Предрассветные Сумерки
Шрифт:
– Ребёнка?
– Скорее эхом повторил он, чем задал вопрос. Продолжая целовать мою шею. Я невольно начала вздрагивать не понимаю, хочу ли, что бы он спустился ниже или скорее нет.
– Да.
– Выдохнула я, снова закрывая глаза.
– Мне же только шестнадцать лет.
– Ну да, к сожалению не восемнадцать, но я надеюсь, время исправит этот недостаток.
– Восемнадцать это страшно.
– Похолодела я.
– А. Переходный период.
– Угу.
– Кивнула я. Эдвард перестал целовать, просто разглядывая мое лицо и улыбаясь, гладил по спине.
– А какой же возраст у вас считается наиболее ..э.. романтичным?
– Не знаю. У нас этот период растянут во времени.
– Ну и.
– Ну и где-то от тридцати до ста.
– От тридцати?
– Я же все-таки не человек. Обычно невестами у нас становятся после тридцать. Моему брату двадцать шесть лет, а внешне больше семнадцати никогда не дашь, и таким он останется ещё лет на тридцать. Это только я в нашей семье отличилась быстрым ростом. Наверно потому, что связана с Демианом.
– Значит, я влюбился в маленького ребёнка?
– Ну, на маленького ребенка я не похожа.
– Прищурилась я, притягивая его за шею к себе.
– Что творю? Что я делаю?
Дом мистера Свона встретил нас раскатистым храпом. Я сняла защиту и попыталась его разбудить, безрезультатно. Эдвард предложил отнести спящего шерифа в спальню, но как только он до него дотронется, чары рассеются.
Пришлось на ходу придумывать оправдание. Что когда мы вчера пришли, он уже спал, я до утра не могла его добудиться и поэтому, испугавшись, вызвала Эдварда. Двум парам честных вампирьих глаз не поверить было невозможно.
Для пущей убедительности была вызвана Эллис, которая без малейших усилий подняла Чарли в его спальню. Эдвард дотронулся до его лба, и глаза шерифа открылись.
– Ну, наконец-то.
– Выдохнула я.
– Рина? Вы...
– Он огляделся, не понимая, когда добрался до кровати и почему уже утро.
– Что-то случилось?
– Думаю, вам надо показаться нашему отцу.
– Серьезно начал Эдвард.
– Зачем это?
– Насторожился шериф, переводя на меня подозрительный взгляд.
– Потому, что Рина целое утро не могла вас добудиться.
– Я только согласно кивнула.
– Она испугалась и позвала нас.
– А сколько время?
– Второй час.
– Честно ответила я, специально время тянули.
– Вам звонил мистер Блейк.
– Уточнить, не спасли ли мы его, превратив в "хладного демона", раз он так долго спит.
– Он тоже за вас волнуется.
Уладив вопрос с Квилетами, напоив Чарли успокаивающим отваром и утвердив его в мысли, что он не видел, как мы с Эдвардом вернулись, мои "упыри" отчалили к себе. А я осталась с шерифом, вроде как беспокоясь о его здоровье.
Пришлось смотреть бейсбол. Скукота!!! Хоть в правилах разобралась и то хорошо.
Глава 17. Новые договоренности.
– Тебя обязательно надо поехать со всеми.
– Настаивала я.
– Но я даже голода почти не чувствую.
– Возражал мой ночной гость, блестя карими глазами, которые ещё неделю назад должны были стать бездонно черными. Что-то не то с ними происходило. Я начинала грешить на свою магию, опасаясь, что это она как-то влияет на его природу.
Калены планировали поехать на два дня куда-то в горы для нормальной охоты на крупных хищников. Эдвард уже больше месяца с ними не ездил, предпочитая охотиться неподалеку от дома. Но, говоря по правде, диета из травоядных ему порядком надоела, и с этими ближними походами он тоже не торопится. За последние три недели вообще не ходил ни разу.
– Ты должен пойти. Нельзя столько сидеть на голодной диете.
– Я обещаю, что поохочусь поблизости.
– На травоядных? Как в прошлый раз с Эмметом, кто-то кого-то унюхал, скривился и решил потерпеть до завтрашней поездки.
– Ну! Предатель!.. Я просто не хочу оставлять тебя так на долго.
– Хорошо. Тогда с завтрашнего дня ты будешь обедать со мной.
– Человеческой едой?
– Скривился он.
– Именно. При том в моем исполнении.
– Тогда давай прощаться и я на охоту.
– Наигранно ужаснулся он, крепче прижимая меня к себе.
– Но я буду за тебя волноваться.
– Это я буду за тебя волноваться. Я то, как обычно дома, это ты будешь бегать по долинам и по взгорьям, а мне трясись, что бы со скалы не рухнул.
– Даже если я откуда-то и рухну, то ничего со мной не случилось.
– Засмеялся он, щелкнув меня по носу.
– А если волнуешься, то я готов носить на плече одну из твоих мышек.
– Во-первых, за столько километров она перестанет мне подчиняться. Во-вторых, днем они вообще спят и им глубоко параллельно, что от них хочу я. И, в-третьих, зачем мне за вами следить? Это как минимум неэтично.
– Во-первых, во-вторых, в-третьих.
– Веселился он.
– И, в-четвертых, тоже, ты моя. И раз нельзя ничего сделать, чтобы ты не волновалась, то обещай избавить от волнений меня.
– Как?
– Во-первых, позвони мне, как приедешь домой из школы. Во-вторых, поставь на ночь вокруг дома защитный контур. И, в-третьих...
– Поняла.
– Перебила я.
– Все будет хорошо. Обещаю.
– И, в-третьих, не надо искать окрестную нечисть для своего развлечения. Обещаешь?
– Обещаю не искать в округе опасную нечисть.
– Никакую.
– Настаивал он.
– Так не получиться. У меня дома домовой живет. Что же мне теперь ему бойкот объявлять?
– Ну, хорошо с мирной нечистью общаться можно. Но, только с мирной.
Захихикав над понятием "мирная нечисть", я поудобнее устроилась на его плече и промурлыкала слова обещания.
После нашей совместной ночи в особняке Каленов, Эдвард принудительно приучал меня к своему присутствию рядом со мной в ночное время. Хотя мне казалось, что он попросту волнуется, вот и изображает из себя Стража. В любом случаи своего он добился, и, не смотря на все мои старания, свисти такие посиделки к минимуму, так как попросту не могла выспаться, все равно каждую вторую ночь спала в холодных мужских объятьях, ну или как минимум молчаливом "упырином" присутствии в кресле качалке.