Чтение онлайн

Он обнимает меня, и мышцы его спины напрягаются. Он вонзается в меня с дикой потребностью. Пылающее пламя в его глазах выходит из-под контроля. Звуки шлепков плоти о плоть и ощущение того, что он заполняет меня, заставляют меня снова и снова приближаться к этому краю.

Когда из его горла вырывается низкий гортанный рык и тепло заполняет мои внутренности, я уже нахожусь в том месте, которое вызывает привыкание.

На этот раз все слишком нестабильно, и я теряю сознание на секунду. Или на несколько. Понятия не имею. Когда я прихожу в себя, Джулиан нависает надо мной, держа свой вес на локтях, чтобы не раздавить меня. Его ловкие пальцы гладят пряди моих влажных волос, а он смотрит на меня с нахмуренными чертами лица.

— С тобой все в порядке?

Нет.

Я абсолютно не в порядке. Так не должно было быть. Секс должен быть только физическим и не более. Так почему же, черт возьми, все это ощущалось как нечто иное, а не физическое? Это опасная разгадка. Ослепительное безумие.

Все, что мне нужно было сделать, это выкинуть его из головы? Я только что, черт возьми, выгравировала его в себе.

Я не готова к тому, чтобы это ни значило.

Я освобождаюсь и приподнимаюсь. Это так запутанно. Мне нужно убежать и запереться в безопасном от Джулиана месте.

Сильные руки рывком возвращают меня обратно. Я сижу у него на коленях, его грудь прижалась к моей спине.

— Куда это ты собралась? — раздается его резкий голос над моим ухом. Он звучит сердито и немного обиженно.

Боже. Если бы роли поменялись местами, и он захотел бы уйти сразу после такого умопомрачительного секса, я бы тоже была обижена. Я прижимаюсь к нему.

— Я сделал тебе больно? — шепчет он. В его словах звучит искренняя забота, и это еще глубже вонзается осколком в мою грудь.

— Ты разрушил меня, — признаюсь я, поворачиваясь к нему и упираясь головой в его твердую грудь. Убегать больше бессмысленно.

Возможно, я никогда и не хотела этого.

— Хорошо.

Он долго и крепко целует меня в макушку и говорит, касаясь моей кожи:

— Потому что ты тоже меня разрушила, Светлячок.

Глава 18

Эль что-то бормочет во сне и закидывает свою ногу на мою.

Как будто полулежать на мне недостаточно, ее маленькая рука обхватывает мое плечо, и она стонет. Моя эрекция оживает.

Черт возьми.

Наблюдая за спящей Элль всю ночь – или часть ночи, которую я позволил ей посвятить сну, – я все еще не понимаю, что, черт возьми, со мной происходит.

Ей не место в моем мире. Таких, как она, мы съедаем живьем. Мы все – монстры, недостойные жизни, которую беззастенчиво отнимаем у других.

План был прост: спасти «Нулевую команду» из лап Аида и «Омеги». Мне было все равно, что случится со мной в процессе, потому что моя жизнь ничего не значит. Я умер в тот день, когда моя мать бросила меня в парке аттракционов. Родился Призрак. Призрак убивал и калечил, не смыкая глаз. Призрак был наркоманом, который существовал только потому, что у него были товарищи, которых нужно было защищать.

Но с тех пор как этот светлячок ворвался в мою жизнь и продолжает называть меня именем, которое заставил ее считать своим, я начинаю верить, что, возможно, Джулиан снова может ожить. Это чертовски глупо, потому что я даже не помню жизни Джулиана.

Я – Призрак, а Призрак не отвлекается. Призрак идет к своей цели, не оглядываясь по сторонам.

А тут еще эта женщина. Эта чертова женщина. Мне нужны ее стоны. Мне нужны ее крики. Я хочу, чтобы она была моей.

Мои пальцы смахивают пряди длинных волос Эль с ее мягких черт лица. Когда она сказала, чтобы я сделал ее своей – подобного экстаза я не испытывал никогда. Когда я погрузился в нее впервые в жизни, мне показалось, что и у меня все впервые. И в каком-то смысле так оно и было. Я не помню лиц других женщин. Тогда я был слишком одурманен.

Одно могу сказать точно: я никогда не брал женщину обнаженной. С Эль я ненавидел саму идею презерватива. Когда она инициировала это, я уже считал ее своей.

Я никогда не хотел, чтобы что-то принадлежало мне. Хотя я считаю «Нулевую команду» своей семьей, они никогда не были моим. Мы все слишком охуенны для этого. Но Эль? Может, я не хотел признавать этого раньше, но с тех пор, как я впервые увидел ее вызывающий, горящий взгляд в том переулке, то хотел оставить ее себе. Она может сопротивляться сколько угодно, но она была моей с той самой секунды, как я положил на нее глаз.

Теперь придется принимать сложные решения, которые могут заставить Туман возненавидеть меня навсегда. Одно я знаю точно: я больше никогда не выпущу Эль из виду.

За окном раздается шорох. Тихий и едва заметный. Я набрасываю простыню на Эль, чтобы прикрыть ее наготу, и в это время из окна выглядывает Тень. На нем только шорты.

— Хоть какое-нибудь уединение, — ворчу я. — Больше не надо врываться через окно. Здесь есть дверь.

— Двери – это скучно, — он по-прежнему сидит на подоконнике. Его взгляд перебегает с Эль на меня, выражение лица наблюдательное. — Пора заняться боксом.

— Не сегодня.

Ничто не заставит меня покинуть Эль.

— Давай, приятель, — он застонал. — Ты избавился от избытка энергии, но мне нужно побить. Не заставляй вызывать на дуэль эту старую каргу Туман, мы убьем друг друга. А этот чертов Пламя вечно спит, не знаю, как он, черт возьми, держит себя в форме.

— Не моя проблема, — я бросаю на него укоризненный взгляд. — Иди на свои подпольные бойцовские ринги.

— Упал сиськами на задницу, да, приятель? — спрашивает он со странным выражением в глазах. Сначала я подумал, что это связано с тем, что роботизированный взгляд пытается вернуться, но это искренняя печаль.

Что с ним происходит в последнее время?

— Это задница над сиськами, — поправляю я его.

— Что за чертовщина, — Тень поворачивается, чтобы спуститься, но говорит через плечо. — Как бы мне ни было неприятно это признавать, но Туман может быть права. Может, будет лучше, если мы никого не приведем в наш ад.

А потом он уходит.

— Слишком поздно, — бормочу я, глядя на Эль. Она уже забралась слишком глубоко. Выхода уже не будет.

Эль вздрагивает, ее глаза медленно открываются. Когда их ярко-голубой цвет падает на меня, и она улыбается – неуверенно, – мне хочется съесть ее целиком. Она такая чертовски красивая, сильная и невинная. И все это одновременно.

Мой телефон вибрирует на тумбочке. Я мельком вижу имя Туман и игнорирую его. Даже если позвонит сам Аид, я не стану отвечать.

Очевидно, у Эль блестящее зрение, раз она тоже уловила имя. Ее губы надуваются так, что мне хочется зацеловать ее до смерти.

— Разве ты не должен ответить? — спрашивает она. — Это Туман.

Мои пальцы скользят по ее груди и обвивают шею. Ее пульс стал единственной постоянной вещью в моей жизни. Когда он подскакивает под моим пальцем, это похоже на укол экстаза.