за цвета декора.

– Ладно, я подумала, может быть, повесим настоящую еловую гирлянду? И несколько свечей на каждом столе, чтобы задать тон. Даже несколько штук здесь и там могут выглядеть стильно и элегантно. Не мог бы ты… измерить стену вон там?

Он кивает, затем исчезает в двери, ведущей в заднюю часть ратуши, и через несколько минут возвращается с шаткой лестницей, у которой не хватает нижней перекладины.

– Ты уверен, что тебе стоит по ней подниматься? Похоже, она развалится, как только ты поставишь на нее ногу.
– Он бросает на меня взгляд, говорящий о том, что он все знает лучше меня, поэтому я поднимаю руки в знак того, что сдаюсь и возвращаюсь к записям в блокноте.

Теперь, когда мы решили некоторые основные вопросы, мне стало немного легче, чем я предполагала. Но еще так много нужно сделать, а времени так мало.

– Джексон, я… - Как только я называю его имя, он оглядывается на меня, и металл ветхой лестницы стонет под его весом, а затем падает, заваливая его назад. Я подбегаю к нему, словно собираясь… не знаю, поймать его или что-то в этом роде, но он падает на пол еще до того, как я успеваю сократить расстояние между нами.

– Чеееерт, - стонет он, растянувшись на спине на полу.

Я бросаю блокнот и ручку на пол и опускаюсь на колени возле его головы.

– Боже мой. Ты в порядке? У тебя ноги не сломаны? Ты можешь шевелить пальцами? Черт, я просто пошутила, когда сказала, что хочу переехать тебя своей машиной. На самом деле я не хотела, чтобы с тобой что-то случилось…