Чтение онлайн

Когда я прихожу домой, мама сидит за столом в столовой, в очках, просматривая почту.

Она улыбается, когда я прохожу по прихожей.

— Кто-то звонил тебе насчёт… — говорит она.

— Дай угадаю, — я останавливаюсь у края стола. — Издательство, кинокомпания, и они хотят три интервью, — все хотят узнать эту историю, а я не хочу рассказывать её, чёрт возьми.

Мама морщится.

— Ты сделаешь это, только если захочешь, милая.

— Ну, я не хочу.

Она качает головой.

— Я тебя не виню. Пережить этот ад один раз было достаточно для всех нас. Как прошёл сеанс психотерапии?

— Дерьмово.

Мама вздыхает и сдвигает очки с переносицы вниз.

— Я не знаю, что сделать, чтобы помочь тебе. Я в растерянности, Ава. Скажи, что мне сделать.

— Ничего, — я обхожу вокруг стола.

— Милая…

— Я просто хочу пойти спать, мам. Я просто устала. Я не хочу говорить об этом. Я хочу спать.

— Ава, ты пыталась убить себя. Я потеряла твоего брата, я не смогу вынести, если потеряю и тебя, снова.

И вот, снова, слова, которые она бросает мне в лицо всякий раз, когда она не понимает.

— Дерьмо случается, — мямлю я.

— Ава!

— Я не знаю, чего ты хочешь! Я пытаюсь! Пытаюсь…

— Я хочу, чтобы вернулась моя маленькая девочка, — мама встаёт из-за стола, и я направляюсь в прихожую. Я не хочу обсуждать это прямо сейчас. — Ава!

— В том-то и проблема, я не маленькая девочка. Ты не можешь вылечить меня грёбаным лейкопластырем, мам.

— Следи за языком, молодая леди!

Я никогда и слова грубого ей не сказала. Я закусываю губу, меня терзает вина.

— Прости. Мне не следовало… я просто… мне просто нужно побыть одной.

Я взбегаю по лестнице, шаги эхом раздаются под высоким потолком. Она всё ещё стоит у подножия лестницы, смотря на меня, когда я исчезаю в своей спальне и закрываю дверь. Я достаю телефон из кармана джинсов, ложусь на кровать и просматриваю страницу в «Фейсбуке», читая все светские посты. И затем телефон звонит: пришло сообщение. Заголовок гласит: «Я верю, что ты его любишь».

Я быстро открываю его и читаю:

Я верю, ты его любишь.

Дорогая Ава,

Я знаю, должно быть, у вас тысячи предложений, и, возможно, вы просто не готовы рассказать свою историю, но могу пообещать, что история, которую я хочу рассказать, на самом деле ваша. Я хочу жестокую правду из первых рук. Я хочу знать, почему вы любите его, поэтому можете называть меня романтиком, но я верю, что иногда любовь находят в самых необычных местах. Я прилагаю ссылки на другие детективные рассказы, которые я пересказала, поскольку думаю, что вы увидите, что я не люблю изображать общепринятую сторону вещей. Если вы заинтересованы обсудить это, я буду очень рада поговорить с вами.

С наилучшими пожеланиями,

Табита Стронг

Самый продаваемый автор детективов по версии Нью-Йорк Таймс

Пэддингтон Пресс

Я закрываю почту, неуверенная, свяжусь я с ней или нет, и погружаюсь в сон в середине дня, моля, чтобы мне приснилось, что я снова в той комнате жду его.

Глава 35

Ава

День 71 — дома

Спокойные ноты фортепьяно исчезают в темной комнате. Я убираю пальцы от клавиш и жду, когда тишина безмолвного дома окутает меня подобно шерстяному одеялу. Я перевожу взгляд к окну. Тьма кромешная. Сейчас два часа ночи, за окном темно, и это означает, что я не могу спать. С тех пор, как я вернулась, я сплю только днём. Ночи я провожу, думая, размышляя, скучая по нему, хотя мне и сказали, что не следует этого делать. Я боюсь, что настанет день, когда я забуду его лицо. У меня нет ни одной его фотографии, которая напоминала бы мне о нём, и иногда я думаю, что просто выдумала его. Что, возможно, я в буквальном смысле выжила из ума и все жалеют меня, поэтому они просто не мешают мне быть ненормальной, погруженной в мой собственный маленький мир тьмы и боли.

Мои пальцы скользят по гладким клавишам, и низкие ноты снова заполняют воздух. Я дома. Я должна быть счастливой. Все должно быть нормально, но, кажется, всё не так. Я не перестаю ждать, что услышу его голос. Увижу, как он входит в комнату. По правде говоря, без него я чувствую себя потерянной. Я перестаю играть «К Элизе» Бетховена и выдыхаю, прежде чем закрыть глаза. Лицо Макса — эти глаза — немедленно возникают в моей голове. И мной овладевает успокоение. Я сглатываю. В груди всё сжимается, и я едва сдерживаю рыдание.

— Я по тебе скучаю, — говорю я пустоте, потому что она не станет со мной об этом спорить.

Любовь…

Если вы думаете об этом, любовь — это сила, которая движет всем этим миром. Почти всё в жизни крутится вокруг любви. Большинство людей ищут её как наркоман, отчаянно ищет дозу. И теперь я знаю почему. Если вы когда-нибудь найдёте настоящую любовь, вы её ни с чем не спутаете. В тот момент, когда вы найдёте кого-то, чьё простое присутствие может успокоить вас, кто может заставить даже самые ужасные ситуации казаться обнадёживающими, терпимыми, ваша душа скажет: «И вот ты здесь». И когда это происходит, ничто — правильное или неправильное — не сможет заставить вас поверить, что вы им не принадлежите. В мире, где ничто не имеет смысла, где время от времени всё меняется, обладание чем-то, что вы знаете, останется неизменным в вашей жизни, пока вы не испустите последний вздох, ну, это то, что делает существование реальной жизнью.

Но мне сказали: этот человек мне не подходит.

Этот человек ужасен для меня.

Этот человек для меня плохой.

Если всё дело в этом, я бы лучше просто существовала. Для того чтобы знать ту любовь, которую даже Шекспир не мог описать, и неспособность владеть этой любовью, то есть смертью. Я могу уйти из этой комнаты, но всё равно буду пленницей, потому что с Максом осталась часть меня, которой никто никогда не будет обладать. И пока она с ним, я могу сидеть взаперти в подвале, потому что жизнь без него всё равно лишь существование. Это дымовая завеса свободы. И нет ничего более трагичного, чем быть вынужденным притворяться, что ты живёшь, когда едва можешь дышать.

Раздается громкий звук нот, когда я стучу по клавишам, и я закрываю лицо руками. Я хочу кричать, но вместо этого я провожу пальцами по своим волосам и плачу. Мне говорили, что это мучительное чувство потери всего лишь реакция на травму от всего этого. Что со временем я увижу его таким, какой он есть: преступником, манипулятором, ужасным человеком, который использовал меня.

Но я знаю, что это ложь.

Он убил ради меня.

Он меня любил.

Мои рыдания эхом отражаются от высокого потолка. Я пытаюсь контролировать себя, я пытаюсь успокоиться, потому что в жизни случаются вещи похуже. Так и есть… но эти вещи просто приходящие. Ужасные части вашей жизни — даже то дерьмо, которое я пережила в детстве, — были мимолётным моментом времени, но никогда больше не увидеть Макса, ну, это пожизненное заключение, так что, может быть, нет ничего хуже. Он живой человек, заключённый в фальшивую смерть. И я ненавижу это.