Чтение онлайн

В Скайп Алеш вышел позже обычного. Было уже почти одиннадцать, когда в трее замигала иконка. Выглядел он довольно нервно, и я подумала, что, видимо, во всей этой истории его роль не похожа на роль сказочного принца. Наверно, поэтому и оттягивал разговор так долго: вдруг я решила бы, что это уж слишком.

А сейчас? Что я должна услышать такого, чтобы сказать: «Извини, Алеш, но нет»?

Мы обменялись нейтральными пассажами на тему «как дела?», и я выжидательно замолчала. Он сидел перед камерой и крутил в руках то ли ручку, то ли карандаш.

– В общем, Анна… - ручка упала, покатилась по столу. – История не слишком приятная, скажу сразу.

– Я уже поняла. Рассказывай.

– Мы с Миленой вместе учились в профессиональной школе в Брно, я тебе уже говорил, - Алеш не смотрел в камеру. – Она мне нравилась, но у нее был парень.

– Она тоже была ювелиром?

– Нет, художником по тканям. Я после выпуска работал в Яблонце-над-Нисоу, на фабрике бижутерии.

– «Прециоза»? – я знала, что это всемирно известная компания, и попасть туда для начинающего было большой удачей.

– Да, - кивнул Алеш. – Проработал там художником три года. Рисовал эскизы, готовил образцы. А потом вернулся в Брно. Устроился в ювелирный салон, делал украшения по заказам. Работал в основном с серебром и с самоцветами, хотя иногда доверяли и драгоценные камни. Девушки у меня тогда были, но ничего серьезного.

– Извини за нескромный вопрос, а вообще у тебя много женщин было?

Глаза Алеша чуть округлились, он явно не ожидал от меня ничего подобного. Хотя я и сама от себя такого не ожидала.

– Не знаю, как ответить. У каждого свои понятия. Что для одного много – для другого мало.

– А как ты сам считаешь?

– Не много, но и не мало, - осторожно ответил он и тут же отбил подачу: - А у тебя?

– Женщин? – хмыкнула я.

– Анна!

– Ладно. Муж и потом еще двое. По нынешним меркам - почти девственница. Не представляю, зачем я вообще тебе это говорю.

– Не представляю, зачем ты спросила, но неважно. С Миленой мы снова увиделись на встрече выпускников, ну и... Я в нее влюбился, а она… не знаю. До сих пор не знаю, что было с ее стороны. Мы ссорились, мирились, расставались, снова сходились. Это было как болезнь. Хроническая болезнь. У меня, не у нее. Я ее любил, она принимала мою любовь. Так часто бывает.

– Да, - согласилась я. – Всегда кто-то один любит сильнее. Но если разница не очень большая, это не мешает.

– А у вас с мужем – кто любил сильнее?

– Не знаю. Сначала, наверно, я. Потом он. Иначе я не сомневалась бы, выходить за него замуж или нет.

– После Праги? – слегка улыбнулся Алеш.

– После Праги. А ты? Сомневался тогда?

– А как ты думаешь? Мы с Ярдой приехали в Прагу на выставку, а перед этим я сделал для Милены кольцо. Думал, что вернусь и предложу ей выйти за меня замуж.

– Но не предложил?

– Нет. Понимаешь… Мне все время приходилось ее добиваться. Что-то доказывать. Постоянное напряжение. Ты – это было что-то совсем другое. Светлое и теплое.

У меня загорелись уши. Потому что я подумала о нем тогда так же. Впечатление чего-то теплого и светлого, как солнечный майский день.

– Я вернулся в Брно, мы с ней встретились… Я не знаю, Анна. Мне трудно объяснить, что я тогда чувствовал.

– Не надо, Алеш, я понимаю. Со мной, наверно, было то же самое.

– Мы с ней снова поссорились, я думал, расстались окончательно. Но когда ты вышла замуж и я увидел твою фотографию в свадебном платье… Мне кто-то нужен был рядом, - он опустил голову. – Просто нужна была женщина. Все тянулось, тянулось. Год, второй. В тягость нам обоим, но почему-то я не мог с ней порвать. Зачем это нужно было ей? Тогда я не знал. Потом она сказала, что беременна. Это было странно, потому что мы предохранялись.

– Ни один способ не дает полной гарантии.

– Да, я знаю, - поморщился он. – Мы поженились, родилась Марта. У нас с Миленой все было плохо. Очень плохо.

– Наверно, я никогда не пойму, зачем люди живут вместе, если между ними ничего нет. Ради чего? Ради ребенка? Алеш, дети вырастают и уходят, а ты остаешься с человеком, которого не любишь. И который не любит тебя. А жизнь прошла. И ребенок в лучшем случае будет иногда навещать.

– Анна, можно я тоже задам тебе нескромный вопрос? – Алеш посмотрел на меня тяжелым взглядом. – Почему у вас с мужем не было детей? Не могли или не хотели?

Я осеклась. Помолчала, разглядывая свои руки.

– Сначала мы оба учились. Потом я попала на работу в очень хорошее место, жаль было сразу уходить в декрет. Но компания обанкротилась. А мы тогда… в общем, тогда мы уже не хотели. Я не хотела.

– Я не пытаюсь тебя обидеть, поверь. Но тебе не понять, что можно жить с женщиной… нелюбимой женщиной… только потому, что хочешь видеть ребенка каждый день. А не два раза в месяц и во время каникул. Да, я еще до ее рождения сомневался, что это мой ребенок. У меня были основания так думать. Я понял, что ты заходила на страницу Милены. Все видела? С самого начала?

– Д-да, - с запинкой ответила я.

– Это ничего не меняло, Анна. Те чувства, которые у меня когда-то были к Милене, давно прошли. Но я любил Марту. И люблю.

– Тогда почему она два года жила не с тобой?

– Потому что не хотела, - горько усмехнулся Алеш. – Да и сейчас не хочет.

– Но… - растерялась я.

– Мы с мамой уговорили ее: нужно учиться в хорошей школе в Праге и поступить в университет, потому что когда-то наша фирма будет принадлежать ей, Либору и Хане. Анна, она всегда была… мамина девочка. А я – злодей и мерзавец. В Брно все было еще тихо. Такая холодная война. Каждый в своем окопе. Но когда переехали в Прагу… Мы начали страшно ругаться. Она изменяла мне, я изменял ей. Потом… потом я начал пить. Не мог работать. Милена как будто специально старалась меня задеть, побольнее. Я терпел сколько мог, но все равно срывался. Однажды она пришла поздно ночью. Я знал, где она, с кем. Получился безобразный скандал, я был сильно пьян. Марта проснулась, вышла из своей комнаты. У нее началась истерика, мы ее еле успокоили.

Алеш сидел, откинувшись на спинку стула, смотрел куда-то в потолок. Я старательно разглядывала свои колени – лишь бы не в камеру.

– После той ночи – как отрезало. Больше ни разу не напивался. Не скажу, что совсем не пью, но всегда знаю меру. Но Марта с тех пор меня сторонилась. Когда мы оставались вдвоем, держалась… как будто с чужим человеком. Как я ни старался что-то исправить. Я не знаю, Анна, что говорила ей Милена обо мне. Могу только догадываться. Потом был момент, когда мы пытались договориться. Ради Марты. Не просто сделать вид – а начать все сначала. Поехали втроем в Крконоши, ты, наверно, видела фотографию. И даже как будто что-то получилось. И мы снова стали… - он запнулся, - спать вместе. Но надолго ее не хватило. Всего на несколько месяцев.