Чтение онлайн

– Итан, все будет хорошо. Мы разберемся, что все это значит, я обещаю, — я знал, что она так и думает.

Я повернулся. Солнце уже зашло, и в комнате было темно. Я не удосужился включить свет, но мне был виден ее силуэт, она смотрела на меня сверху вниз.

– Я думал, что тебе не положено вмешиваться.

– Не положено. Это первое, чему профессор Эшкрофт научила меня, — она ненадолго замолчала. — Но я ничего не могу с собой поделать.

– Я знаю.

Мы смотрели друг на друга в темноте, ее рука лежала на моей щеке, куда переместилась, когда я перевернулся. Я впервые увидел саму возможность быть с ней вместе. Я чувствовал что-то, глупо было это отрицать, и Лив тоже чувствовала, я видел это в каждом ее взгляде.

Лив легла рядом и обвила меня руками, склонив голову на мое плечо.

Моя мама нашла способ жить дальше после Мэйкона. Она влюбилась в моего папу, что, казалось, доказывало, что можно потерять любовь всей жизни и полюбить снова. Разве не так?

Я услышал тихий шепот, не внутри моего сердца, а дыхание у моего уха. Лив наклонилась ближе.

– Ты с этим справишься, как и со всем остальным. Кроме того, у тебя есть кое-что, чего нет у большинства Проводников.

– Да? И что это?

– Отличный Хранитель.

Я провел пальцами по шее Лив. Жимолость и мыло — так она пахла.

– Поэтому ты пришла? Потому что мне нужен Хранитель?

Она ответила не сразу. Я понимал, что она размышляет над ответом — скольким она может рискнуть, как многое она может сказать. Я знал, что это так, потому что сам думал о том же.

– Это не единственная причина, хотя должна быть таковой.

– Потому что тебе нельзя быть сопричастной?

Я чувствовал, как бьется ее сердце у моей груди, ее голова удобно лежала на моем плече.

– Потому что я не хочу, чтобы мне было больно.

Она боялась, но не Темных магов, мутировавших инкубов или золотых глаз. Она боялась чего-то обычного, но не менее опасного, меньшего, но куда более могущественного. Я прижал ее покрепче.

– Я тоже, — потому что боялся того же, что и она.

Больше мы не сказали ни слова. Я обнимал ее и думал обо всем том, что может причинить боль, о том, как я могу сделать больно ей и пострадать сам. Это было отчего-то взаимосвязано. Сложно объяснить, но когда ты столько месяцев закрываешься ото всех, как я в последнее время, открыться кому-то так же сложно, как прийти в церковь нагишом.

Осветят звезды путь сердец,

Одно разбито, одно опустело.

Это была наша песня, Лены и моя. И мое сердце было разбито. Означает ли это, что оно должно оставаться пустым? Или для меня уготовано что-то другое? Может, целая новая песня, «Пинк Флойд» для разнообразия. Пустой смех в мраморных залах.

Я улыбался в темноте, слушая ее размеренное тихое дыхание, когда она уснула. Я был вымотан. Хотя мы вновь были в мире смертных, я чувствовал себя частью мира Магов, а Гатлин казался бесконечно далеким. Я не мог понять, как оказался здесь, сколько милей преодолел, и сколько мне еще предстоит пройти.

Я провалился в забытье, не зная, что буду делать, когда доберусь до цели.

Я бежал, преследуемый кем-то. Карабкался через заборы и ускользал по пустым улицам и задним дворам. Адреналин гнал меня вперед. Нельзя было останавливаться.

Потом я увидел Харлей, несущийся прямо на меня, его огни становились все ближе и ближе. Они были зелеными, а не желтыми, и вспыхивали у меня перед глазами так ярко, что мне пришлось закрыть лицо руками… Я проснулся. Я не видел ничего, кроме мигающего зеленого света.

Я не сразу понял, где нахожусь, пока не разглядел Светоч, мигающий зеленым, словно фейерверк на День независимости. Он лежал на матрасе, куда, должно быть, вывалился из моего кармана. Только с матрасом было что-то не так, и зеленый свет мигал беспорядочно.

Я начал медленно вспоминать: звезды, Туннели, чердак, комната для гостей. Тут я понял, почему матрас выглядел иначе. Лив исчезла.

***

Было нетрудно догадаться, куда делась Лив.

– Ты вообще когда-нибудь спишь?

– Вероятно, немногим меньше твоего.

Как обычно, Лив не отрывалась от своего телескопа, хотя этот был из алюминия и гораздо меньше, чем тот, который был установлен на крыльце дома Мэриан. Я сел в шаге от нее за ее спиной. Двор был полон спокойствия — прямо как моя тетя — тихое пятно зелени под раскидистой магнолией.

– Почему не спишь?

– Будильник сработал, — я старался, чтобы в моем голосе не прозвучала ощущаемая мною неловкость. Я показал на окна гостевой комнаты на втором этаже — пульсирующий зеленый свет было видно даже отсюда.

– Странно. Похоже, у меня тоже сработал такой же. Вот, взгляни в селестрон.

Она протянула мне миниатюрный телескоп. Он выглядел как фонарик, за исключением больших объективов, установленных с одной стороны. Наши руки соприкоснулись, когда я взял его, — электрического разряда не последовало.

– Этот ты тоже сама сделала?

Она улыбнулась.

— Профессор Эшкрофт дала его мне. Теперь молчи и смотри. Туда, — она указала на что-то прямо над магнолией, что на мой взгляд обычного смертного выглядело как темный кусок беззвездного неба. Я поднес телескоп к глазам, и по небу над деревом простерлась полоса света — размытый след, тянущийся к земле неподалеку от нас.

– Что это, падающая звезда? Падающие звезды оставляют такие следы?

– Возможно. Если бы, конечно, это была падающая звезда.

– Откуда ты знаешь, что это не она?

Она забрала телескоп.

– Может быть, и падающая, но это Магическая звезда, падающая с Магического неба, помнишь? В противном случае мы бы увидели ее и без телескопа.

– Это тебе твои чудо-часики сообщили?

Она подняла их со ступеньки рядом.

— Я не уверена в том, что они сообщили. Я думала, что они вообще сломаны, пока не увидела небо.

Светоч все еще мигал в окне равномерно вспыхивающим зеленым светом.

Я вспомнил кое-что из моего сна. Как будто тот Харлей нацеливался именно на меня.

– Мы не можем здесь оставаться. Что-то происходит.

И оно происходит здесь, в Саванне.

Лив вновь надела селенометр на запястье.

 — Что бы это ни было, оно происходит вон там, — она сунула телескоп в свой рюкзак и указала в сторону. Пора было идти. Я предложил ей руку, но она уже сама поднялась на ноги. — Ты буди Линка. Я заберу свои вещи.