Чтение онлайн

Ответа нет.

Я возвращаюсь на кухню.

— Тебе помочь встать…?

Я замираю, когда вижу, что она спит. На столешнице. В том же положении, в котором я ее оставил.

Ее грудь поднимается и опускается, и она тихонько посапывает.

Я не могу удержаться и убираю с ее лба несколько влажных прядей, обнажая ее спокойное лицо.

Блять.

Она прекрасна.

И она вся моя.

Когда я беру ее на руки, меня охватывает тревожное чувство, что она испортит мою жизнь во всех смыслах.

Если, конечно, уже не испортила.

Далия

Я ничего не нашла.

Несмотря на мои попытки изучить медицинские карты «Гадюк» и найти чье-либо подозрительное отсутствие в период, близкий к дате нападения на Ви, они настолько аккуратны и чисты, что найти какие-либо несоответствия оказалось просто невозможно.

За неделю с момента начала этой работы мне удалось собрать ДНК большинства игроков, включая Престона, и все они оказались отрицательными.

Я снова вернулась туда, откуда начинала.

Я думала, что смогу собрать какие-то улики о нападении на Ви, но это оказалось невозможным.

Даже если меня пригласят на мероприятие «Венкора», что я смогу сделать под таким пристальным наблюдением?

Раскрою себя и, возможно, буду убита, не успев ничего обнаружить, вот что.

Сидя в своем маленьком офисе на арене «Гадюк», я пролистываю старые дела в последней попытке найти что-нибудь необычное.

У меня болит задница, и я ерзаю на стуле. Я стону, когда мышцы кричат от боли.

Этот ублюдок Кейн действительно сдержал свое обещание, что я не смогу ходить. Я даже сидеть не могу, не чувствуя каждый сантиметр его члена внутри себя.

С тех пор, как он напал на меня в своей квартире, он каждый день просит меня встретиться с ним. Иногда у него, иногда в уединенных лесах.

И скажу я вам, этот человек — чертов зверь. Не знаю, откуда у него такая выносливость и как он придумывает новые способы заставить меня кричать.

Это как поездка на американских горках, конца которой не видно.

Он всегда гонится за мной, а когда догоняет, трахает на всех возможных поверхностях — на полу, на лестнице, у дерева, в ванне.

Везде.

Каждый раз, когда я думаю, что разгадала его схему и придумала план, как сбежать или спрятаться, он всегда находит меня. Без исключений.

Это такой кайф. Кайф, от которого, кажется, я никогда не смогу отказаться.

Я наркоманка, которая не может уйти в завязку.

Я даже не могу подумать о том, чтобы отказаться от того кайфа, который он впрыскивает мне в вены при каждой встрече.

Каждый раз, когда он назначает встречу, у меня по спине бегут мурашки. Мне хочется еще.

Еще.

И еще.

Черт, думаю, я настолько к этому привыкла, что больше не смогу наслаждаться никаким другим видом секса.

Я удивлена, что раньше вообще раздвигала ноги для посредственных впечатлений.

Кейн прав. Нормальный секс наскучил мне до слез. До него я думала, что не получать полного удовольствия от секса — это нормально, а те ошеломляющие оргазмы — выдумка из романов.

Я никогда не думала, что решение в том, чтобы меня трахали с такой интенсивностью, что я буду находиться на грани жизни и смерти.

Со стоном я ударяюсь головой об стол. Я сошла с ума.

И он тоже.

Но почему-то это работает.

Мне снова нравится секс. Мне снятся сны о том, как он трахает меня, и я просыпаюсь с рукой между своими мокрыми бедрами.

Насилие, погоня, агрессия и даже обзывательства возбуждают меня.

Все его присутствие возбуждает меня.

Я почти уверена, что стала сексуально зависимой, даже если мое тело едва выдерживает наш жестокий, оставляющий синяки и токсичный секс.

Все это действительно токсично.

Кейн непреклонен в вопросе «использования друг друга» и отказывается сдаваться. В этом человеке нет ни капли нежности.

Каждый раз, когда я пытаюсь погладить его или обнять, он напрягается, как будто я вонзила руку ему в грудь и вырвала сердце или что-то в этом роде.

Он также начинает всегда злится и закрывается от меня, поэтому я перестала это делать.

Я ненавижу отсутствие связи, но это лучше, чем когда он выходит из себя или прячется за своими высокими стенами.

По крайней мере, когда я притворяюсь, что меня устраивают наши отношения, он отвозит меня к себе домой и предлагает принять ванну. Он даже готовит мне еду и присылает столько одежды, что Меган начинает что-то подозревать.

Поэтому я была вынуждена сказать ей, что это только ради секса и что богатые любят хвастаться своими деньгами.

Но наши отношения с Кейном очень нездоровые и за пределами секса. Мой воображаемый психотерапевт сказал бы, что даже секс у нас нездоровый, но нам обоим он нравится, так что это не в счет.

Я пыталась постепенно налаживать с ним контакт. Но он так быстро отталкивает меня, что с ним трудно разговаривать.

Если я хотя бы спрошу о его жизни, попытаюсь сблизиться или нежно прикоснусь к нему, он полностью отворачивается от меня.

То, как он переключается с дружелюбного парня на абсолютного мудака, начинает сводить меня с ума.

Я понимаю, что теряю себя в этой бесконечной токсичности, но я на самом деле боюсь, что он отвернется от меня.

Я ненавижу это.

Ненавижу то, как легко он может развернуться и уйти, как будто меня не существует.

Но с другой стороны, мы не в отношениях, и он ясно дал понять, что между нами только секс, а я согласилась, поэтому не должна так себя чувствовать.

Кроме того, Меган была права.

Я не должна надеяться на что-то большее от Девенпорта. Он использует меня? Ну, я тоже использую его, чтобы получить доступ к тайной организации, частью которой он является.

Даже если от него толку мало, это уже не имеет значения. Потому что три дня назад его мама пригласила меня на чай, когда принесла ему в пентхаус свою выпечку, которую он отказался брать, поэтому я в обязательном порядке приняла ее приглашение.