Предательство босса Мафии
Шрифт:
— Как будто я когда-нибудь откажусь от хорошего виски. — Он с грохотом рухнул на один из моих кремовых кожаных диванов, и я сел напротив него, поставив бутылку виски и рюмки на журнальный столик.
— Почему мой брат хочет меня видеть? — Спрашиваю я, наливая нам напитки.
— Уверен, это связано с твоим посвящением. Он считает, что тебе пора стать частью семьи. — Лука проводит рукой по своей бороде. — Учитывая, что Элио затаился и ждет подходящего момента, чтобы напасть, думаю, будет разумнее, если ты пройдешь инициацию как можно скорее.
Я делаю глоток виски и морщусь, когда резкий вкус проходит через горло.
— И что хорошего это даст?
— Холодно и грозно, но это все еще война, Винсент. — Он делает паузу, скорее всего, обдумывая свои следующие слова. — Если что-то случится с Капо или Маркусом, тебе придется управлять семьей.
Я ухмыляюсь.
— У Доминика есть наследник.
— Наследник, которому девять лет. — Лука двигается на своем месте, выпрямляя спину. — Это не шутка, Винсент. Ты должен отбросить свое доброе сердце в угол и отнестись к этому серьезно. Ты нужен своей семье.
— В чем нуждается моя семья, это моя проблема, а не твоя. — Я одним махом допиваю остатки своего напитка. — Ты выяснил, в каком доме престарелых находится бабушка Изабеллы?
— Выяснил, но не нашел ее.
— Что значит не нашел?
Лука почесал шею.
— Слушай, мне удалось выяснить, в каком доме престарелых она жила, но на этом мои поиски не закончились, потому что она больше не в доме престарелых.
Я откидываюсь на спинку кресла, положив руки на подголовник.
— Где она?
Он поднимает плечи.
— Она пропала месяц назад, и с тех пор ее никто не видел и не слышал о ней. Как будто ее никогда не существовало.
Я на мгновение задумываюсь. Этого не может быть. Я уверен, что Изабелла сказала мне, что ее бабушка находится в доме престарелых. Конечно, она бы сказала мне, если бы ей по какой-то причине пришлось ее забрать. Что-то здесь не так.
— Пока я был там, я сделал интересное открытие, — говорит Лука.
Я вздыхаю, ненавижу напряжение.
— Ближе к делу.
— Ее и ее брата воспитывал отец-одиночка. Ее отец умер три года назад, а брат — четыре месяца назад.
— Скажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю.
— Ее брат не просто умер, его убили. — На лице Луки появляется мрачная улыбка. Он всегда так улыбается, когда говорит об убийстве и смерти.
Я ошеломлен, ведь Изабелла никогда не упоминала о том, что ее брат был убит. Полагаю, она не считала это полезной информацией, но, учитывая интерес Луки к этой теме, я предполагаю, что он не был просто жертвой обстоятельств.
— Как?
— Судя по моим данным, он работал на Валенте до тех пор, пока шесть месяцев назад не обокрал их. — Он наполняет оба наших бокала еще скотчем. Еще рановато пить, но в моем мире для мужчин никогда не бывает слишком рано. — А ты знаешь, как это бывает, — никогда не кради у мафии.
— Значит, Валенте причастен к смерти ее брата? — Я потираю висок. Все становится еще сложнее, чем я думал. — Думаешь, они как-то связаны с исчезновением ее бабушки? — Если так, то это объясняет, почему она выглядела такой грустной.
В голове зазвенел сигнал тревоги, когда осознание происходящего ударило меня по нутру. Может ли быть так, что Изабелла контактирует с Валенте? Я уверен, что, взяв в заложники ее бабушку, она не заплатит долг, который понес ее брат. Элио должен что-то от нее хотеть в обмен на жизнь ее бабушки, но я не могу понять, что ему от нее нужно.
— Думаю, да, — отвечает Лука. — Думаю, тебе стоит пока держаться от нее подальше, по крайней мере до тех пор, пока мы не убедимся, что она не представляет для тебя опасности.
— Она не представляет для меня опасности. — Я допиваю свой напиток и ставлю пустой стакан на стол. — Если она в беде, то я должен ей помочь.
— И как именно ты собираешься это сделать? Найдешь Элио и место, где он прячет ее бабушку?
— Именно это я и собираюсь сделать, — отвечаю я через плечо, уходя.
Два часа спустя я в офисе Доминика, иду к одному из стульев напротив его стола и игнорирую Данте. Достаточно того, что у моего брата на уме кровопролитие двадцать четыре часа в сутки, но этот парень продолжает забивать ему голову еще большей ерундой.
— Привет, брат. — Я поднимаю ноги, упираясь ими в его стол и не обращаю внимания на его пристальный взгляд.
— Что тебе нужно? — Спрашивает Доминик. Улыбка на его лице, когда я вошел, исчезает.
— Ты пригласил меня на ужин, не так ли?
— Сейчас не время для ужина, — резко отвечает Доминик. — Я занят, так что лучше бы твой визит стоил того.
— К сожалению, мне придется отказаться от ужина с семьей сегодня. У меня другие планы. — Мне нужно встретиться с Изабеллой и выяснить у нее все подробности, только так я смогу ей помочь. Но сейчас мне еще больше нужна помощь Доминика. — Ты можешь мне кое в чем помочь?
Доминик держит свой голос суровым.
— Зависит от того, о чем ты просишь.
— Думаю, я смогу найти Элио Валенте, но сначала мне нужно кое-кого защитить. — Я стараюсь не показаться эмоционально привязанным. Доминик обнаруживает уязвимые места, как чертов читатель мыслей, и без колебаний использует это, когда это выгодно ему.
Он нахмуривает брови, сцепив пальцы перед собой.
— И как именно ты собираешься его найти?
— Предоставь это мне, мне просто нужно кое-кого защитить, — говорю я ему.
— Это та девушка, не так ли? — Уголок его рта кривится. — Она — та, кого ты хочешь защитить.
— Да, — твердо отвечаю я. Она одна из тех, кого я хочу защитить. Хотя я предпочитаю не показывать этого, слова Луки задели меня, и я должен защитить и свою семью. Если мои братья отдают свои жизни, то и я хочу отдать свою.
— Позволь мне прояснить ситуацию. — Он наклоняется вперед. — Тебе плевать на свою семью, но ты готов защищать женщину, о которой ничего не знаешь?
— Ты не можешь утверждать, что я не забочусь о своей семье, — отвечаю я. Отчасти он прав, я делаю это ради Изабеллы, но она — не единственная причина. Однако моя гордость не позволяет мне быть с ним до конца откровенным.