Чтение онлайн

Состроив усталый взгляд, грустненько опустила плечики, всем видом выражая уныние и растерянность.

Изара ушла, гордо задрав подбородок.

Герцогиня последовала за ней, бросив на меня пристальный взгляд, полный холодного расчёта.

Благо, мадам Вирсель со своими помощницами тоже надолго не задержалась. Ушла, оставив мне пару простых платьев: серое с убогими рюшами по кайме горловины и кремовое. Последнее я приготовила на утро, развесив на стуле.

Про себя порадовалась, что перед утомительной примеркой меня накормили вполне приличной едой и обеспечили ванну, чтобы я выглядела презентабельно.

От ужина в обществе элиты меня освободили, поэтому мне оставалось только забраться в кроватку и заснуть, чем я не преминула воспользоваться. Устала. Оно и понятно: я — в теле девушки, которую топтала лошадь!

Заснула почти сразу, но…

В какой-то момент почувствовала неладное.

Не иначе чутьё сработало!

Слегка приоткрыв глаза, поняла, что больше не одна.

В комнате кто-то был.

Скрытый темнотой, он наблюдал за мной, и от этого взгляда волоски на моих руках встали дыбом.

Я не шевельнулась. Даже дыхание замедлила — ровное, глубокое, как у спящей. Однако внутри всё сжалось в комок льда.

«Гость» не двигался, не дышал громко — просто стоял в темноте, у изножья кровати, как статуя, вырезанная из тени.

Наблюдать за ним из-под ресниц было не очень удобно, но вскакивать и кричать я уж точно не собиралась.

Стража набежит, и что потом?

Герцогиня или скажет: «Опять бредит! Надо усилить надзор»... или того хуже: «Опозоренная невестка! Всех свидетелей казнить…»?!

«А эта Тень, возможно, вообще может улизнуть… чтобы потом вернуться в самый неудобный момент. А я так и не узнаю: кто…»

Тень шевельнулась, делая шаг.

Потом ещё один.

И я узнала в ней… Балтуса.

По позе, которую он уже демонстрировал сутки назад, и запаху — горькие травы, воск, лёгкий шлейф дорогого масла.

Дорогой пряный запах богатея, как и перегар Дориана, врезался в мою память навечно.

Это был запах хищника, который охотится не ради еды, а ради удовольствия.

— Как же ты красива… — прошептал тихо и ласково молодой лорд, а у меня поджилки затряслись от ужаса. Я не знала, как реагировать на происходящее! — Даже во сне. Даже в этой жалкой ночной рубашке!

Я сжала пальцы в кулаки под одеялом.

«Спокойно! Он же не совсем идиот, чтобы меня… мне навредить. Да?»

— Все думают, что ты — дура, — продолжал он, почти нежно, делая глубокие вдохи у моей шеи. — Что ты — пыль под копытами Дориана. Но я вижу иначе.

Он наклонился ещё ниже, и я буквально услышала крики SOS у себя в голове.

Потом почувствовала, как его пальцы почти коснулись моих волос — но не тронули.

— Ты выжила. За два дня. После того, как конь раздробил тебе рёбра. После того, как ты лежала в луже крови…

Он замолчал. Потом — тихий смешок.

— Служанки умирают за час. А ты… ты воскресла в своей агонии. Как роза в пепле.

Пульс на шее выдал бы меня, если бы не кромешная ночь.

«Что за невезуха, Кира?! — впервые обратилась к себе по-новому. — В тебя влюбились, но безумно неправильно!!!»

— Мой брат даже не заметит, когда я заберу тебя, — прошептал он, и в этом шёпоте я лично увидела настоящую угрозу!

Балтус провёл кончиками пальцев по линии моей челюсти — воздухом, не касаясь.

— Ты будешь моей.

Младший сынок благородного семейства замолчал. Потом чуть громче, с лёгкой хрипотцой продолжил:

— Ты будешь кричать, как никто не кричал. От того, что я заставлю тебя чувствовать… — Балтус усмехнулся. — Служанки ломаются слишком быстро. Им не хватает… искры. А в тебе — целый огонь.

В висках кто-то молоточками стучал, призывая меня к действию — опасность же!

А я лежала. Лежала и контролировала дыхание, потому что знала: кричать — значит признать, что я боюсь. А страх — это приглашение для таких типов, как этот урод! Балтус не просто хочет убить меня. Он хочет… сломать медленно. Изучить каждую грань боли и наслаждаться агонией жертвы, потому что вседозволенность помутила его душу и мозг. Спасения таким нет и не будет даже в посмертии. В религии моей прошлой жизни таких ждало праведное наказание болью их жертв, умноженной в миллиарды раз. И, признаюсь, это всегда грело мою душу.

Наконец, этот маньяк отступил на шаг.

Выпрямился, постоял ещё мгновение, будто запечатлевая моё лицо в памяти, а потом развернулся и вышел — но не в коридор, а в потайной проход, который бесшумно отъехал в сторону, стоило ему коснуться одной из книг на верхней полке шкафа.

Едва панель встала на место, на меня обрушилась оглушающая тишина.

Больше не имея сил лежать в бездействии, я резко села, задыхаясь.

Руки дрожали, а сердце билось так, что, казалось, вырвется из груди.

Я обхватила себя за плечи, пытаясь удержать панику.

Понадобилось не меньше десятка глубоких плавных вдохов и выдохов, чтобы успокоиться.

То, что произошло сейчас… подобные штучки — вообще не моё! Однако страх быстро улёгся, уступая место решительности.

«Нельзя просто убежать! Раз уж я пришла в этот мир — да ещё и обладаю теперь таким даром — необходимо сделать всё, но приблизить «славную» кончину членов этого семейства… тех, кто несёт в себе опасность для окружающих!»

Эта по сути преступная мысль неожиданным образом подействовала на меня, наполняя удивительным умиротворением.

Я вернулась в кровать и… на удивление быстро уснула.

Спала до самого рассвета, как спит змея в траве: тихо, неподвижно, но с ядом, капающим с клыков, которые готовы в любую секунду вонзиться в любого, кто её потревожит.

Рассвет застал меня в том же положении, в каком я заснула: на спине, руки под одеялом, дыхание ровное, а внутри — штиль.