Чтение онлайн

Мне еще предстоит увидеть товар, но давайте признаем, что я поверхностен.

Это будет препятствием для сделки.

***

— Добрый вечер, мастер Кеннеди.

Ища утешения в привычном, я решаю навестить свою мать. Войдя в здание, я здороваюсь с Джерардом, швейцаром, и направляюсь к лифту. Как только я выхожу, у дверей меня встречает Малкольм, дворецкий моих родителей. Я люблю Малкольма, как дедушку, но, честно говоря, все эти «хозяин» должны храниться в спальне вместе с кляпом и кляпом-шариком.

— Привет, Малкольм, мама и папа дома?

— Полагаю, твой отец на заседании совета директоров, твоя мать в комнате, и твой брат также находится там.

Отлично, мой брат здесь. Вставьте сарказм на миллион. Я иду в каморку и застаю маму и брата за обсуждением статьи о религиозных изменениях на Ближнем Востоке.

Скука с большой буквы Б.

— Привет, мам.

— Эрик! Какой приятный сюрприз, — она встает и подходит ко мне. В привычной манере она крепко обнимает меня, в воздухе витает ее фирменный аромат Chanel № 5.

— Привет, Дом, — машу рукой.

— Привет, Эрик. Давно не виделись, — жестко отвечает он.

Ладно, вот что касается моего брата. Он с другой планеты, серьезно. Он старше меня на восемь лет, он компьютерный гик, то есть выигрывает награды за достижения и тому подобное. Он не гей, хотя я не могу этого утверждать, потому что никогда не видел его с девушкой. Он тихий, живет один в своей квартире в SOHO, и, к большому разочарованию моей матери, у нас нет ничего общего и мы не ладим.

Он хорошо одевается, на самом деле очень хорошо для натурала. Иногда я спрашиваю его, где он покупает тот или иной свитер, но он всегда отвечает односложными словами, раздражая меня до смерти. Он высокий, намного выше меня. Насколько я могу судить, он занимается спортом, но его тело всегда прикрыто. Он носит очки, эти ботанические очки в толстой черной оправе.

Доминик совсем не похож на меня. Его волосы почти черные, и у него очень мужественная линия челюсти, совсем не похожая на мою. Мне двадцать два, но, клянусь, я мог бы работать в Диснее, потому что выгляжу так по-детски. Дом выглядит как мужчина, настоящий мужчина, но жаль, что у него характер мокрой швабры.

— Итак, что происходит, ты все еще занимаешься компьютером?

Он хмыкает, лишь слегка задыхаясь: — Да.

И на этом разговор закончился.

В итоге он уходит, а я провожу ночь на диване, смотря «Красотку» с мамой. Боже, я люблю свою маму. Она такая красивая, такая утонченная. Она родилась в Китае, росла там, пока родители не отправили ее учиться сюда, когда ей было восемнадцать. Вскоре после этого она встретила моего отца, и, судя по тому, что я слышал, следующие несколько лет они провели, пытаясь убедить моего дедушку, почему он должен позволить ей выйти замуж за американца. Между ними было разница в пятнадцать лет, и мой отец в то время был коллегой моего деда. Это было грязно, очень грязно. Моя мама нарушила все возможные правила культуры, но в конце концов, я думаю, все это того стоило.

Я прижимаюсь к ее боку, мы оба сидим тихо и смотрим, как шлюха превращается в принцессу.

***

К среде я испытываю серьезные проблемы с горбом. Боже, мне просто нужен хороший горб. «Костяной рейнджер», — отличное отвлечение, но это еще не настоящее. Единственное, что делает мой день в какой-то степени интересным, это письмо, которое мы с Никки получили утром от Лекса.

Кому: Эрик Кеннеди; Никки Романо

Эрик и Никки,

Могу ли я попросить вас присоединиться ко мне на обед сегодня в Джордже на 7-ой в полдень?

У меня есть несколько срочных дел, которые я хотел бы обсудить с вами обоими.

Ваше присутствие будет высоко оценено, но я прошу не упоминать об этом Шарлотте. Я объясню почему во время нашего обеда.

Лекс Эдвардс

Ладно, это немного странно, потому что я понятия не имею, о чем идет речь. Никки думает так же, но в любом случае, мы придумываем какую-то отстойную отговорку, когда Чарли спрашивает, не хотим ли мы пойти пообедать.

— Куда вы, ребята, идете? — спрашивает она.

— Не знаю, как Никки, но я… эм, встречаюсь с другом за ланчем.

— С каким другом?

Я не очень хорошо работаю на допросах. Кажется, у меня на лбу выступили капельки пота. Боже мой, это значит, что мне нужно сделать еще одну процедуру для лица! Моя Т-зона так требовательна к уходу.

— Друг моего брата.

— Но ты же ненавидишь своего брата.

— Я не ненавижу его, Чарли, я просто думаю, что он тридцатилетний чудак, которого нужно научить, как заняться сексом, и, может быть, тогда он сможет вести со мной беседу.

— Ну, я предложила заняться им. Помнишь, в прошлом году на рождественской вечеринке твоих родителей? Может, он и ботан, Эрик, но он горячий. Очки и все такое.

— Лекс убьет тебя за такие слова.

— Возможно, но ты не волнуйся за него. Я его выпорю и он будет у моих ног, — она засмеялась

— Он точно убьет тебя за такие слова, а когда ты говоришь «ноги», ты имеешь в виду, что он сосет пальцы? — спрашиваю я.

Ага, опять я без фильтра.

— О, Рик…, — она целует меня в щеку, — Повеселись на своем тайном обеденном свидании, и для протокола, Лекс любит все, — она подмигивает, прежде чем выйти из комнаты.

***

Мы с Никки сидим за столиком, и она заказывает чай со льдом «Лонг Айленд». Официант симпатичный, поэтому, когда он уходит, я наклоняю голову, чтобы проверить его задницу. Хм, немного слишком покачивающаяся, на мой вкус. Поскольку у нас есть время, чтобы убить время, я поднимаю тему Мигеля, потому что мне нужно поворчать на него. Скажем прямо, он замечательный, если не считать всей этой истории с фанки-спанком.

— Я имею в виду, это было настолько плохо, что мне пришлось использовать чертову куриную тряпку рядом с его кроватью, чтобы сплюнуть в нее. Слава Богу, это было в темноте. Не думаю, что он заметил.

— Слушай, Эрик, я тебе говорю. Wheatgrass — вот в чем фишка.

— Что я скажу, Никки? «Эй, выпей сок витграсса, чтобы мне не казалось, что я глотаю просроченное молоко?

— Нет. Тебе нужно пойти в один из этих баров здоровья. Предложи, и учти, они действительно на вкус как дерьмо, но тебе тоже нужно выпить.

— Но моя сперма в порядке!

— Ладно, я даже не собираюсь спрашивать, откуда ты это знаешь, но причина, по которой я предлагаю это, в том, что вы оба делаете это, и это не будет выглядеть так, будто вы нацелены на него, — говорит она мне.

— О, точно, я поняла. Так что, у Рокки плохая сперма?

— Пожалуйста, у моего мужчины прекрасный вкус. Как сладкий леденцовый сок, если хочешь знать.

— Да, TMI. Этот парень — танк. Он, должно быть, выдул ведро.

— Дело в качестве, Эрик, а не в количестве.

Лекс прибывает, прерывая разговор. Как обычно, он выглядит как секс на ножках. Я имею в виду, я полностью понимаю, почему Чарли на него запала. Он как ходячий бог секса, и женщины вокруг него почти падают в обморок в его присутствии, за исключением Никки. Клянусь, у этой женщины, когда речь заходит о Лексе, заводится одна и та же сучка.