Чтение онлайн

– Если я правильно вас понял, сэр, вы просите меня отнестись к вашей бывшей любовнице по-джентльменски?

– Вы меня правильно поняли. То же относится и к Фанни. Если будете слишком откровенно флиртовать с ней, вам придется иметь дело с Дарроуби. Хотя, честно скажу, немного ревности с его стороны не помешает. Вот уже почти шесть лет они не могут определиться в своих отношениях. Нас с Филоменой это огорчает, мы очень привязаны к ним... Ну и ну! Оттеруэлу стоит обратить внимание на эту изгородь. Это не изгородь, а дикие заросли! Полагаю, у вас на севере предпочитают сухую каменную кладку, а не живые изгороди?

Он резко меняет тему беседы, и я понимаю почему. Миссис Линсли догоняет нас, оставив других дам далеко позади.

– Я знаю, что вы говорите о нас, – замечает она и берет своего мужа под руку. – Все мужчины любят посплетничать, не так ли, мистер Конгриванс?

– Мадам, мы пойманы на месте преступления.

– И что же вы говорили обо мне?

– Мы оба сошлись во мнении, что вы – воплощение лучших женских качеств, – бойко отвечаю я.

– Так я вам и поверила! Вы – льстец, каких мало! Фанни была совершенно права на ваш счет.

– Что ты хочешь, Джеймс? Малыш настойчиво тянет ее за платье:

– Мама, понеси меня!

Мне жаль бедную женщину, она явно устала, а этот малыш такой упитанный. Хватаю его и сажаю себе на плечи. Джеймс явно доволен, он визжит от восторга и крепко цепляется за меня. Его родители тоже рады. Что ж, я всегда с большой нежностью относился к маленьким детям. За исключением тех случаев, когда шестилетние кавалеры бесцеремонно уводят из-под моего носа хорошеньких дам.

– Наверное, теперь, когда вы вернулись в Англию, вы намерены подыскать себе жену? – спрашивает миссис Линсли с воодушевлением, свойственным всем замужним дамам, решительно настроенным принять самое активное участие в судьбе неженатых мужчин.

– Почему бы и нет. Откровенно говоря, миссис Линсли, пока я не думал об этом серьезно.

Я не так уж лукавлю. До сих пор я, как правило, думал лишь о чужих женах.

– Уверена, вам просто необходимо задуматься о женитьбе. Жаль, вы не видите, как доволен Джеймс. – Она смеется и кладет руку мне на плечо. – К сожалению, не могу порекомендовать моих сестер. Одна из них замужем, а две другие пока не думают о семейной жизни, они еще слишком молоды. Полагаю, мы подыщем вам достойную партию на балу, после премьеры, если, конечно, вы еще не... определились. Довольно, Филомена, оставь человека в покое, перестань смущать его, – вступается за меня Линсли.

– Или даже завтра, – не унимается она. – Я слышала, к ужину ждут гостей. Не сомневаюсь, какая-нибудь из приглашенных дам наверняка понравится вам.

Бормочу что-то невразумительное в ответ. Малыш весело подпрыгивает на моих плечах и сильно колотит ногами по моей груди. Что ж, я твердо решил не думать о Кэролайн. В конце концов, что в ней такого привлекательного? Миловидность, сомнительная репутация, бойкий темперамент, богатство. И странное пристрастие к капризным мальчишкам. Меня должно интересовать в ней только одно – ее состояние. Получу все, что удастся получить, и на этом конец. Никакой романтики. Сегодня же приступлю к осуществлению своего плана.

Он состоит в том, чтобы открыто флиртовать с миссис Гиббоне, не обращая никакого внимания на Кэролайн и мистера Дарроуби, который все время как-то не по-доброму смотрит на меня. Разумеется, по просьбе Линсли я буду действовать исключительно в интересах этой пары. Но попутно не буду забывать и о собственных интересах.

Все происходит не так, как я предполагал. Кэролайн не встает из-за карточного стола, то и дело распекая своего напарника Оттеруэла за неверный ход. Я не могу оторвать от нее глаз, так она хороша сегодня. Спустя час дамы по очереди садятся к фортепьяно. Исполнитель из нее неважный. Взяв несколько фальшивых нот в середине пьесы, она прекращает игру, заявив, что не хочет более испытывать терпение присутствующих. Я заинтригован ее естественностью и отсутствием жеманства. Эта непосредственность кажется мне очаровательной. Ну что ж, должен признаться, я с нетерпением буду ждать репетиции, назначенной на завтра.

Леди Кэролайн Элмхерст

Просыпаюсь с первыми лучами солнца. Не представляю, как я переживу кошмар предстоящих дней. Наспех завтракаю и отправляюсь в зал, где Оттеруэл собирает нас на первую настоящую репетицию. Одно меня воодушевляет – мой вчерашний успех. Я знаю, что одержала победу. Мне удалось сделать то, что я задумала, – не обращать на Конгриванса никакого внимания. Любая из нас знает: нет более действенного способа заинтересовать мужчину, чем полное равнодушие к нему. Вот только жаль, что он тоже не проявил никакого интереса ко мне. Это несколько нарушает мои планы. Сегодня я попытаюсь быть менее суровой к нему. Боже, помоги! Мне предстоит играть любовь на сцене.

Специально надеваю скромное льняное платье с нежно-розовой каймой и накидываю на плечи батистовую шаль. Наверное, я выгляжу очень... целомудренно. Это необходимо, чтобы очаровать своей скромностью искушенного джентльмена, уставшего от заграничных приключений. Более невинной жены ему не найти. Я даже хотела надеть крестик из кораллов, но побоялась Божьего гнева. Все-таки надо знать меру. Единственное украшение на мне – скромные жемчужные серьги, они подчеркивают мою чистоту и неискушенность. Мне предстоит очень постараться вести себя так, чтобы мое поведение не вошло в противоречие с ангельской внешностью.

Фанни Гиббоне обращается к нам со вступительной речью. Она настоящий профессионал в своем деле. После непродолжительного спора с Оттеруэлом, кому вести репетицию, она с улыбкой, но весьма решительно отправляет Оттеруэла в библиотеку работать над текстом. Она права. Первая сцена в Афинах, во дворце Тезея, безжалостно сокращена. Оберон, с гусиным пером в руке, занимается правкой текста, Титания отдает распоряжения повару относительно ужина. Мы начинаем со сцены, в которой Гермия и Лизандр бродят по лесу. Фанни позволяет нам читать текст по суфлерскому экземпляру пьесы, в котором положено отмечать движения в мизансцене. Конгриванс не успевает произнести фразу до конца, как его прерывают:

– Мистер Конгриванс, не забывайте, что вы изнываете от усталости. Это и к вам относится, леди Элмхерст. Будьте любезны, с самого начала.

После трех неудачных попыток Конгриванса пройти по сцене и осмотреть свое поместье хозяйским взглядом она останавливает нас и просит меня перестать улыбаться. Я уверена, она заблуждается. Все актрисы улыбаются. Мне удается произнести вызубренный накануне текст без ошибок:

– Пусть мой Лизандр себе устроит ложе;

И я тут где-нибудь прилягу тоже.

– А теперь ложитесь, леди Элмхерст.

Послушно отмечаю мизансцену в своем тексте.

– Замечательно, леди Элмхерст. Ложитесь, пожалуйста.

– Помилуйте, я не смогу сделать этого, миссис Гиббоне, на мне корсет.

Она лишь разводит руками:

– В следующий раз, пожалуйста, наденьте короткий. Мистер Конгриванс, продолжайте!

Я смотрю на сцену:

– Здесь грязный пол!

Конгриванс снимает свой сюртук и кладет на пол.

– Замечательно, мистер Конгриванс. Мы так и сделаем, только вместо сюртука на вас будет плащ. Сделайте себе пометку в тексте. А теперь, будьте любезны, помогите леди Элмхерст лечь.