Чтение онлайн

Парень понятливо склонил голову, вернулся к машине, но садиться в неё не стал — продолжил присматривать за Таей. Это точно не люди Зимовского. Это заклинило Кота — впервые, надо заметить. Гордей же предупреждал.

— Так мы пройдем в ваш… О, простите, не ваш дом? — напомнил о себе Разумовский.

Тая заставила себя успокоиться, хотя летящему с неба снегу было на это плевать — может, этот снег обещан синоптиками? Она бесцветно сказала:

— Первой, несмотря на грубость вашей дочери, неадекватно среагировала я. Передо мной извиняться не надо. Постарайтесь донести до своей дочери, что оскорблять персоны императорской крови и героев войны крайне нежелательно. Чек на оплату ремонта…

— Все уже оплачено, дважды. Я теперь гадаю, чьи же деньги стоит вернуть. Таисия Саввовна, я все же приношу свои искренние извинения за необдуманные слова моей дочери — меня об этом настоятельно просили. Катя поступила опрометчиво — слишком многие в городке знают, что ваш дед отдал вас Зимовским взамен на магтехград. Вас запереть в патологии магмодификаций не удастся… Стоит признать, вы до последнего времени поступали правильно, не приезжая сюда — не ожидал такого здравомыслия от вас. Уезжайте, позвольте всему вернуться в свое русло.

Даша лихо припарковалась в том же тупичке, где стоял неприметный парень со своей машиной, и спешно выскочила из автомобиля. Её каблуки дробно стучали по асфальту, словно забивая гвозди в гроб Разумовского — Тая видела, как кривилась Даша, глядя на него.

Тот скосился на «кавалерию» и продолжил:

— Вы ошибка природы, Таисия Саввовна, вы сломали жизни слишком многим магмодам только потому, что Зимовские приняли за основу теорию Белкина-Подосинового, а не мою. За Катей я прослежу — она больше не будет вам досаждать: помолвка с Ильей Андреевичем была решенным делом, и тут появились вы, все портя.

Даша взвилась еще на подходе:

— И мешая вам запустить руки в набитые золотом карманы Зимовского? Знаете, финансирования собственных прожектов надо добиваться на Совете магтехграда, а не через постель собственной дочери. При всем моем неуважении к Екатерине Сергеевне, это подло — пытаться добраться до нужных денег, продавая свою дочь.

Разумовский склонил голову в легком приветствии:

— Добрый вечер, Дарья Аристарховна. Даже жаль, что Семен Васильевич почил. Смогли бы вы ему в лицо сказать тоже самое о Таисии Саввовне?

Даша горделиво вздернула подборок:

— Смогла бы! Только вы сейчас клевещете на хорошего человека.

Разумовский качнул головой, словно его стал утомлять разговор:

— De mortuis aut bene aut nihil nisi vero, Дарья Аристарховна. Так правильно звучит знаменитый афоризм. Я говорю о Семене Васильевиче именно правду, как и положено. За сим позвольте откланяться. Таисия Саввовна, не откажите в любезности, сообщите своим благодетелям, что я выполнил их условия. А захотите узнать неудобную для вас правду — на визитке есть мой номер телефона.

Он наклонил в прощании голову и пошел прочь.

Даша не удержалась и сказала в спину Разумовского:

— И как таких подлецов земля носит?

У Таи в голове вертелся другой вопрос: как Даша с таким темпераментом при императорском дворе выживает?

Неприметный парень чуть наклонил голову набок, уточняя у Таи свои дальнейшие действия. Она отрицательно качнула головой, и парень скрылся в машине. И вот кого за такое счастье благодарить?!

Даша оглядела Таю с ног до головы и вынесла вердикт:

— Подосиновик, быстро в тепло — греться и собираться. Тебе нельзя мерзнуть — ты же Снегурочка… Кажется, погода меняется. Снегопад вот-вот усилится. А у меня шины не поменяны. Кто ж знал, что тут настолько рано придет зима.

Тая пропустила мимо себя Дашу в дом и зашла следом, закрывая дверь. Для верности она даже подперла её, чтобы никакие злые слова Разумовского не пробрались сюда. Хотя зачем ему лгать? Он знает, что его снова заставят извиняться.

Даша, цокая каблучками туфель, ломанулась осматривать первый этаж, любопытно суя свой нос везде.

— Забавно, как живут магмоды. В отчетах дома смотрятся иначе — богаче. Надо будет Сума… — она подавилась словами, передернула плечами и обернулась к замершей в холле Тае. — Зимо… Тьфу! Отцу пожалуюсь!

Она даже ногой топнула, как ребенок. Что-то с Дашей совсем не то творится. Она хаос, но вполне управляемый хаос, а сейчас она словно места себе не находила.

— Подосиновичек, не стой истуканом… Собирайся!

Даша прошлась по гостиной и замерла, что-то рассматривая. Кажется, Метелица утром, убегая, не заправил диван. Или заправил? Даша порывисто вытащила из кармана короткого, модного, изысканно-бежевого цвета пальто походник, посмотрела на экран и выругалась. Потом она развернулась к Тае:

— Собирайся уже. Отомри, моя хорошая! Забудь ты о Разумовском и его дочери. Тебя же предупреждали…

Как раз о Разумовском забывать было нельзя, как бы Тае этого не хотелось. Что значит, что проект магмодификаций купили ею? И понимай, как хочешь. Разумовский в курсе ритуала с веретеном? Или это намек на несостоявшуюся помолвку? Так не было признаков того, что Тая хоть как-то интересует Зимовских. Кроме первого танца на совершеннолетии Ильи. И удивленного-замершего лопоухого парня из сна. И поганкой он стал звать её с подачи Даши — Гордей подсказал.

Даша пошла на третий круг по гостиной, уже ничего не разглядывая. Тая не выдержала и спросила её прямо:

— Даша, тебе плохо?

Та вздрогнула, разворачиваясь:

— Плохо? Я в истерике, Тай. Я в дикой истерике — Сумароков никогда не молчал настолько долго. Он мне так и не перезвонил. Понимаешь?

Тая отрицательно качнула головой, и Даша, как подкошенная, рухнула на диван:

— Не понимаешь… Я его люблю. Я не могу без него, а этот гад позволил себе умереть. — Она посмотрела Тае в глаза и сказала то, о чем та боялась думать весь день: — В столице… Дворец рухнул. Полностью. Эпицентр взрыва — зал, где должно было проходить совещание. Не смотри так — я твоего Кота загнала в угол. Это достоверные сведения. Императора нет. Кажется, нет. И будешь смеяться, но самый вероятный кандидат на престол — твой Кот.

— Императрица…

Даша истерично замотала головой:

— Не факт, что она носит мальчика. Всем сильно повезет, если она беремена мальчиком. Я Сумарокова лично убью, если он имел такую глупость взять и умереть. Он никогда так долго не молчал…

Она снова вытащила походник, включила его и застонала сквозь зубы.

Тая села рядом с ней и обняла Дашу за плечи, крепко прижав к себе. Та стала всхлипывать, пока еще не позволяя себе расплакаться.

— Дашенька… Надо надеяться на лучшее…