Чтение онлайн

Последняя нота дрогнула в воздухе, и Найл перешел к красивой балладе, которая заставила ее расплакаться. Мелодичная, почти грустная песня пробралась ей в сердце и сжала его. А Найл... он никогда до этого не выглядел таким красивым, когда его глаза были закрыты, губы приоткрыты, его высокое, стройное тело слегка покачивалось в такт музыке. Это был человек, которого он скрывал от всего света – нежный, чувствительный мужчина. Творец.

Когда он опустил смычок и поднял ресницы, Девушка даже не потрудилась спрятать мокрые дорожки на своих щеках. Ему нужно было увидеть ее реакцию. Увидеть, что для нее он – его страсть – был удивительным.

– Эти слезы – хороший знак, правда? – поддразнил мужчина с ярко проступившим ирландским акцентом. Будто он скрывал более глубокие чувства за мягким подшучиванием.

– Ты прекрасен, – прошептала она. – Ты и твоя музыка.

Удивление проступило на его лице, чтобы потом смениться свирепостью, от которой у нее перехватило дыхание.

– Спасибо, – прохрипел он. Простое слово, но, оказывается, совсем не лёгкое.

– Спасибо тебе, – сказала Хлоя в ответ. Притянув ноги под себя и скрестив их, она спросила. – Как называлась вторая песня?

– «Без ночи».

Возможно, поэтому песня нашла в ней такой отклик. Когда нет ночи, день или время с любимым человеком не имело конца. Девушка вздрогнула, обняла себя. И, возможно, поэтому в песне было немного грусти. Потому что время всегда проходит, всегда приходит к завершению.

– Сыграешь еще? – спросила она.

Найл кивнул, и, когда его музыка наполнила комнату, Хлоя опять позволила ей унести себя в край таинственных изумрудных холмов, волшебства, трагических битв и обреченной любви.

Позволила унести себя далеко от номера отеля, где глупые женщины влюблялись в недоступных, неприступных мужчин, на которых большими буквами было написано «разбитое сердце».

Глава 12

Хлоя взглянула на электронные часы на столе.

«16:53».

Ладно, да, она собиралась ускользнуть из офиса на семь минут пораньше, но этот понедельник тянулся уже целую вечность. После очень малого количества сна на выходных, уровень ее энергии плавал где-то между крайней степенью опьянения и комой. Девушка перешла состояние опьянения часа в три и приближалась к отключке. Конечно, если ей пришлось бы выбирать между сном и тремя днями в постели с Найлом, ну... сон слишком переоценен.

Душ. Ужин. Постель. Хлоя распланировала остаток вечера, но он мог и измениться в зависимости от того, что будет взывать к ней сильнее – сон или еда.

Закрыв за собой дверь, она направилась к лифту. К моменту, когда он, наконец, прибыл, девушка уже была достаточно взвинчена, бесперебойно нажимая на кнопку вызова, чувствуя, как убегают ее украденные семь минут...

– Привет, Хлоя.

Она подняла глаза и успела заметить, как Беннет, одетый в полосатый костюм и щегольские ботинки, окинул ее тело взглядом. Когда его взгляд вернулся к ее лицу, в его глазах светилось одобрение. Две недели назад – может, даже одну – она бы пообещала отдать первенца какой-нибудь ведьме, только бы Беннет подарил ей такой восхищенный взгляд. Вот, на что она надеялась и о чем мечтала, отправляясь на аукцион холостяков. Боже, казалось, это было так давно. Так много изменилось с тех пор.

Включая ее.

До аукциона Хлоя жаждала его внимания, чтобы он ее заметил, потому что это многое бы значило для ее будущего. Защищенность, стабильность, верность, любовь. В каком-то смысле она рассчитывала, что Беннет принесет все эти вещи в ее жизнь – в то время, как она сама была тем самым человеком, способным обрести и сохранить их.

Мужчина не сделал бы ее целой. Девушка должна была полюбить себя, принять себя сама, прежде чем это сделал бы кто-то другой. И только тогда придут стабильность и защищенность, которых она так хотела. Черт, как только Хлоя полюбила себя за то, какой странной, несовершенной, фигуристой женщиной-задротом она была, она спокойно могла бы остаться жить с пятьюдесятью котами и быть счастливой. Хотя... пятьдесят котов. Блин. Она надеялась, Морган успеет вторгнуться или позвонить в службу охраны животных, прежде чем случиться что-нибудь...

Найл помог ей выучить этот урок. Он был ее другом, когда она была неловким подростком. Когда Хлоя стала неуверенной молодой женщиной, он ввел ее в мир страсти. Принял ее язвительной, но испуганной женщиной. Ему не были нужны макияж и шикарная одежда, чтобы действительно видеть ее.

Но Беннету эти уловки были нужны.

А уверенная, научившаяся любить себя женщина, стоящая сейчас перед ним, заслуживала чего-то получше. Хотела чего-то получше.

– Привет, Беннет. – Хлоя улыбнулась, неожиданно чувствуя себя свободнее. – Как дела?

– Прекрасно, – мужчина замолк, – теперь. У меня весь день были встречи, так что, к сожалению, я не мог зайти к тебе пораньше.

– Ничего страшного. У меня тоже было много дел.

Двери лифты, издав шипящий звук, раскрылись, и она шагнула в кабину. Беннет последовал за ней.

– Я хотел сказать тебе, как приятно мне было провести время в твоей компании на вечеринке в пятницу. И спасибо еще раз, что пришла.

– Спасибо, что пригласил нас. Мы отлично провели время, – ответила Хлоя, нажимая кнопку и подчеркивая голосом «нас» и «мы».

Не то, чтобы она верила, что «мы» существовали. Найл никогда не говорил, что хотел чего-то большего, чем то, что было между ними последние пару недель – спектакль и секс. Но пока у него было достоверное оправдание – и буфер.

– Я рад. Во всем вечере было лишь одно разочарование.

Стальные двери раскрылись, открывая вид на холл.

– Надеюсь, ничего очень неприятного, – ответила она, выходя из лифта.

– Как посмотреть, – хмыкнул мужчина, подстраиваясь под ее темп, пока они пересекали холл. Как только они вышли из вращающихся дверей, он положил ладонь на ее локоть, останавливая. Хлоя замерла в удивлении. – Когда ты ушла, меня настигла печаль и разочарование, и я понял, что придется ждать еще два дня, чтобы снова увидеть тебя. – Беннет придвинулся ближе. – Хлоя, ты не занята для ужина вечером пятницы? Я бы хотел узнать тебя получше.

Ее горло сжалось от страха, беря в заточение ее дыхание и слова.

«Скажи да, дурочка!» – заверещал тонкий голосок в ее голове.

Часть девушки, которая все еще мечтала пройти по украшенному цветами проходу в свадебном платье и длиннющей фате, вопила, чтобы она хваталась за это предложение обеими руками. Да, ее настигло прозрение относительно себя, но мечты о любящем муже и семье? Они не исчезли после ее счастливого озарения. А Найл... После ран, нанесенных его родителями и бывшей женой, брак казался ему таким же привлекательным, как зомби-апокалипсис. Вообще, возможно, Найл предпочтет апокалипсис, поскольку его страдания в этом случае не будут тянуться долго.

Но она любила его.

Любила. Найла.

«Господи Боже».

Какой бы глупой не была любовь к эмоционально недоступному мужчине, живущему на другом континенте, она все равно это сделала. Беспомощно, безнадежно и, скорее всего, безрезультатно. Позволить Беннету верить, что отношения между ними возможны, было бы жестоко. Кроме того, мысль о том, чтобы позволить другому мужчине дотронуться до нее, вызывала у нее заворот кишок. Казалось, только один мужчина мог заставить ее сердце биться быстрее, а тело ныть от желания.