Чтение онлайн

— Автоматы, плюс у одного что-то типа компактного ПТ, — ответил Данил. — И у того, что у стены, в руках коробка. Не знаю, что там, но мне не нравится.

— Сюрприз для узла связи, — тихо сказал капитан. — Если они её поставят, нам потом долго объяснять, почему над головой рухнула половина сети.

Он посмотрел на «Восток».

— Значит так, — сказал он. — Подход по двум направлениям. «Дельта» — с правого фланга, «Браво» — левее, через тот проём.

— Товарищ капитан, — заговорил Рыбин, — давайте рой по ним ещё раз?

— Если мы сожжём рой сейчас, — ответил Рубцов, — а у них в запасе ещё один пакет с такими же микродронами, дальше будете ходить вслепую. Нет. Рой — на разведку и точечные удары. Здесь — пехота.

Пахом тихо выдохнул.

— Ну, понеслась.

Первыми пошли они — правая группа.

Артём чувствовал, как тело входит в знакомый режим:

движения короткие, экономные, дыхание ровное, сердце бьётся быстро, но ровно.

Эйда отмечала малейшие изменения давления на ступнях, подстраивалась под выверт пола.

Робо-мул, оставленный чуть позади с Дроздовым, тикал чем-то в своих прожекторах, но пока молчал.

Они подошли к углу склада, прижались к стене.

Стрелецкий показал жестами:

на счёт три — выход, два бойца вдоль стены, один контролирует проём, остальные прикрывают.

Артём кивнул, подхватывая план.

В этот момент из общего канала раздался тихий, но ощутимо чужой голос — с лёгким акцентом:

— Вызов контрольной группы «Лис». Отправка пакета через тридцать секунд.

Голос явно шёл из рации одного из диверсантов.

— Панфёров, транслируй, — шепнул Рубцов. — Я хочу слышать их тоже.

— Уже, — сказал тот. — Я подсел к их частоте через рой. Слышите?

Слышали.

— Контроль, это «Лис-три», — тот же голос договаривал что-то на чужом языке, но важные слова были понятны и без перевода: «пакет», «подрыв», «узел».

Стрелецкий встретился взглядом с Артёмом — коротко, тяжело.

— Время, — сказал он губами.

Жест.

Раз.

Два.

На «три» они вышли.

То, что происходило дальше, потом вспоминалось кусками.

Картинка, обрубленная на куски, как плёнка, порезанная ножом.

Артём выскочил из-за угла, автомат уже был у плеча.

Диверсанты у стены не ожидали, что их увидят именно сейчас.

Один стоял на колене, ковыряясь в панели с проводами.

Рядом лежала большая, чёрная, безымянная коробка.

Второй прикрывал, держа автомат на полуготовности.

Третий — чуть в стороне, глядел куда-то в сторону узла связи.

Первые доли секунды — шок у обеих сторон.

Эйда сжала мир в одну линию:

Три цели. Расстояние — пятнадцать метров. Приоритет — оператор коробки, затем прикрывающий, затем третий.

Тело среагировало.

Очередь ударила в того, кто копался в проводах.

Пули, срезанные модулем по траектории, вошли в плечо, грудь, шею. Он отлетел к стене, перевернув коробку.

В это время второй диверсант уже успел среагировать.

Автомат развернулся, и короткая очередь прошила воздух рядом с головой Артёма.

Осколки бетона брызнули.

Он почувствовал, как что-то горячее полоснуло по щеке — пуля прошла очень близко.

Эйда увеличила частоту работы:

Опасность. Уклон вправо, два шага, присесть, возврат ведения огня.

Он рухнул на колено, перекатился, вскинув ствол.

Пахом из-за его спины дал длинную очередь в того, что прикрывал.

Того согнуло, как тряпку, он упал, зажав живот.

Третий диверсант схватился за что-то на груди — возможно, за гранату — но в этот момент из левофлангового прохода в него ударила короткая очередь от Ильи. Тот рухнул, выронив чёрный цилиндр, который так и не успел активировать.

— Чисто! — крикнул Пахом.

— Не факт, — отрезал Стрелецкий. — Блокируй сектор! Панфёров, картинку.

— Сектор чистый, кроме… — Данил замолчал. — Второй шевелится.

Тот самый прикрывающий действительно пытался развернуться, кровь шла изо рта. Он ещё успел что-то прохрипеть на своём, прежде чем Пахом, не рискуя, влепил ему контрольный.

Коробка лежала на боку.

На панели мигали тревожные красные огоньки.

— Не трогать! — заорал инженер. — Замрите, суки!

Он подлетел, вытянулся вдоль корпуса, склонился, почти уткнувшись носом в панель.

— Таймер, — сказал он через секунду. — Пятнадцать секунд.

У всех внутри что-то обвалилось.

— Отключить? — спросил Рубцов.

— Попробую, — ответил тот. — Но если я ошибусь, у нас будет очень яркий конец.

— Очень короткий, — мрачно добавил Пахом.

Артём, прижавшись к стене, сжимал автомат так, что побелели костяшки.

Эйда уже лезла в увиденный интерфейс:

Незнакомый протокол. Частичный доступ по визуальной информации. Вероятность успешного вмешательства через внешнюю панель — тридцать четыре процента.

— Могу попробовать подсказать, — шепнула она внутри.

Веди, — ответил он.

— Эй, инженер, — крикнул он. — Слева второй ряд, третий индикатор — сними питание, иначе он уйдёт в автономку!

Тот дернулся.

— Откуда ты знаешь, боец? — взвизгнул он.

— Не знаю, — честно сказал Артём. — Просто чуйка.

Инженер пару секунд колебался, потом выругался:

— Ладно, если взорвёмся — лично тебя убью.

Он щёлкнул тумблер.

Огоньки мигнули, пара из них погасла.

Таймер продолжал считать, но замедлился, словно задумался.

— Ага, — пробормотал инженер. — Значит, у них тоже наркоманы в электронике.

Он быстро пробежал по другим элементам.

— Ещё два контакта… вот это… и вот это…