Чтение онлайн

Нужно что-то делать. Как-то выковыривать дочь из дома. Или, действительно, стоит подождать, когда Кир сам накосячит в очередной раз и Дашка поймёт, что нет смысла доверять ему? Как мне убедить её переехать вместе со мной?

— Маргарита Романовна. — осторожно сунулась в приоткрытую дверь Катя. — Маргарита, Романовна, вы уже видели? Перевод видели?

Сердце тревожно трепыхнулось. Такой растерянной Катю я не видела никогда. Глаза как блюдца, губы трясутся. Что такого могло произойти, чтобы моя стремительная и горящая комета Катя, стояла сейчас, как пыльным мешком пристукнутая?

— Какой перевод, Кать? — я крутанулась к столу, защёлкала мышкой, открывая нужную вкладку.

— На наш счёт от Белецкого. Риточка Романовна, это же нам теперь на всё хватит! — радостно запищала Катя, справившись с первыми эмоциями. — Мы же сможем закончить отделку гостиницы. Там и на мебель, наверное, останется.

Я моргнула, глядя на поступившую на счёт фонда сумму. Белецкий удвоил её, и теперь ровно десять миллионов не мигая своими нолями, пристально смотрели на меня с экрана.

Что это значит? Он не принял моего отказа? Он торгуется? Это аванс? Глядя на экран монитора, постучала кончиком ручки по столешнице. Как я должна к этому относиться? Понятно, что ни о какой ночи с господином Белецким речи идти не может. А если он будет настаивать? А если не будет?

— Маргарита Романовна, мы спасены! — эмоционально размахивала руками Катя. — Я знала, знала, что Белецкий не пройдёт мимо! Он такой молодец, он стольким помог! О нём столько хорошего говорят!

Хорошего? После личного знакомства с меценатом года я ничего хорошего сказать о нём не могла.

Растерянно потёрла пальцами лоб. Это что же, мне нужно позвонить ему и поблагодарить? И сделать это нужно лично, а не через помощницу. Выразить, так сказать, уважение.

Исчезнувшая в приёмном Катя, снова появилась на пороге кабинета. В этот раз сияющая и с огромной корзиной белоснежных роз.

— Маргарита Романовна, вам. Только что принесли. Здесь карточка есть. — Катя водрузила корзину на чайный столик. — Боже, какая красота! Мне никто не дарил таких шикарных букетов.

Помощница выхватила и нежных бутонов небольшую открытку и протянула мне.

Я и без карточки знала от кого цветы. Только Кир знал, что я обожаю белые розы. Именно такие, как сейчас, стояли в корзине. Не кремовые, не лимонные, а белоснежные. Однако открытку открыла.

"Готов к сотрудничеству. Ресторан "Мольер» двадцать ноль-ноль. Белецкий." — с жирной точкой в конце.

— Маргарита Романовна, к вам… — Катя безуспешно попыталась предупредить меня, но Кирилл опередил её, широким шагом вошёл в мой кабинет.

Я оторвалась от бумаг и медленно подняла голову на мужа, встретилась с ним взглядом.

— Не суетитесь, Екатерина. — кинул моей помощнице через плечо Кир. — К своей жене я могу заходить без представления. Лучше сделайте мне кофе. Чёрный без сахара.

— Кофе закончился. — дерзко вздёрнула подбородок Катя и удалилась в приёмную.

Я мысленно улыбнулась. Моя ты золотая девочка, обиделась за меня. Мстит, хоть и мелочно, как ребёнок.

— Всё так плохо? — с издёвкой ухмыльнулся муж. — Даже на кофе не хватает?

— Ты один? Без Ольги? — проигнорировала его вопрос.

Кир недовольно поморщился.

— Сарказм тебе не к лицу, Рита.

— Неужели? — я положила на стол ручку, которой вносила правки в записи. — Просто у меня желчь разливается, когда вижу тебя. Горчит во рту от твоего вида.

— Обратись к доктору. В твоём возрасте пора начинать следить за здоровьем, дорогая.

— С этим советом тебе лучше к бывшей. Она постарше будет. — без улыбки встретила его насмешливый взгляд.

Кир вздохнул и обвёл взглядом мой кабинет, словно видел его в первый раз. Наткнулся на корзину с цветами и помрачнел.

— Если обмен любезностями закончился, давай поговорим серьёзно, Рита.

— Присаживайся. — кивнула на стул для посетителей. — Хочешь обсудить развод?

Кир замер на секунду, но всё же опустился на стул, закинул ногу на ногу и положил правую руку на стол. Постучал пальцами по столешнице. Я молча смотрела на него, и за грудиной больно тянуло. Вот он мой Кир. Те же широкие плечи, синие глаза, прядка седых волос. Красивый, как бог, и такой же далёкий и непонятный. Сидит напротив сурово и недовольно поджав губы. Готовый жестоко карать и казнить за непослушание.

— Ты так и не оставила эту идею, Рит? Так и не поняла, что без меня тебе не выплыть? Что пойдёшь ко дну вместе совсем этим? — муж небрежно махнул ладонью, обозначая, пространство вокруг себя. — А как же любовь, о которой ты пела мне постоянно? Или не было её, а твои признания подпитывали только блага, которые я тебе давал? Так я верну тебе всё, Ритуль. Финансирование твоего фонда. Машину. Она, кстати, уже приехала в салон и ждёт свою хозяйку.

— Ты думаешь, я ради денег с тобой останусь? Потому что выхода у меня другого не будет? — качнула я головой и вздохнула. Во рту и правда разлилась горечь, словно сок алоэ на язык попал. — Не унижай меня ещё больше, Кир. Я не из-за материальных благ жила с тобой столько лет. Я любила тебя. Всякого. Бедного. Собирающего по крохам деньги на оплату съёмной квартиры. Радостного, когда приносил домой злосчастную упаковку памперсов для Дашки. Бегающего днём по городу на встречи с потенциальными инвесторами твоего проекта, а по ночам разгружающего вагоны. Я всякого тебя любила. Сильного, слабого, больного и уставшего. Отчаявшегося и полного идей и планов. Любила, когда ты крутился как мог, когда ввязывался в сомнительные авантюры и когда проваливал проекты. Когда ты поднимался и рос, наперекор всем трудностям и неудачам. Когда заработал свой первый миллион.

— Наш, Рита. — качнулся в мою сторону Кир. — Наш с тобой первый миллион, потому что всё было ради тебя, ради вас с Дашкой.

Я и правда его любила. До умопомрачения. Я ждала его вечерами со встреч с "нужными" людьми, чтобы накормить жареной картошкой перед ночной сменой, потому что других продуктов не было. Ждала, чтобы поцеловать в крошечной прихожей съёмной однушки. Ждала ночью, когда он возвращался вымотанный и пахнущий, как портовый грузчик.

Я боготворила его как бога, когда он в костюме и галстуке, на бегу целовал нас с крошечной Дашкой и исчезал на целый день строить свой бизнес, возвращался ближе к ночи уставший, но с лихорадочным победным блеском в глазах.

Я обожала и страшно гордилась мужем, когда он купил наш первый автомобиль. Когда объявил, что купил участок и мы начинаем строить дом.

Я и сейчас его любила. Только любовь моя была отравлена ядом его предательства и поэтому невыносимо горчила.

— Возможно, Кир. — согласилась я. — Конечно, ради нас. Тогда за что ты унижаешь меня сейчас? Заставляешь проглотить то, что ты творишь. Бывшую твою, хозяйничающую в моём доме, лапы её оставленные на столе, который я натирала полиролью. Ухмыляющуюся мне в лицо с видом победительницы.