Чтение онлайн

Хотя нам мало известно о собственно Армянском нагорье III тыс. до н. э., но, поскольку оно вводило в ареал куро-араксской культуры, хорошо изученной в Закавказье, мы имеем возможность судить об обществе нагорья этого времени — в той мере, в какой нам это позволяет характер археологических источников.

Это была все еще примитивно-земледельческая культура; люди селились в открытых поселках, застроенных круглыми и прямоугольными хижинами с глиняными стенами на плетеном каркасе и каменном (булыжном) фундаменте; разводили скот, — главным образом крупный рогатый; волов запрягали в повозки. Наряду с камнем, применялась и медь с мышьяковистым приплавом, технологически более совершенная, чем чистая самородная медь, хотя и уступавшая позднейшему сплаву — бронзе.

Хозяйство Армянского нагорья, Закавказья и Малой Азии в начале эпохи бронзы.Для II тыс. до н. э. из горных областей Ближнего Востока хорошо обследованы только Малая Азия, Закавказье и отдельные районы Ирана. Для Малой Азии II тыс. до н. э. у нас имеются и письменные источники. Об Армянском нагорье наши сведения крайне скудны, и мы можем судить о состоянии общества здесь лишь по отрывочным данным и по сопоставлению с тем, что происходило в соседних областях — Малой Азии и Закавказье. Здесь уже нет полного единообразия, так как однородность культуры к этому времени нарушается.

Население всех этих трех стран во II тыс. до н. э. продолжало заниматься земледелием и скотоводством. Наряду с горноручьевым полевым земледелием, здесь возникает садоводство и виноградарство, начинается экстенсивное развитие [32] скотоводства, особенно разведение овец, коз, свиней, а также крупного рогатого скота. Распространение во II тыс. до н. э. коневодства и рост стад (состав которых изменился благодаря увеличению поголовья более подвижного в горных условиях мелкого рогатого скота) позволяют перейти к выпасу на отдаленных горных пастбищах. Это приводит к росту богатства отдельных племен, обладавших лучшими выгонами, и к ожесточенной борьбе за территорию и за захват стад. В связи с участившимися войнами на нагорьях Закавказья, Армении и Малой Азии, вместо прежних открытых поселений с круглыми домами-хижинами, возникают крепости-убежища и крепости-поселения, в стенах которых, возведенных из сырцового кирпича на цоколе из огромных каменных глыб, ютились тесно прижатые друг к другу прямоугольные жилища, тоже построенные из кирпича-сырца. Вожди племенных дружин и окружающая их родовая знать богатеют; образуются военные племенные союзы. В то же время вырубка лесов на бревна для балок и под посевы и уничтожение подлеска скотом приводят к поредению лесных массивов, покрывавших в прежнее время склоны гор Армянского и Киликийского Тавра, Малого Кавказа и других хребтов.

Наряду со скотоводством и земледелием быстро развивается рудное дело и металлургия. Еще в III тыс. до н. э. горы Киликийского Тавра славились серебряными рудниками, а в начале II тыс. до н. э. здесь развивается и достигает высокого уровня металлургия бронзы (сплава меди с оловом). Бронза применяется для изготовления сельскохозяйственных и ремесленных орудий, оружия, высокохудожественной посуды. Несколько позже, со второй половины II тыс. до н. э., начинают широко использоваться меднорудные месторождения Закавказья, Помимо этого, если в начале II тыс. до н. э. вывоз олова фактически монополизировал г. Ашшур на р. Тигре, то к концу II — началу I тыс., по всей вероятности, стали эксплуатироваться оловянные месторождения западного и центрального Закавказья.

Несмотря на быстрый рост производительных сил, в том числе осуществившийся к концу II тыс. до н. э. переход от мотыги к сохе с бронзовым лемехом — в горных долинах земледелие [33] оставалось еще сравнительно мало продуктивным и не могло обеспечить создание постоянного прибавочного продукта, а следовательно, и возможность перехода к классовому обществу. Накопление богатств скотоводческими племенами, по-видимому, приводило к обогащению целых родовых групп, но еще не нарушило в достаточной степени коллективный характер производства и родообщинный характер собственности; патриархальные связи между верхушкой богатых родов и массой их родичей были еще слишком сильны, и имущественное расслоение внутри племени еще не выкристаллизовалось в классовое расслоение.

Возникновение классового общества в Малой Азии. Ассирийские колонии. В несколько различном положении к началу II тыс. до н. э. оказались восточная Малая Азия, с одной стороны, и область Армянского нагорья и Закавказья, — с другой. Более ранний расцвет металлургии в Малой Азии содействовал тому, что здешние племена были раньше втянуты в интенсивный обмен с развитыми цивилизациями Передней Азии. Это, в свою очередь, способствовало еще большему увеличению накоплений у малоазийских племен и в то же время сосредоточению личной собственности у вождей общин, а затем более быстрому распаду общинной собственности также на землю и скот и, в конечном счете, быстрому продвижению общества к ступени возникновения цивилизации.

Свидетельством важности обмена для Малой Азии является факт появления здесь сети торговых колоний [49] , в которых главную роль играли ассирийцы (или, собственно, ашшурцы) и жители Северной Сирии, хотя в деятельности этих колоний при-[34]

Рис. 1. Жилой дом купца Шактунуна в южной части торгового пригорода в Канише: приемная с переносным очагом, кухня с печью, архивная комната, кладовая и спальня (по материалам раскопок Кюль-тепе).

Рис. 2. Подписная печать канишского купца с изображением его самого (слева), божества с весами и личных богов-покровителей купца (оттиск).[35]

нимали активное участие и наиболее зажиточные представители местного населения.

До нас дошли многие тысячи глиняных табличек с клинописью — документы из архивов купцов, главным образом из колонии Каниш на современном городище Кюль-тепе около г. Кайсери, но также из Амкувы (городище Алишар), Хаттусаса (городище Богаз-кёй) и др. В этих документах упоминаются еще десятки колоний и торговых станов. К сожалению, мы не знаем местоположения многих из них. Большинство, несомненно, находилось в Малой Азии — от озера Туз, где была расположена Пурушханда, до р. Лика (Гайл-гет — Келькит), на которой, по-видимому, находилась колония Самуха. Базой для проникновения в Малую Азию, вероятно, служила колония Ур-Шу, — по-видимому, немного выше выхода р. Евфрата на равнину (по другому мнению — в Северной Месопотамии). По крайней мере одна колония, как кажется, находилась в верховьях р. Тигра — это колония Нахрия, если ее можно отождествить с позднейшей Нехерией, центром области Арме(?), которую ищут в районе совр. Майафаркина (средневековый Неп'ер-керт) или несколько западнее.

Область распространения ассирийских колоний совпадает с районами развития металлургии; поэтому ассирийцы не проникали на Армянское нагорье, где металлургия бронзы получила полное развитие позже.

На всей территории, где действовали ассирийские колонисты, как показывают данные их торговых архивов, уже к XX в. до н. э. [50] повсюду возникли раннеклассовые города-государства, управлявшиеся царьком-вождем («правителем») и [36] царицей-жрицей («правительницей»), вероятно вместе со старейшинами. Центром такого государства был город с крепостью [51] . Наряду с этим, несомненно существовали, особенно в горных районах, также и вполне еще первобытные племена.

Рис. 3. Пара горских башмаков. Реконструкция по глиняной модели из Каниша.

Местное население малозийских городов-государств жившее патриархальными родовыми общинами, по-видимому, вполне обеспечивало себя продуктами скотоводства, хлебом (были известны ячмень, пшеница, эммер и, возможно, просо-гоми), виноградом, ремесленными изделиями и отчасти шерстяными тканями, но покупали шерстяные и льняные ткани также у колонистов, но у них они прежде всего приобретали олово, необходимое для изготовления бронзы. Со своей стороны колонисты вывозили главным образом серебро, но также медь и шерсть и, кроме того, пытались захватывать какой-то драгоценный металл, вывоз которого был запрещен, — возможно, железо [52] . Характерно, что работорговля почти не практиковалась, хотя рабы были известны. Товары ввозили и вывозили караванами на ослах; с этих караванов местные [37] царьки взимали пошлины и имели право первого выбора из привезенных товаров, что, конечно, способствовало дальнейшему обогащению местной знати.

В среде жителей Малой Азии происходило быстрое имущественное и классовое расслоение, развивалось кабальное рабство. К концу периода существования колоний (в начале — середине XIX в. до н. э.) начался процесс завоевания соседних городов-государств наиболее могущественными царьками, что в конце концов привело к созданию Древнехеттского царства и к прекращению торговой деятельности ассирийцев, поскольку последние были сильны именно разрозненностью местных правителей.

К востоку и северо-востоку от области ассирийской колонизации процесс имущественной и классовой дифференциации по изложенным выше причинам шел медленнее; однако пышные погребения вождей, найденные в районе Триалети и около Кировакана, относящиеся, правда, скорее всего к несколько более позднему периоду (XVIII–XVI вв. до н. э.?), с высокохудожественной золотой, серебряной и бронзовой утварью и обильными жертвоприношениями скота, с рабами, сопровождавшими вождей в могилу, указывают на то, что и здесь среди господствовавших племен имущественное расслоение очень сильно продвинулось; наряду с этим, в Закавказье найдены и более скромные родовые погребения того же времени. На связь этих племен Закавказья с хеттско-хурритской культурой указывает обряд кремации и одежда людей, изображенных на одном из триалетских серебряных кубков (короткие юбочки и обувь с загнутыми носками).