Чтение онлайн

Я осторожно села за парту, подвигала вещи, провела пальцем по поверхности стола и едва не разревелась. Домой хочу! Хочу снова очутиться в школе, послушать занудливую Зинаиду Павловну, поспорить с подружками, огреть портфелем Петьку.

– Первое занятие будет посвящено теории магии, – вывел меня из мечтательности раздавшийся Голос. – Прошу открыть учебник, господин. Начнем занятия.

– И когда же ты поймешь, дубина голосистая, что я госпожа, а не господин! – бурчу на автомате, а сама уже и учебник раскрыла, и тетрадь приготовила.

– Первая лекция, господин, будет посвящена отличию магии Интерфектов от магии остальных Домов. Заклинания представляют из себя силовые каркасы, которые маг формирует силой мысли и накачивает энергией. Маги стараются изучить готовые каркасы, выучить их, освоить, попутно тренируют свой резерв, чтобы иметь возможность напитать заклинания как можно большей силой. То есть их ставка на готовые формы и силу. Подход же Интерфектов заключался в том, чтобы добиться абсолютного контроля над силовым каркасом, иметь возможность уже в момент создания изменить силовые линии, изогнуть по желанию, напитать энергией еще не оконченное плетение. Они добиваются полного контроля над энергией, чтобы иметь возможность питать только отдельные узлы, а в момент разворачивания заклинания энергия, пусть с потерей, перетекала бы в другие узлы, в корне меняя саму суть созданного заклинания.

После того как Голос перечислил те тренировки, которые нужно пройти, чтобы добиться такого потрясающего контроля, я, скажу честно, имей возможность, выбрала бы путь других Домов. Только вряд ли Голос согласится обучать меня чему-то другому, так что выбора особого нет. А ведь метод магов позволял в очень короткие сроки достигнуть потрясающих успехов. Недаром путь от неофита в ученики занимает не больше двух месяцев, а викарусом становятся через полгода. А с теми тренировками, что предложил Голос, хорошо если через полгода я стану неофитом. И то только в том случае, если буду очень сильно стараться. Обычным же способом выучил плетения, влил энергию – и получи бабах. Причем чем больше энергии влил – тем сильнее бабах, а с моим резервом бабах получится о-го-го. Как заявил Голос после проверки, по нему я уже почти архимаг.

Так начались мои занятия магией… Первые уроки оказались самыми тяжелыми и выматывающими. Хоть за что-то можно сказать спасибо Маренсу – научил меня терпению. Выдрессировал, как он это называл. Дрессировщик недоделанный. Вряд ли Голосу удалось бы заставить меня что-то делать, если бы я взбрыкнула, но я в самые трудные моменты, когда, казалось, ничего не получается и все рассыпается в руках, только крепче сжимала зубы и вспоминала дом, школу, а потом архимага, который всего этого меня лишил. Поднимавшаяся волна черной ненависти сметала все остатки неуверенности, и я садилась за занятия с удвоенной силой. Учебник введения прочитан, перешла на начальный курс. Базовые элементы. Я думала о них и представляла их, когда бродила по коридорам замка, когда ложилась спать и вставала утром, когда забиралась под душ и когда ела. Как-то случайно глянула на себя в зеркало и ужаснулась – по внешнему виду я превратилась в копию других апостификов: такая же молчаливая, отрешенная от мира, ничего не замечающая, ничем ни интересующаяся. М-да, есть плюс в моем положении, эти маги все-таки получили, что хотели… внешне. Внутри же… я ничего не забыла и прощать не собираюсь. Появившаяся цель и возможность вымели обреченность, которая до этого все чаще и чаще подтачивала мою решимость.

Через месяц я заметила первые признаки изменения в организме под действием печати. Случайно заметила, когда бежала по стадиону – Голос рекомендовал физические нагрузки – и повторяла базовые элементы, краем глаза наблюдая за тренировкой солдат. И тут поймала себя на том, что различаю их движения. Раньше они для меня казались смазанной чертой. Раз, и человек уже в другом месте. Сейчас же я могла эти движения отследить, еще плохо, не всегда уверенно, но они перестали быть для меня чем-то запредельно-скоростным. Еле дождалась, когда удастся выбраться в лабораторию и задала вопрос Голосу. Тот помолчал и отправил меня на обследование.

– Печать начала работать, господин, – наконец сообщил он. – Дальше будет еще быстрее. Но это самый простой и безболезненный процесс – подготовка вашего мозга к новому восприятию.

– Безболезненный? – зацепилась я за слово, хорошо, что Голос не умеет врать.

– Процесс перестройки сознания первичен и самый безболезненный, особенно в вашем возрасте, господин. Следом идет перестройка тела, чтобы оно могло выдерживать те нагрузки, с которыми ему придется справляться при движении в ускорении или при лечении понесенных повреждений. Это самый болезненный процесс.

Да уж… плохо, что Голос не умеет врать. А еще меня мучил один момент: когда вернется Маренс, моей свободе придет конец. Снова изматывающие тренировки по увеличению моего резерва, постоянно таскаться за ним на приемы, при посещении важных гостей. Единственный выход – ускорить обучение, чтобы как можно скорее избавиться от опеки архимага. Чем дольше я буду рядом с ним, тем больше вероятность, что он заметит изменения во мне. Напрасно Голос уверял, что печать Интерфектов отлично замаскирует все следы.

– Пробиться сквозь ее маскировку можно, только если искать специально, а это обязательное сканирование памяти, на что архимаг не пойдет без веской причины. И если вы, господин, не дадите ему ее, то ничего не случится.

Умом это объяснение Голоса принимала, а сердце подрагивало от ужаса. Значит, все-таки нужно ускорить обучение. И пусть Голос ворчит про опасность, боль, которую придется терпеть. Пусть. Я все выдержу! Я смогу!

И за месяц до возвращения Маренса Голос решил, что начальный этап подготовки меня как мага пройден и пора приступать к занятиям.

– Вы уверены, господин, что хотите пройти ускоренный курс?

– Уверена.

– Вы предупреждены о возможных последствиях?

– Да. – Эх, уверенность незнания. Ни за что не рискнула бы согласиться, если бы знала, на что подписываюсь.

Я корчилась от боли на полу тайной лаборатории Интерфектов, крича во весь голос. Ощущение такое, словно кто-то внутри дробит все кости, а потом склеивает их заново. Это происходили те самые изменения в организме, о которых предупреждал Голос, но я не думала, что будет ТАК больно, – шло укрепление костей и перестройка всего организма: изменялась кровь, чтобы лучше снабжать кислородом новые органы, изменялись мышцы, приобретая невиданную для человека силу, а суставы становились очень гибкими и эластичными.

– Пока это все в будущем, а сейчас изменяется скелет и кровеносная система, только потом начнут изменяться остальные органы.

Голос хотелось убить. Он полагал, что успокаивает меня, что ли? Я надеялась, что вот боль закончится и станет хорошо, а это только основа менялась. Точно убью…

– А-а-а-а… – Как же больно! Почему так больно?

– Потому что дура я, – ответила сама себе, когда боль ненадолго спала, – вот почему.

Хочу всего и сразу, тороплюсь, спешу поскорее избавиться от опеки архимага, вот и осваиваю за месяц то, что другие маги учат полгода, за полгода пытаюсь выучить годовой курс, а за год пройти то, на что другие ученики тратят пять лет.

Прошел год, как я стала учиться магии, но что это был за год… Кошмар! И все равно пока изучаю только основы и базовые связки. Но зато могу воспроизвести их с закрытыми глазами в любой момент дня и ночи из любого положения.

Все же удивительно, как Маренс ничего не заметил. Самоуверенность или обещанная маскировка печати? Да какая разница! Главное, что не достает, даже доволен тем, кем я стала. Молчаливой куклой, семенящей за ним, куда бы он ни пошел. Всегда в опрятной одежде цветов Кайтаидов, всегда рядом, готовая исполнить малейшую волю хозяина. И все это время я тренировалась, тренировалась, подхлестывая себя ненавистью к магам. Все же здорово, что мои тренировки пока не требуют обязательного присутствия в лаборатории или в ученической комнате, а учиться сосредоточенности можно и на ходу, так даже лучше – чем больше отвлекающих факторов, чем сложнее задача, тем лучше усваивается материал. Даже тут Маренс мне помогал, хотя и сам не знал об этом.