Чтение онлайн

Краешек сознания отслеживает внешнюю картину, ожидая команды архимага, а все остальное занято тренировками, потому, кстати, я такая молчаливая, ушедшая в себя кукла – это ведь правда. Весь этот год так продолжалось. Я тренировала память, училась уходить в транс, в подсознание и вспоминать, вспоминать всю свою жизнь – это тоже тренировка. Сначала я вспоминала ее по годам, потом по месяцам, потом уже тренировалась вспоминать каждый день своей жизни. Последовательно, шаг за шагом я заново переживала все счастливые и неудачные моменты. Первая пятерка в школе, первая двойка, воспоминания катились дальше назад, вот уже детский сад.

Голос говорил, что самое трудное – вспомнить те дни, когда я была еще совсем ребенком и не воспринимала внешний мир – сразу после рождения. Я и не пыталась, приближаясь к этому дню постепенно. Собранность, быть постоянно начеку…

Вот последнему меня заставлять учиться не надо. Сейчас любая ошибка может стать для меня последней. Слаба я еще, чтобы бросить вызов архимагу.

Еще обязательные тренировки с оружием. Тут и проще и сложнее одновременно: я отправляюсь на спортивную площадку и занимаюсь там, отслеживая занятия солдат, а потом последовательно, шаг за шагом, вспоминаю все их движения и повторяю, пока тело не запомнит. Были и занятия в лаборатории, но из-за Маренса на них остается очень мало времени.

Занятия с Голосом немного другие, он ведь не материален, но древние Интерфекты предусмотрели и это. Надеваешь специальный медальон и повторяешь те движения, которые всплывают в голове, после чего тренируешься до потери сознания, чтобы они стали автоматическими. Ошибешься – и тебя скручивает боль, очень эффективный метод обучения. Правда, занятия специфические – меня учили сражаться не мечом, а ножом, метать все что можно, стрелять из арбалетов, из духовых трубок, а также готовить всякие алхимические смеси. О! Оказывается, столько всего интересного можно приготовить из подручных материалов, если приложить немного магии!!!

В общем, прошедший год вышел познавательным во всех смыслах, и я с нетерпением ждала новой поездки Маренса на Совет, чтобы снова остаться хотя бы на месяц предоставленной самой себе. Голос предупреждал, что процесс перестройки организма может занять некоторое время и меня в этот момент лучше не беспокоить недели две. А пока в замке присутствует Маренс, на такую удачу рассчитывать не приходится.

И вот он уехал, как обычно выдав мне задания. Прочитать книги? Ха! Да теперь мне достаточно взглянуть на лист, чтобы запомнить его целиком, только вот сообщать об этом не стоит. С пустым выражением на лице кланяюсь. Маренс доволен.

– Настоящий апостифик! А брыкалась.

Эх, господин маг, мог бы ты преодолеть эмоциональную защиту и глянуть на ту бурю, что сейчас полыхает внутри… Но эмоции я уже хорошо маскирую. Вообще заклинания маскировки – это, по-моему, то, в чем Интерфектам не было равных. Там такие изощренные плетения попадались! Впрочем, с учетом их специфической деятельности в этом нет ничего удивительного, как я уже не удивлялась арсеналу смертоубийственных средств в загашниках тайной лаборатории.

А еще я научилась по желанию вызывать печать Интерфектов. В моменты, когда меня накрывала волна отчаяния или тоски по дому, я вызывала ее и любовалась на смертоносный блеск клинка и всполохи молний вокруг него, на огненное око в гарде. Жутковатый вид у этой печати. У Кайтаидов она угрожающая: разворачивающийся вихрь, – но она никогда не наводила на меня такой жути, как та, что у меня на руке. Если долго смотреть, то эти переливы молний завораживали, сознание, казалось, уплывало куда-то вдаль. Позже Голос объяснил, что это тоже один из приемов в арсенале Интерфектов. Против архонтов вряд ли сработает, а вот против обычных людей и инферов самое то. Даже против артификов может сработать, правда, лишь уровня домината или мастера, если маг стал им недавно. А вот против эксперта уже вряд ли.

Это сияние и переливы молний вводили людей в транс, позволяя до определенного предела управлять ими. Гипноз, в общем. Но у меня, как у члена Дома Интерфектов, иммунитет против такой магии, хотя я далеко не архонт и даже пока еще не артифик. Так, ученик, уже приблизившийся к уровню викаруса.

Вот отличие от обычной магии и разница в подходах: те за тот срок, что учу магию я, уже достигают уровня домината, а значит, и потери Дома восстанавливают быстрее. И быстрее готовят новых бойцов. Неудивительно, что Интерфекты проиграли свою войну – бог на стороне больших батальонов и в этом мире.

Беда еще в том, что, как правило, сразу после выпуска маги других Домов по силе превосходили новичков Дома Интерфектов. Хотя в плане управления этой силы новички Интерфекты могли дать фору даже архимагам, опыта только не хватало. Да и против десяти пусть даже новичков не каждый артифик Интерфектов выйдет. Ну, уложит он девятерых камикадзе, но оставшийся добьет обессилевшего мага.

Но со мной такой номер не прошел бы, ибо я по объему силы превосхожу уже иного архонта – спасибо Маренсу, накачал. А уж как он радовался, когда мой резерв начал расти. Посчитал это следствием моего иномирянского происхождения, даже не задумался об ином варианте. Понятно, почему радовался, теперь его заклинания благодаря мне становились воистину оружием массового поражения.

Узнала я, почему апостификов так ценят. Оказывается, если брать энергию человека, то она усиливает собственную энергию мага. Что-то там, в книге, про резонанс было. В общем, силы апостифика и мага не складывались, а умножалась. Какие по силе заклинания получаются в этом случае, трудно даже представить, потому и запрещали магам на совет в столицу брать с собой апостификов. Не дай бог, произойдет какая ссора между архимагами, и столицу придется заново отстраивать.

Архимага я проводила до ворот, и едва они закрылись, сразу помчалась в лабораторию, где Голос и запустил процесс перестройки организма, я сразу оказалась на полу, подвывая от боли. Ну почему я еще в сознании?! Почему?!

– Дай по башке чем-нибудь, чтобы я вырубилась! – уже ору, не сдерживаясь. Терпела три дня этого ада, но уже сил никаких нет.

– Вы должны узнать свой порог боли, господин, – вещал Голос. – Терпите, господин.

– Господи, – сквозь сжатые губы – зубы выпали еще в первый день этой пытки – простонала я, – когда же ты заткнешься!

– Я полагаю, вам будет легче, если вы представите, что вас ждет дальше. Сейчас идет укрепление вашего скелета, кости получают дополнительные вещества, изменяются хрящи и связки…

– Прошу тебя, заткнись…

– Не могу, господин. У меня строгие инструкции. Сейчас перестройка уже почти завершилась. Когда у вас снова отрастут зубы, закончится первый этап.

Зубы выросли на следующий день, боль отступила. Я снова ревела, как когда-то сразу после похищения. Я не могу! Я не смогу этого вынести! Лучше умереть и ни о чем не думать. Больше не будет тоски и боли. Боль… такое впечатление, что в этом мире она преследует меня повсюду. Дрессировка Маренса, потом обучение магии, тренировки на арене, теперь это.

– Дальше станет легче, господин. Перестройка скелета – самая болезненная и длительная процедура. Понадобится еще две недели, чтобы вы привыкли и все процессы окончательно завершились, а потом можно продолжить.

– А нельзя уменьшить скорость изменений? – с надеждой спросила я.

– Нет, господин. – Мне показалось, что в Голосе послышались нотки сожаления. – Я предупреждал вас о побочном эффекте такого ускоренного обучения, но вы настояли на нем. Теперь прервать процесс уже не получится, иначе произойдет рассинхронизация органов, а это чревато вашей гибелью, господин. А пока подкрепитесь, вам надо как можно больше есть.