Чтение онлайн

Они вышли в весенний воздух. Утреннее солнце на миг ослепило Мику. Она прикрыла глаза бледной ладонью и посмотрела на королевство Обсидиан.

Только несколько кварталов домов отделяли замок и ров от городской стены. Как остальные здания в Чистом городе, дома были огромными и грубыми, даже издалека. На крышах блестели лужи от ночного дождя, придавая им серебряное сияние.

За границами города поля ферм тянулись до пылающего утреннего неба. Темная вулканическая почва виднелась среди слоя зелени. Земля была разделена на аккуратные участки, порой среди них виднелись строгие дома. Крохотные фигуры работали в полях, их бледные лица были склонены к черной земле. На западе, с другой стороны от башни, Мика видела основную часть города и широкую грязную реку Брим. Горы лежали на юге, их неровные вершины были единственным знаком, что они скрывали давно уснувшие вулканы. На севере тянулось больше ферм, но земля была не такой аккуратной, и изгибы на горизонте намекали на разломы в земле за рекой и горами. Оттуда прибыла леди Карис.

Мика смотрела на свой «дом» и тихо вздохнула.

— Я могу любоваться этим видом вечно, — король упер ладони в каменные перила, глубоко дыша. — Красота переполняет рассудок, не находите?

— Тут красиво, ваша светлость.

— Когда вы в последний раз были при дворе, леди Карис?

— Наверное, десять лет назад, — сказала Мика. — Не помню точно.

— Десять… ах, да. Тогда ваша мама ругала вашу сестру за поцелуи со старшим сыном Геранта, — король рассмеялся. — Это чуть не устроило скандал!

Мика вежливо рассмеялась, надеясь, что он не спросит ее, какая сестра была вовлечена. Король пытался поймать ее на лжи? Она ведь неожиданно появилась посреди войны.

Она прислонилась к перилам балкона. Ее мутило, когда она посмотрела на стену замка, построенного Мышцами, и тень рва внизу. Если король обвинит ее, что она — имитатор, она могла попробовать сбросить его с балкона. Он выглядел сильным, несмотря на его возраст, но она могла застать его врасплох.

Ее пальцы дрогнули. Стоило ли сделать это? Смерть короля вызовет хаос в королевстве. Воевать во время перехода власти было непростым делом. Обсидианцы могут даже отступить из Виндфаста, прекратить вторжение. Мика могла спасти империю Виндфаст одним толчком.

— Я рад видеть, как вы влияете на моего сына, леди Карис.

Мика подняла голову.

— Ваша светлость?

— Вы тихая, не такую девушку я от него ожидал, но он очарован вами.

Мика использовала навык мимика, чтобы заставить себя покраснеть.

— Принц Оуэн особенный.

— Да. Я боялся, что он привез домой женщину, чтобы успокоить меня, но он так смотрит на вас, и вы движетесь вместе так… его чувства искренние. Я такое ощущаю.

Мика не знала, что сказать.

— Он сидел у моей кровати, когда я недавно болела.

— Я слышал, — сказал король. — Надеюсь, ваши чувства искренние, миледи. Иначе мне придется вас убить.

Сердце Мики забилось быстрее.

— Ваша светлость, я не стала бы притворяться…

— Я просто шучу, леди Карис, — король поднял руки, глаза блестели. Мике это казалось зловещим, ведь мужчина приказал убить прошлую возлюбленную своего сына. — Хотя нам придется поговорить насчет моего любимого графина.

Мика слабо рассмеялась, пульс участился. Король знал, что Оуэн рассказал бы ей о прошлой девушке. Угроза была острой за его дружелюбным тоном. Она прижала пальцы к каменным перилам. Опасный обрыв все еще ждал.

«Мне стоит это сделать?».

Мика не знала, забрал ли Тибер формулу у лорда Моргана. Она не сможет увидеть замок внутри еще раз, если убьет короля, и Тибера с Калебом сбросят с этого балкона, как ее сообщников. Но, как и сказал Тибер, смерть короля не завершит войну, не изменит законы вокруг рабства Талантов. Обычные люди все еще будут бояться их. Лагеря не пропадут. Рабство будет процветать. Нет, изменения в этом королевстве нужны были глубже, и смерть правителя ничего не исправит.

Король улыбался ей, словно они разделили шутку. Она не осмелилась двигаться, чтобы черты лица не изменились. Так, наверное, король заманивал к себе людей. Шутил с ними, угрожал им, а потом успокаивал или даже прощал, намекая, что они все это время ладили.

— Вы с моим сыном подумали, когда сообщите о помолвке? — спросил король после паузы.

— Мы не хотели торопиться, особенно после потери принца Стеффана, — сказала Мика. — И Оуэн сказал, что хотел ваше одобрение.

— Да?

— Д-думаю, да, ваша светлость.

Король нахмурился и пригляделся. Она испортила свой образ? Мика почему-то представила, как принц Оуэн пытался снова и снова выкопать туннель из погреба убежища, пока пел изо всех сил. Мысли короля было невозможно прочесть. Он злился? Ощущал подозрения? Переживал. Король Брекон мог делать вид, что шутил и устанавливал связи с друзьями, но он защищал свой разум прочной каменной стеной.

«Только бы Тибер получил проклятую формулу!».

— Мой сын… — король кашлянул, и Мику снова потрясло, как открыто он выражал эмоции, по сравнению с императором Стилом. — Мой сын редко ищет моего одобрения в последнее время.

— У вас были свои испытания, — сказала Мика, — но он хочет залатать брешь между вами.

Король вздохнул.

— Это меня порадовало бы.

Они утихли. Ветер летел к ним со стороны ферм, нес запахи весны. Становилось теплее, и Мика вспомнила, что через неделю первый день лета.

— Может, вам стоит объявить о помолвке на балу мимиков на следующей неделе, леди Карис, — король будто думал о том же. — Ваши родители прибудут?

Мика сглотнула.

— Мои родители? — этого вопроса она хотела избежать. — Ваша светлость, мои родители…

— Ваша светлость! Новости из Виндфаста!

Мика повернулась, радуясь, что их прервали. Но ее радость не жила долго. Леди Ниа распахнула двери балкона, ее лицо было румяным от восторга.

— Только что прибыл гонец, ваша светлость. Император Стил мертв!

Глава двадцать первая

Джессамин шла по мосту из красного камня. Ее кожа ощущалась тесной, как во время отравления. Слишком тесной и свободной одновременно. Голову будто набили шерстью с Пегаса, а глаза были сухими и чесались.

Но она достаточно времени провела в слезах.

Тело отца лежало в актовом зале за ней, уже готовое к похоронам. Его раны зашили, зельями обработали тело. Его лицо накрасили, сделав гордые холодные черты оживленнее, чем они были в реальной жизни.

Она не будет больше смотреть на него. Она не будет касаться шелковой нити, сдерживающей его кожу вместе, не будет думать о клинках, которые снова и снова резали его кожу.

На ее отца напали на пути между Старыми Королями и Рэдбриджем, пока Джессамин ждала его в городе, гордясь, что отвоевала его, что ее солдаты вернули территорию. Она хотела подарить ему кусочек империи, который она спасла. Но было слишком поздно.

Обсидианцы сделали это. Ясное дело. Бледные воины во главе с младшим сыном короля, принцем Гленом, пробрались вдоль гор Ридж и ждали императора и его стражу в засаде. А потом зарезали их. Джессамин все еще не знала, как принц Глен узнал путь ее отца, как он выяснил, сколько будет стражей. Всюду были шпионы. Предатели и шпионы.