Чтение онлайн

– Это запрещено и границы охраняются, но находятся предприимчивые торговцы. В сторожевых крепостях ушлый народ, на границы ссылают преступников, дезертиров, рыцарей, которые не чтут Кодекс и нарушают заветы экхалорианства. Торговцы знают лазейки, деньги текут в нужные руки и проход открыт. С той стороны все тоже схвачено. Да и с собственным зерном и сталью у Альянса беда, – Корнелио задумчиво посмотрел на яркое солнце. – А как вы перебрались через границу?

– Я… не помню, – нахмурилась Фелиция, – последнее, что я видела, как эта страшная женщина подошла ко мне в Атенее, а потом темнота. Очнулась уже на той поляне, без одежды и связанная. А остальное ты знаешь, – она вздрогнула.

– Это странно. Видимо кровь мага может помочь вызвать Роадранера. Насчет этого нужно подробное расследование инквизиции.

– Я слышала, – осторожно пробормотала Фелиция, – что вы не любите магов. Особенно инквизиция.

–У нас не различают ведьм и магов. Но твоей вины в колдовстве я не вижу, инквизиторы о тебе не узнают.

Фелиция растерянно улыбнулась, а Корнелио раздраженно постучал пальцами по шероховатой доске. «Врешь ведь, охотник. С душком вся эта история. И магов мы сдаем не зависимо от их вины. Просто ее милое личико задело что-то в твоей душе. Так выполняет заветы Церкви её верный слуга?» – внутренний голос Корнелио терзал его ум.

– У тебя есть дом, жена? – неожиданно спросила Фелиция. Она улыбнулась, и на ее щеках вновь заиграли милые ямочки.

– Нет, охотникам на еретиков запрещено приобретать имущество и жениться.

– Да? А любить вам разрешено?

– Тебя действительно это интересует? – хотел рассмеяться Корнелио, но вспомнив о шраме и подавил улыбку.

– Да, – ее черные проникновенные глаза загадочно задержались на охотнике. Корнелио заглянул в ее глаза, но смутился и отвел взгляд.

– В книге Экхалора сказано: «Люби своего ближнего». А вступать в отношения с женщинами мужчинам в Ордене запрещено.

– Ты никогда не влюблялся? – Фелиция как-то вся подобралась. «И куда делась вся ее робкая неуверенность и страх?»

– Нет… Я и с девушками то общался… С одной может с двумя… И те были еретичками, – в этот раз Корнелио не удержался от смеха и наклонил голову, чтобы длинные волосы прикрыли его лицо. Фелиция тоже звонко рассмеялась, а Корнелио с теплотой в душе наблюдал за ней через пряди черных волос.

– Их сожгли? – магичка, внезапно, перестала смеяться.

– Нет, нет… не всех сжигают… Их вина была небольшой, оказалось достаточно наставить на путь истинный.

– Ты сделал это?

– Нет. Охотники выполняют грязную работу. Я их схватил и доставил инквизиторам. А те уж переубедили их, они это умеют.

Джоланни со своим делом справился на отлично и еще до сумерек охотник и его спутница добрались до городских ворот. Мрачный серый камень, поросший мхом и потемневший от времени. Деревянная решетка, опутанная какими-то клубками волос и покрытая сальными потеками грязи. Ворота рассохлись настолько, что, скорее всего, их уже невозможно закрыть.

«Похоже, инквизиторы давно не были здесь с проверкой» – Корнелио подошел к небольшой деревянной будке. Одетый в кольчугу и кожаный шлем стражник спал, положив голову на стол. Его испитое лицо с редкой бородой выражало чувство полного удовлетворения. Корнелио достал медальон и медленно постучал им у уха стражника. Тот нехотя открыл глаза и, причмокивая, посмотрел вверх. Постепенно его глаза собрались в кучу, в них появилась осмысленность. Стражник весь вскинулся, чуть не упал через стул, выпрямился перед охотником, положив руку на грудь. Это был жест приветствия простых людей по отношению к служителям Церкви.

– Поднимай решетку, мне и моим спутникам надо в город.

– Да, да, конечно, господин охотник, – стражник поспешил к воротам, махнул через решетку другим, прикрикнул пропитым хриплым голосом.

– Почему решетка опущена, еще день не кончился? – Корнелио кивнул Джоланни и тот направил повозку к решетке.

– Приказ епископа, господ… – голос стражника утонул в скрипе поднимающейся решетки. Фелиция зажала уши.

– Что в город никто не въезжает?

– До вас только один охотник из вашего Ордена проехал. Остальных не пускаем.

– Охотник? Его вызвал епископ?

– Не могу знать, господин. Странное в городе твориться, – шепотом пробормотал он.

– Что именно, – Корнелио заглянул в бегающие глаза стражника.

– Я… Думаю, вам лучше пройти в город и поговорить с епископом.

– Возможно, – Корнелио поблагодарил стражника и поспешил за Джоланни, на бегу запрыгнув в воз.

Город встречал их пустыми улицами с редкими прохожими, торговые лавки пустовали. Джоланни проклинал себя за то, что поехал в город не в то время. Высказываться против епископа он боялся. Корнелио чувствовал себя неуверенно. Он бывал один раз в Чермолане, проездом. Здесь было шумно и весело, множество торговцев и телег крестьян и дровосеков. Город был небогатым, но чистым и опрятным. Чермолан самый западный город Священного Союза, к тому же он обозначал границу лесов и плодородных земель Свободных городов.

«Может из-за приказа епископов нет товаров и лавки поэтому закрыты? Но где тогда горожане? Где лавки с продуктами, которые нужны ежедневно?»

Двухэтажные деревянные дома, беленые, со стрельчатыми окнами нависали над главной площадью. В центре журчал мраморный фонтан, напротив въезда возвышался каменный собор. Здесь толпилось много нищих, но стояла непривычная тишина, нарушаемая только плеском воды. Бедняки, безумцы, калеки восседали на ступенях собора, прижимались спиной к фонтану, лежали на камнях площади. Ни один не просил подаяния, не кричал о своей горестной судьбе. Корнелио помог спуститься Фелиции.

– Джоланни подожди здесь. – Корнелио направился к дверям собора.

– Может мне вам еще воз подарить? – пробормотал мужчина под нос.

Достигнув каменных потрескавшихся ступеней, охотник и магичка остановились. Нищие словно повинуясь неведомому приказу, сдвинулись друг к другу. Один из них запрокинул голову с белыми незрячими глазами, встал и двинулся к охотнику. Калека остановился напротив, и вперил в Корнелио невидящий взгляд.

– Конец близок. Мир погибнет, сгорит в огне, – медленно прохрипел калека. – Реки обернутся вспять, мертвые восстанут, чума и саранча погубят людей, – повысил он голос. – Змей извергнет огонь и уничтожит наши нечестивые души, – теперь калека обернулся к Фелиции. – Вот мое Предречение.

– Побойся Экхалора, безумец. Считаешь себя пророком? – Корнелио взял Фелицию за руку и осторожно обошел калеку. Тех, кто загораживал им путь, охотник тихонько отталкивал. Нищие образовали небольшой проход, разглядывая их. Немытые лица, заросшие бородой, слепые, безногие, все обернулись к охотнику и его спутнице. Молча.

– Жутко здесь, – прошептала Фелиция. Около дверей нищие не стали расступаться, одноногий лысый старик протянул руку к Фелиции, открыл беззубый рот. «Нельзя, нельзя» – прокатился среди них шепот.