Преданный
Шрифт:
Я закатываю глаза.
Мы пробираемся через роскошный дом Фрэнки. В большом холле висят люстры, отбрасывая передо мной полосы света, когда я прохожу.
Фрэнки распахивает двери столовой. У меня перехватывает дыхание, когда я встречаюсь с ней взглядом.
Мое сокровище.
Ее идеальные пухлые губы складываются в сексуальную "о", когда я прохожу мимо, не отрывая от нее взгляда.
Сейчас она все, чего я хочу. Я жажду ее.
Этот засранец, Данте, кашляет, отвлекая ее внимание от меня. Она опустила взгляд на руки на коленях, словно ее только что отругали в школе. Я сел на свободное место рядом с ней. Электрический ток пронзает меня, когда моя рука касается ее гладкого бедра.
И, боже, это платье. Это так мучительно. Быть так близко к ней, но не иметь возможности обладать ею.
То, как она вздрогнула рядом со мной, говорит мне, что она тоже это чувствует. Не вся надежда еще потеряна.
Фрэнки садится напротив меня, справа от него его суровый телохранитель Тео с зачесанными назад волосами, собранными в пучок.
Сестра Розы, Ева, одаривает меня лучезарной улыбкой, и я отвечаю ей тем же. Но никак не могу отделаться от ощущения, будто она буравит Розу взглядом. Между ними что-то не так.
Официант из бара Фрэнки протягивает мне бокал шампанского. Сделав глоток, я откидываюсь на спинку стула и пользуюсь моментом, чтобы окинуть Розу взглядом. Она снова похудела. Ее пальцы нервно барабанят по бедрам, а сама она ковыряет кожу вокруг ногтей. Мне приходится приложить все силы, чтобы не взять ее руку в свою, чтобы успокоить.
— Ну, за счастливую пару! — лучезарно улыбается Фрэнки и поднимает свой бокал за тост.
— Я счастливый человек, — говорит Данте, целуя ее в щеку, а я судорожно сжимаю свой бокал.
Я наблюдаю, как она сжимает бокал, и ее руки дрожат, когда она ставит его обратно, так и не сделав глотка.
Пока все вокруг продолжают болтать, она, извинившись, встает из-за стола. Данте словно ястреб, следит за ней, пока она выходит из комнаты.
Мой телефон вибрирует в кармане пиджака. Достаю его, на экране высвечивается имя Грейсона.
— Извините, я отойду на секунду, — киваю я Фрэнки.
Я принимаю звонок и выхожу из комнаты.
— Грей. Что у тебя?
— Я узнал подробности о пропавшей партии, — на заднем плане слышу голос Мэдди.
Все, кроме меня, счастливы с женщинами. У меня дома дьяволица. — Отлично, какие новости?
— Это не было нападением. Это было изменение маршрута, — его голос становится сбивчивым, когда он что-то говорит на заднем плане. Неужели они все не могут не трахаться, когда разговаривают со мной по телефону?
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — мое терпение на исходе.
— Груз был перенаправлен на склад Капри. Мэдди, остановись на... — он издает короткий вздох.
Ублюдок.
— Хорошо. Это все? — я больше не могу слушать, как они там развлекаются.
Раздается глухой удар, как будто он уронил телефон.
— Извини, босс. Ты в порядке?
— Я просто на ужине в честь помолвки Розы.
На линии воцаряется тишина.
— Лука, — вздыхает он.
— Я не хочу ничего слышать. Не сегодня, Грейсон. Я могу с этим справиться.
— Прекрасно, — он сердито фыркает.
— Держи меня в курсе, — говорю я и завершаю звонок. Засовывая его обратно в карман, я не могу не заметить отчетливый звук всхлипов Розы. Я направляюсь на звук и легонько стучу в дверь.
— Роза, детка, ты можешь меня впустить?
Замок щелкает, и я вздыхаю с облегчением — она все еще доверяет мне. Меня встречают ее опухшие красные глаза. Инстинктивно я обхватываю ее хрупкое тело руками, хмурясь, когда я чувствую ее ребра сквозь кожу.
Кладу подбородок ей на макушку, я наклоняю лицо вперед и вдыхаю ее сладкий цветочный аромат. Пинком распахиваю дверь шире, я вхожу с ней внутрь, Роза все еще прижата к моему торсу. Ее теплые слезы проливаются сквозь мою рубашку.
Закрываю дверь и поворачиваю замок, прислоняюсь спиной к двери. Приподнимаю ее подбородок, заставляя посмотреть на меня.
— Кто он? Почему эта внезапная помолвка? — у меня сводит челюсть.
Я знаю, что не имею права злиться, я сам помолвлен. Но не по своей воле.
Она опускает взгляд и кусает нижнюю губу.
— Ты всегда будешь моей, tesoro. Всегда. А теперь скажи мне. Зачем ты это делаешь?
— Потому что мне нужно двигаться дальше.
Я делаю шаг назад. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она мне лжет, по тому, как расширяются ее зрачки, как она сейчас теребит кожу вокруг пальцев.
— Не лги мне, Роза.
Она сокращает расстояние между нами, и я закрываю глаза, когда она проводит пальцем по моей челюсти.
— У тебя есть свои причины для помолвки, у меня - свои. Я должна это сделать, — ее голос суров, но она продолжает гладить мое лицо, спускаясь вниз по моей рубашке и останавливаясь на ремне. Я сдерживаю стон из-за ее отвлекающей тактики. Вся кровь отхлынула от моей головы и устремилась прямо к моему члену.
— Ты любишь его?
Ее глаза расширяются. Не могу сказать точно, но её лицо точно не выражает любовь. Она качает головой, и меня охватывает облегчение.
— Ладно, лучше спрошу иначе. Ты все еще хочешь меня? Потому что я хочу тебя. Никогда не переставал, — прохрипел я, касаясь носом ее подбородка. Она дрожит от моего прикосновения, запрокидывая голову назад.
Я провожу указательным пальцем по ее руке, и с ее губ срывается тихий стон.
— Да. Боже, да, Лука.
Мои пальцы находят подол ее платья и задирают его, обхватив ее ягодицы, поднимаю ее и усаживаю на раковину.
— Прикоснись ко мне, Лука. Пожалуйста. Заставь меня снова почувствовать себя целой. Я хочу чувствовать себя живой. Только ты можешь это сделать.
— Я всегда буду заставлять тебя чувствовать себя хорошо, Роза. Я создан для твоего удовольствия. Но мне кое-что нужно от тебя.
— Что угодно.
— Мне нужно, чтобы ты снова вернулась к терапии. И мне нужна возможность связаться с тобой.
— Хорошо, — я смотрю, как сжимается ее шея, когда она сглатывает.
— Я пришлю тебе другой телефон. Я не могу не разговаривать с тобой. Это убивает меня. Ты нужна мне.
Она кивает. — Но мы должны держать это в секрете.
Что она скрывает? Прямо сейчас я не могу с ней спорить, тем более, что я делаю то же самое что и она.