Чтение онлайн

– Думаю, все зависит от того, куда ты идешь.

Пожав плечами, она села рядом с нами:

– Я думала, что было бы неплохо заскочить в офис на пару часов, просто чтобы не выглядеть сбитой с толку на следующей неделе. Сначала позавтракаю с девочками, а потом туда.

Я поцеловал Анну в макушку:

– Хочешь, чтобы я взял ее с собой?

– Мне без разницы. Могу и я.

Что же выражало ее лицо в тот момент, благодаря чему калейдоскоп из чувств вскружил мне голову? Когда она одетая вошла в комнату, я словно впервые увидел картинку целиком: возлюбленная, жена, да и к тому же мама, кормилица и… блять, любовница с лучшими сиськами, какие мне доводилось видеть.

Вставая, я кивком головы попросил ее следовать за мной. Взял детский музыкальный набор Анны из детской и поставил его рядом с туалетным столиком в нашей спальне, заставленным множеством рамок с фотографиями деревьев, которые так ей нравились, а затем повел Сару к кровати.

– Макс...

– Секундочку, - взяв камеру с полки, установил ее на штатив, включив режим съемки с таймером на пять минут. Дыхание Сары было быстрым и неглубоким. Склонившись вниз, оставил поцелуй на ее шее и произнес:

– Я не задержу тебя надолго.

– С Анной все будет в порядке, - сказала она, притягивая меня ближе, - я полностью в твоем распоряжении.

Уложив ее на спину, я задрал юбку до бедер, прокладывая дорожку из поцелуев наверх, к животу, чувствуя, как твердеет член с каждым щелчком затвора камеры, будоражащим воспоминания, и пальчики Сары, утонувшие в моих волосах. Оголил ее живот, потянув свитер наверх, наслаждаясь гладкой, фарфоровой кожей. На вкус как дождевая вода и фрукт. С тем же сладким запахом, который я обожаю, вкушая ее тело. Расстегнув бюстгальтер, потянул чашечки вверх, оставив свободно болтаться над грудью.

Мне всегда нравилась грудь Сары, однако я никогда не был фанатом сисек до недавних пор. Теперь ее грудь больше, а свежий аромат кожи заставляет мой член вставать по стойке смирно при каждом кормлении малышки... Необузданный рефлекс желания любоваться ею, прикоснуться к ней, как это делала Анна, с которым я боролся на протяжении месяцев.

Тебе не стоит извиняться за то, что мои сиськи тебя так заводят.

Накрыл ртом ее сосок, жадно посасывая, застонав от ощущений. Теплый и твердый, такой набухший.

Я сделал это.

Заполучил ее способом Аннабель.

И в тот момент Сара протянула руки к моим спортивным штанам, спуская их до бедер, обхватывая ладонью эрекцию, доводя меня до безумия.

Я представлял, как позднее она рассматривает снимки, наблюдая за мной, смакующим удовольствие от ощущения ее соска во рту у меня на языке. Узнает по выражению лица, как я наслаждаюсь каплей ее молока на своей ладони, бедрами, распахнутыми для меня. Как я боготворю ее.

Преклоняюсь перед этой женщиной.

Мой член твердый, как скала, был зажат у нее в кулаке. Я не сдерживал стонов, в то время, когда она посасывала мою шею. Сладкие, отчаянные звуки мольбы напротив моей кожи. Отбросив ее трусики, облизал пальцы, поглаживая ее, подготавливая, а затем резко качнул бедрами вперед.

Хватая воздух ртом, Сара взглянула на меня широко распахнутыми от удовольствия и облегчения глазами - блять, облегчения, словно я что-то упустил. Быть может, так оно и было? Я вышел и резко вошел в нее снова, трахая ее быстрее и сильнее, отчего знал - не пройдет и минуты, как я кончу. Достигну собственного оргазма, не использовав полностью подаренное ею время, не узнав, хочет ли она, чтобы я излился в ней, перед тем как она уйдет на работу. Я просто… С этой напористостью и чувством необходимости заклеймить ее, что не испытывал так давно, я не был способен обуздать свой нрав.

Нежность и покровительство всего на пару минут отошли на второй план, позволяя лицезреть что-то забытое, но настолько знакомое: животную необходимость сделать ее своей.

Я протянул руку между нами, лаская ее подушечками пальцев, пока Сара не начала толкаться, судорожно ловя воздух ртом и сжимаясь вокруг моего члена. Она вскрикнула, три раза резко вздрогнув, покачиваясь на волнах собственного наслаждения и затем, тихонько упала, притягивая меня к себе, тяжело дыша мне в шею.

Она видела меня каждый день; мы прижимались друг к дружке, разговаривали, смеялись, почти засыпали, сидя за кухонным столом во время ужина и занимались всевозможными интимными вещами. Я точно знал, что она имела в виду, прошептав:

– Я скучала по тебе.

И все, что я смог ответить было:

– Я тоже.

***

Мама была уже на рабочем месте, когда я приехал в офис, неся Аннабель в рюкзаке-переноске. Она вскочила с места, обежала стол и протянула руки к внучке, не обратив на меня никакого внимания.

– Мам, - одернул ее я, смеясь и протягивая руки к ее плечам, чтобы она не расплющила мне ребенка.
– Она спит. Полегче, женщина. Ты сможешь провести с ней немного времени, пока у меня будет встреча с Левинсоном.

Она посмотрела на меня, а безобидная угрюмость на ее лице сменилась милой улыбкой:

– Доброе утро, дорогой.

Я никогда не замечал за собой, чтобы рос маменькиным сынком, однако, она была самой замечательной причиной моего прихода на работу за те последние пару лет, когда работала в «Стелла и Самнер». Особенно с тех пор, как у нас появилась Аннабель, я стал больше ценить сплоченность членов семьи и их способность указать нам, когда мы ведем себя словно нервные задницы.

И хотя мама вырастила нас десятерых вполне одаренными, я, должно быть, показал себя полным куском дерьма, когда попросил ее - в первый раз - присмотреть за ребенком, чтобы мы с Сарой смогли выйти из дома. Мы всегда брали малышку с собой, но это был… Ну, совсем другой случай.

– Мам, - начал я, когда она пошла обратно, чтобы занять свое место.
– Я надеялся куда-нибудь сводить Сару в эту пятницу. Не могла бы ты приехать и посидеть с Аннабель?

Ее лицо поникло:

– Макс, ты забыл.

Я застонал. Черт. Уже второй раз за последние двадцать четыре часа женщина говорит мне подобное:

– Забыл о чем?

– Завтра я уезжаю в Лидс, [прим.пер. – город в Йоркшире, на реке Эйр, третий по величине город в Великобритании] голубчик. Остановлюсь у Карен на три недели.

– Уф, мерзость.

– Приглядеть за Анной сегодня?

– Нет, тебе нужно собрать вещи и у нас нет никаких планов на сегодня. У меня такое ощущение, словно к подобным случаям нам стоит готовиться, как к войне.

– Дурачок, я говорила тебе об этом несколько недель: ради всего святого, пригласи свою жену сходить куда-нибудь пообедать. К тому времени, как ты, Найл и Ребекка появились на свет, а мы с отцом ходили на ночные свидания, вы оставались под присмотром собаки.

Смеясь, я согласился: