Чтение онлайн

– Анита, ты меня слышишь? Давай, говорю, перетащим его в ближайшую комнату. Надо запереть его, чтобы уже не мешал нам, - дозвался меня Уршен, вырвав из грустных и неуместных мыслей.

Все уже произошло, так чего уж теперь... Не убила ведь. А кадара и правда спрятать нужно, а то придет в себя и кинется нас искать. Еще и помощь себе приведет. Тогда хоть с Уршеном, хоть без Уршена, но посадят опять под замок.

Одна из ближайших комнат оказалась свободной и вполне подходящей для того чтобы запереть в ней кого-нибудь. Кое-как мы волоком дотащили тяжеленого кадара до кровати, но поднять его так и не смогли. Уршен хоть и быстро восстанавливал свою силу, но все же был еще слаб. Пришлось оставить тело на полу и закрыть дверь на ключ, который Уршен тут же бросил в ближайшую вазу. Мы прислонились к стене и стояли так еще несколько минут, приходя в себя и стараясь успокоить трясущиеся ноги и руки. Уршена трясло от усилий, которые в его состоянии забрали очень много энергии, а меня от пережитого напряжения, страха и осознания содеянного.

– Почему ты не сопротивлялся, когда он вырвался и пытался увести тебя?
– спросила я Уршена.

– Хм. А смысл? Только последние силы потратил бы и не смог ничего сделать, когда он попытался бы меня усыпить. А так, может потом что-нибудь придумал бы... Но ты, молодец, ловко его приложила, - криво, но по доброму улыбнулся он мне.

Я ответила ему такой же кривой ухмылкой. Мы помолчали еще несколько секунд.

– Никогда я еще не чувствовал себя так паршиво. Слабость то отступает, то снова накатывает волной после даже небольшого усилия. А там Саярса и Сандар и возможно им нужна помощь, но чем я могу им помочь сейчас. Боец из меня никудышный..., - тихо проговорил молодой кадар.

Я не стала ничего отвечать. Что тут скажешь... Просто будем надеяться, что силы скоро вернуться к нему, и мы все-таки сможем чем-то помочь его брату и сестре.

Когда мы поднялись по лестнице на первый этаж, Уршен резко потянул меня за руку в сторону и, зажав в ближайший темный угол, закрыл мне рот рукой. Я уже собралась возмутиться таким поведением, но тут мимо нас с лестницы, ведущей на второй этаж, быстрым шагом пронесся еще один кадар. Я сжалась, опасаясь, что он нас заметит. Но мужчина видимо был глубоко в своих мыслях и негромко разговаривал сам с собой, явно недовольный чем-то. Он вышел из дома через главные двери, так и не заметив нас.

Отлепившись от стены, мы направились дальше, наверх, в ту сторону, куда ушел Сандар, когда я видела его в последний раз. Уршен шел чуть впереди и держал меня за руку. Я не спрашивала как он, но как будто чувствовала, что силы возвращаются к нему. Он держался и шел все более уверенно, уже стараясь не останавливаться, чтобы передохнуть.

Так мы дошли до середины коридора второго этажа, но не заметили ничего необычного. Здесь были в основном летние комнаты: гостиные и спальни. Где искать? Может тут Сандар не задерживался и направился куда-то в другое место?

Мои мысли прервал еле заметный стук, очень тихий, даже подумала, что показалось. Похоже, Уршен тоже это слышал, так как остановился и стал присматриваться к одинаковым дверям. Не понимаю, что он там рассматривает?

– Там кто-то есть! В средней гостиной. Пойдем, - неожиданно сказал Уршен полушепотом.

Потянув меня за руку, кадар уверенно, но стараясь не издавать звуков, пошел по направлению к нужной двери. Я пошла следом, потому что руку было не вырвать из ладони Уршена. На самом деле очень хотелось остаться на месте и никуда не ходить. Меня накрыл такой страх, что хотелось забиться куда-нибудь в угол. Но еще больше хотелось найти Сандара, хотелось спрятаться в его руках, надежных и оберегающих.

Уршен на мгновенье остановился перед дверью и резко открыл ее.

– Уршен? А вот и мой мальчик пришел! Проходи, разделим на двоих этот триумф, этот долгожданный миг! Кто там с тобой? А, наша предсказательница! Ну что же, проходи и ты. Твоя роль во всем этом была одной из самых важных! Так что тебе тоже достанется свой кусочек славы!
– произнес Кираш, нарочито громко, слишком сильно играя интонациями, как будто на сцене играет роль злодея-победителя.

Он и был злодеем. Перед ним на стуле сидела Саярса с каменным лицом. Не реагирующая на происходящее вокруг. Только еле заметно морщилась, когда слишком резко Кираш дергал ее за волосы, намотанные на его кулак.

Напротив них боком к выходу стоял Сандар. Сжатые кулаки, напряженное тело, нахмуренные брови, все говорило о том, что он еле сдерживается, чтобы не бросится на Кираша. Но в глазах его было какое-то смирение. Как будто он сдался, не желая больше бороться. Как же так? Он не может...

Сильная слабость, будто все силы ушли куда-то, заставила меня сползти по стенке вниз. Перед глазами все закружилось и, как я не пыталась, но успокоить эту круговерть не получалось. Перед глазами поплыли видения. Но не видения будущего. Все это мне было знакомо. Бабушка Тася, человек в черном, молодой парень в крови, сонная девочка, пытающаяся что-то им рассказать... Вот и все! Я вспомнила то предсказание. Все вспомнила!

Глава 32

Когда я зашел в эту комнату и увидел Саярсу в слезах, первым порывом было кинуться к Кирашу и оторвать тому голову. Ярость и злость красной пеленой застлали глаза. Хотелось броситься на него и отомстить за каждую слезинку сестры. Останавливало только лезвие у горла Саярсы. Я могу не успеть добежать до него и, тогда Сая пострадает. Слишком рискованно. Столько лет мучиться от того, что все мы под угрозой, и сестра в том числе, и сейчас я просто не могу поставить ее под удар. Она и так натерпелась, чтобы еще и в данный момент подвергаться такой опасности. Тем более, как оказалось, я совершенно не знаю своего дядю и что можно от него ожидать. Дядя! Даже думать теперь об этом неприятно.

Я, помню, в детстве, он всегда был дружелюбен со мной и сестрой. Порой к нам Кираш относился лучше, чем к своему единственному ребенку - Уршену. Больше внимания, больше подарков, больше родственного тепла. С возрастом и я, и Саярса стали понимать, как все это было наиграно и больше предназначалось для внимания наших родителей, но мы не считали это ужасным. Просто привыкли, что он такой. Только Уршена всегда было жаль и мы с сестрой всегда старались скрасить его жизнь за счет поддержки и теплого отношения. Хотя сами искренне не понимали, почему Кираш не любит сына. Дядя всегда был добр к нам, но упорно не замечал Уршена.

Со временем я перестал считать его добрым дядюшкой. Остался лишь образ кадара, который играет роль любящего родственника, но меня это уже никак не задевало. Обида за брата пересилила все родственные чувства к нему. И уже достаточно давно, мы общаемся как вождь и советник, не более. Тем более свои обязанности Кираш выполняет отлично.

Власть - вот его единственная и настоящая любовь. И как советник, а это в долине второй человек после вождя, он властью пользовался. Даже отец всегда говорил, что Кираш слишком много на себя берет, иногда совершая такое, на что он не имел никаких прав. Конечно, ему многое прощалось как родственнику, на многое просто закрывали глаза. Но никогда мы не могли подумать, что в этой жажде власти он пойдет на такой шаг. Особенно, невозможно было представит, что он вот так будет держать нож у горла своей племянницы.

– Ты насмотрелся? Я устал ждать, - сказал мне Кираш, выводя меня из раздумий.
– Да и Сая уже притомилась. Правда?
– спросил, наклонившись к ней.

– Чего ты хочешь, Кираш? К чему все это?
– все же спросил я, хотя в душе уже знал ответ.

– Как что? Ты разве еще не догадался? Хм. Я был о тебе лучшего мнения. Ну да ладно, я расскажу.

Неприятная ухмылка не сходила у него с губ даже когда он разговаривал. Словно победа была у него в кармане, и только я об этом еще не знаю, надеясь на что-то. Хотя на что надеяться? Помощи ждать неоткуда. Похоже, Кираш отослал всю прислугу и работников по домам. Не оставил никого из охраны. Даже Уршен куда-то пропал, но он и не смог бы ничем помочь. Несмотря на их отношения, я точно знаю, что против отца он не пойдет. В том смысле, что причинять вред Кирашу он не станет. А я слишком боюсь сделать лишнее движение, пока лезвие ножа находится в такой опасной близости от шеи сестры. Остается только ждать подходящего момента. Тянуть время и ждать. Надеюсь, что хотя бы Анита в безопасности и ей ничто не угрожает. Я не знаю, что бы сейчас ощущал, если бы пришлось беспокоиться еще и за нее. Не хочу этого знать.