Прекрасное безумие
Шрифт:
– Послушай, это твоя единственная возможность похоронить прошлое. Ты не можешь вечно оставаться одинокой только потому, что один парень подвел тебя.
Я фыркнула.
– У нас с Келланом нет отношений. У него не бывает отношений.
– Все же, – медленно произносит она.
– Этого не произойдет. Никогда.
– Ты не можешь этого знать.
– Поверь мне, я знаю.
Она сжимает челюсти. Я почти вижу, как сочные сцены из записной книжки играют перед ее глазами. Она так отчаянно хочет счастливого конца, что это смешно.
– Это не то, что сказал Джош.
– Что он сказал? – Спрашиваю я настороженно.
– Думаю, тебе стоит услышать это от Келлана. Прости, Ава, но я должна это сделать. Я обещаю, что скоро вернусь.
Она крепко обнимает меня и быстро отпускает. Вытаскивает за собой свой чемодан и уходит. Я бросаюсь в свою комнату, чтобы взять чистую рубашку, прежде чем бежать за ней.
Глава 22
Через окно в коридоре я смотрю, как Мэнди садится в пикап Джоша и уезжает. Я могла бы пойти за ней, умолять, заставить ее остаться, и все же я не делаю ничего из этого.
Как только она уходит, я возвращаюсь на кухню.
– Ты знал, что она собиралась уехать, не так ли?
– Она разговаривала со мной вчера. Ты не дала ей шанса рассказать тебе. – Келлан прислонился к кухонной стойке, скрестив руки на груди. – Почему ты вчера ушла?
– Я устала.
– Очень? – Он приподнимает брови, забавляясь. – Однако, у меня сложилось другое впечатление. Ты чувствуешь сильную потребность убежать от меня.
– Кто бежит? Я нет. – Я вздергиваю подбородок и смотрю на него суженными глазами. – Я могла бы попросить Мэнди взять меня с собой, понимаешь?
– Но ты этого не сделала.
– Нет, я этого не сделала. Я решила остаться. – Я гримасничаю, сомневаясь в здравомыслии своего решения.
Улыбка загорается на его лице.
– Интересно, почему?
Да, действительно, почему?
Мой желудок предательски урчит.
– Кто-то голоден, говорит Келлан. – Да ладно, я приготовлю тебе настоящий завтрак, хотя я и не должен, потому что ты мне больше нравилась только в лифчике. Он указывает на мою чистую рубашку.
– Я могу приготовить свой собственный завтрак. – Я поворачиваюсь к нему спиной, внезапно начиная нервничать, когда осознание ситуации осеняет меня.
Мы одни. В его доме.
– Позволь мне. Я хозяин. – Прежде чем я успеваю запротестовать, Келлан стоит рядом со мной, руки по обе стороны от меня, когда он начинает шарить вокруг, его твердое тело, трется об меня при каждой возможности.
Ох, с ума сойти!
Это его кухня. Если только он не пострадал от крупного случая амнезии, он не может знать, где он разместил все вещи, которые ему, по-видимому, нужны.
Мэнди едва уехала несколько минут, и я уже застряла между кухонной стойкой и его телом, его дыханием на моей шее.
– Знаешь что, я думаю, я просто возьму немного печенья по пути, – говорю я.
– Какой вид?
Келлан смеется, звук низкий и такой эротический, он проходит весь путь вниз и располагается между моих ног.
Поворачиваясь, я прижимаю руки к его жесткому прессу и толкаю, но он не сдвигается с места.
Теперь я действительно застряла.
– Чего ты хочешь? – Я шепчу, мой голос слишком низкий, слишком хриплый для моей симпатии.
– Тебя. Всю для себя. – Ему даже не нужно думать. Его слова выходят быстро и случайно, и застают меня врасплох.
Я всматриваюсь в его зеленый взгляд, потерянный для слов.
– Ты хочешь меня. Я хочу тебя. Мы оба взрослые люди. Мы одни на большой ферме. Какой в этом вред? – Келлан продолжает.
Да, какой вред действительно?
Он так великолепен, что захватывает мое дыхание.
Ту, которую ты трахаешь, а потом выбрасываешь.
Я успешная, зрелая женщина, которая может справиться с сексом, не испытывая при этом никаких чувств.
– Дай угадаю, без обязательств? – Я не могу поверить, что я даже рассматриваю это, когда должна послать его.
– Без обязательств. – Его взгляд такой пронизывающий, что я почти чувствую его в своей сердцевине, а он даже не прикасается ко мне. – Это все, что я когда-либо смогу тебе предложить.
– Я даже не знаю тебя, – говорю я глупо, как будто люди спят только после того, как прочитали свое резюме. – Мне не следует оставаться здесь наедине с тобой.
– Ты знала меня достаточно хорошо, чтобы позволить мне вчера поиметь тебя, – замечает Келлан.
У меня падает челюсть.
– То, как я это вижу, тебе не нужно знать меня, чтобы трахнуть, – говорит Келлан. – Итак, что ты скажешь? Ты получишь отпуск, который хотел, а я научу тебя сексу. Хорошему сексу.
Я не сомневаюсь в этом. Как однажды сказала моя мать, такие парни, как он, являются строительными блоками приятных воспоминаний, которые держат нас всех влажными и корчащимися через годы обреченных браков и однообразия.
Я вздыхаю.
Если я хочу получить то, что я никогда не испытывала раньше, мне нужно сделать это на своих условиях.
– Расскажи мне о себе, – говорю я.
– Что ты хочешь знать, Ава?
– Ты с кем-нибудь встречаешься?
– Я говорил тебе, что я холост. Я много какой, но не обманщик, – говорит Келлан.
Я смотрю на него, когда пытаюсь читать его черты. Его выражение лица честное. Внезапно миллион препятствий возникает в моей голове, кажется, испарились.
– Хорошо. Потому что я не оправдываю обман.
– Из-за бывшего, о котором ты мне рассказала?
Я пожимаю плечами, как будто это не имеет большого значения.
– Это прошлое. Давным-давно. Не имеет значения. С тех пор были и другие. Ничего серьезного.
Его глаза немного сужаются, но он не настаивает на вопросе, за который я благодарна. Мои демоны мои изгнанники.
– Что еще ты хочешь знать? – спрашивает Келлан.
Я пожимаю плечами и смотрю в сторону, как будто размышляю о возможностях и выборе, когда на самом деле я точно знаю, что я хочу знать.
– Что ты делал в Нью-Йорке?
Я могу бы спросить что угодно в мире, и все же единственный вопрос, от которого он уклонялся, – это тот, на который мне нужно получить ответ.
Потому что, чтобы трахнуть его, я должна доверять ему. Я должна верить, что он открыт и честен.
Его позиция меняется мгновенно. Его плечи напряжены, когда он отворачивается от меня.