Чтение онлайн

Раз в день Светка как-то умудрялась вытаскивать мамашу на прогулку, короткую, минуты на три. Недолго думая, прямо у подъезда Машуля делала свои дела и тут же летела обратно с громким лаем. Он же за это время успевал перетащить всех шестерых в кладовку, на толстое шерстяное одеяло.

Ворвавшись в дом Маруся сразу мчалась в кухню, и не увидев под своим диваном никого, как миноискателем прочёсывая носом всё вокруг быстро обегала квартиру по периметру. Заглядывала снова под диван, коротко призывно лаяла, опять бежала по квартире, и обнаружив, наконец, щенков в кладовке, с укоризной поглядывая на Веньку, вздыхая и сопя, залезала туда уже сама. Успех, однако, бывал совсем недолог: ночью она перетаскивала своё семейство обратно, под диван.

Вскоре, на нервной почве, у Светки началась какая-то чесотка. Она стала жутко раздражительной, по поводу и без повода психовала, совершенно без причины скрывалась вдруг на крик, и всё вокруг её ужасно раздражало. В конце концов, к исходу второй недели она не выдержала.

— Слушай, Венька, — начала она осторожно как-то вечером. — Надо что-то делать. Так дальше невозможно...

А он и сам это прекрасно понимал, вечно продолжаться такое не могло...

— Хорошо, — спросил он у неё. И что ты предлагаешь?

Обоим было совершенно ясно: пристроить хоть куда-то Машкино потомство абсолютно нереально, кому нужны беспородные щенки, неизвестно даже от кого...

— Надо оставить одного, — тяжело вздохнула Светка. — С одним мы как-нибудь справимся, наверное...

— А остальные? С остальными-то, что делать? — испуганно посмотрел на неё Венька.

Каким будет её ответ он уже догадывался.

"Ну почему я? — в сотый раз задавал он себе вопрос не имеющий ответа. — Почему именно я? Ведь можно же было хоть что-нибудь придумать! Алкашей каких-нибудь нанять, в конце концов. За пару пузырей..."

На следующий утро они выбрали самого весёлого и крепкого щеночка, Светка пошла с Марусей на короткую прогулку, он же собрал остальных в чёрный целлофановый пакет, ручки завязал узлом, и вместе с пакетом засунул в небольшую сумку. Быстро оделся и вышел вслед за ними.

Тот летний тёплый день, спокойную ту воду в Невке, то ласковое солнце Венька запомнил навсегда. Так весело, короткими бликами играло оно на маленьких волнах, так тихо и пустынно было на этом берегу... Бросать пакет с моста он не решился, ему казалось, они ударяться о воду, им будет больно, и он спустился вниз, на берег, а Светка осталась на мосту, том самом, небольшом мостике в ЦПКО, через который они с Марусей так часто ходили в парк гулять. Он отошёл подальше, посмотрел на Светку. Издалека он видел её белый хвост, лица же, под ярким солнцем, разглядеть как следует не мог. Вдохнув поглубже он выдохнул, и размахнувшись, от плеча, швырнул пакет подальше в воду. Отчего-то ему казалось, что они сразу должны пойти ко дну, этого однако не случилось. В завязанном пакете оставался воздух, и вполне достатоточно чтобы он сохранял плавучесть. Метрах в шести-семи от берега, тонуть как будто и не собираясь приговорённые плыли по волнам, он слышал тихое пищание, оттуда, из пакета, и его охватил настоящий ужас. Течением пакет с несчастными сносило всё ближе к середине, он плыл уже быстрее, не зная что же теперь делать он пошёл по берегу за ними, спотыкаясь скинул на ходу кроссовки, стащил футболку, уже собирался стаскивать штаны и прыгать, как вдруг, черпнув воды пакет внезапно развернулся и медленно погрузился в воду. Пищание становилось всё безнадёжнее и тише, пока не прекратилось вовсе. Дело было сделано...

Весь день она растерянно как-то, натянутой немного улыбалась, говорила какие-то дурацкие слова, о том что Машке самой же будет легче, да и вообще, ещё не так бывает, а вечером они напились, и Светка, сославшись на внезапную мигрень спать отпросилась в кресло. А он и не возражал... Ей он никогда не возражал...

Глава двенадцатая

Недели через две он снова ускакал в свою Германию, за очередной машиной. Тогда-то ему и попалась эта, огненно-красная, с вызывающей надписью FANATIK трёшка БМВ, с которой и начались все его несчастья. Её угнали прямо с рынка, какой-то молодой заморыш, какого, казалось бы и обидеть жалко, долго ходил вокруг, заглядывал под арки, проверяя, не крашеная ли отгибал резинки уплотнителей на стёклах, вдыхая запах кожи посидел в салоне. Заглянул с умным видом под капот и попросил открыть багажник, потом долго цокал языком, минут пятнадцать, вытягивая Веньке душу торговался, и наконец предложил немного прокатиться. Венька сел за руль, заморыш рядом, они проехались по Блюхера, Венька газанул как следует, на Пискарёвском развернулся обратно, к рынку.

— Ну как? — посмотрел он на заморыша. — Чувствуешь?

— Да, — ответил тот. — Круто! Слушай, — добавил он, — а можно мне попробовать? Знаешь, когда сам за руль садишься, совсем по другому машину ощущаешь...

Венька, конечно, знал...

— Нет проблем, — ответил он. — Попробуй. — И вышел из машины.

Это была его ошибка, наверное расслабился немного, а может внешний вид этого автомобильного кидалы, вора на доверии как-то повлиял: ничего даже близкого с бандитским миром, как бизнесмену и бывшему боксёру ему уже знакомому, в физиономии парня Венька не увидел. Как тот сумел за три секунды переползти в водительское кресло было совершеннейшей загадкой, Венька и успел-то всего полмашины обойти, как вдруг взревел мотор, из выхлопной трубы внезапно дунуло горячим белым дымом, и с визгом, проворачивая задние колёса и вихляя жопой его красавица помчалась от него, вперёд по Блюхера. Он даже побежал было за ней как идиот, но тут же, осознав всю очевидную нелепость этого бессмысленного действия, остановился прямо посреди дороги. Документы, ВСЕ, вместе с лопатником остались под торпедой, и что теперь делать было совершенно непонятно. Слева, на другой стороне улицы он увидел телефонный автомат у небольшого, грязно-жёлтого, в два этажа, приземистого дома. Перебежал дорогу, дрожащими руками снял трубку, набрал милицию:

— Алло, алло, у меня машину угнали, только что, — начал он, но его перебили на полуслове.

— Дежурный, старший лейтенант (такой-то) слушает. Марку и госномер назовите. И адрес, пожалуйста...

— БМВ, третьей серии. Красная, ярко красная. Номер, — он остановился на секунду, как раз номер-то он запомнить толком ещё и не успел, — так, так, — и вспомнив внезапно, назвал и номер.

— Хорошо, принято, — раздалось в ответ. — Сейчас объявим в розыск. Фамилию свою скажите. И адрес.

— Какой адрес, — спросил в недоумении Венька. — Домашний?

— Места происшествия, мужчина! Вы где сейчас находитесь?

— На Блюхера, — Венька поискал вокруг себя глазами, и на углу дома обнаружил табличку с номером, — дом номер (такой-то)... Фамилия Сизиков. Вениамин...

— Хорошо, очень хорошо, — раздалось на том конце. — Вы, гражданин, как раз у отделения находитесь. Идите, пишите заявление по месту происшествия.

Маленький жёлтый двухэтажный домик оказался отделением милиции, дежурный принял заявление, велел подождать немного, надо, мол, к замначальника ещё будет подойти, минут через пятнадцать. Он вышел на воздух, закурил. Руки больше не дрожали, напротив, какая-то равнодушная появилась вдруг усталость, апатия и ощущение полной безысходности: "Ну всё, — подумал он, — конец. Накрылась моя лавочка..." Он в три приёма затянулся глубоко, окурок бросил в урну и пошёл обратно, ждать приглашения к начальству.

— Ну что, гражданин, — пухлощёкий, лет сорока замначальника отделения со звёздами майора на погонах заглянул ещё раз в его заявление об угоне — да, Сизиков. Повезло вам, товарищ Сизиков. С вас причитается...

— В каком смысле? — не понял Венька. — Что значит повезло? Как причитается?

— В прямом, товарищ, в прямом, — радостно улыбнулся замначальника. — Нашли вашу машину. Можно сказать, поймали... Прямо тут, на Энергетиков. Быстрая у вас машина, товарищ, эээ, — он снова глянул в заявление, — да, товарищ Сизиков. Под двести разогнался. Повезло вам. Патруль за ним поехал, так тот во двор, машину бросил и деру. — Он покопался в каких-то бумагах на столе, вздохнул, и посмотрел на Веньку. — Да, хорошая машина... Дорогая... Повезло вам, товарищ... Если бы не наш патруль... Отблагодарить бы надо...

Венька сначала даже не поверил.

— А вы, товарищ майор, не щутите? — переспросил он с недоверием. — Вы серьёзно?

— Да какие же у нас тут шутки? — поднял на него рыжеватые брови замначальника. — Вы, гражданин, в милиции находитесь, не в концертном зале. У нас тут всё серьёзно. Пожалуйста, в окошко поглядите. Смотрите, смотрите, не стесняйтесь...

Венька выглянул в окно, и от внезапного облегчения чуть не застонал: прямо перед ним, жопой к стеночке стояла его Бэха. Он судорожно вдохнул, посмотрел вопросительно на майора:

— И сколько?

— Ну не знаю, — ответил тот. — Сами думайте. Хотя, вот, подсказать могу, — взял ручку, на маленьком листочке написал: 300, и вслух добавил: — долларов, конечно. Но если хотите, можно и в рублях, по курсу.

— Да не проблема, — выдохнул облегченно Венька. — Через час, пойдёт?

— Нормально, — ответил тот. — Давайте документы, возврат будем оформлять.

"Да уж, — со смутной тоской подумал Венька. — Документы..."

— В машине документы, — растерянно посмотрел он на майора. — Под торпедой, в кошельке остались...