Преступления могло не быть!
Шрифт:
Представьте себе молодого человека, «одаренного» этим набором недостатков, и для вас станет совершенно ясным, отчего его дружба с алкоголем может кончиться трагически. Более половины — еще раз: более половины! — преступлений творится несовершеннолетними при участии этого «великого провокатора».
К. Баялин, начальник следственного Управления МВД Казахской ССР, А. Штульберг, старший следователь МВД Казахской ССР.
Расскажите, как это было…
Потерпевшего доставили в райотдел во втором часу ночи. Его трясло, как в лихорадке, хотя в дежурной комнате было тепло, а за окном синела ласковая августовская ночь. А потерпевший дрожал от холода и испуга.
Замерз он потому, что был… совершенно гол. Бос и наг, как Адам в момент сотворения. Правда, на него накинули чью-то оказавшуюся в дежурке шинель, но она пока не помогла согреться.
Дежурный офицер милиции — не молодой, и вовсе не склонный к шуткам человек, вдруг некстати припомнил слышанные в далеком детстве стишки:
Шел по улице малютка, Посинел и весь дрожал…Дежурный невесело усмехнулся: «малютке» было явно за тридцать, и от него разило водочным перегаром.
Офицер распахнул окно — в дежурную комнату ворвался свежий ночной воздух. Потерпевший, кутаясь в шинель, тупо смотрел на лежавший перед ним лист бумаги.
— Ну пишите же, пишите, — сказал дежурный. — Напишите обо всем, что с вами произошло.
Потерпевший взял шариковый карандаш. Рука дрожала, карандаш не подчинялся, плясал в пальцах: страх не проходил. По причине страха потерпевший и нацарапал корявые, прыгающие строчки.
«14 августа, примерно в час ночи, я шел по улице. Вдруг из кустов вышли трое. Они раздели меня и хотели резать ножом. Я бежал по улице и кричал, меня спасли милиционеры. Они сразу поймали бандитов. Прошу к ним принять меры…»
В этот же день, утром, было возбуждено уголовное дело по факту ограбления гражданина Потапова некими Литковым, Бодягиным и Исаевым. Задержанных грабителей поместили в камеру предварительного заключения, одежду, снятую с Потапова, отобрали и вернули потерпевшему. Началось расследование.
Кто же такой Потапов, эта жертва ночных грабителей? Для следствия важна каждая деталь происшествия, а потерпевший мог бы о многом рассказать. На повторный допрос он пришел протрезвившимся, теперь уже не дрожал. Лишь прятал глаза, рассказывая следователю о том, как напали на него грабители и что было до происшествия. Теперь рука его не прыгала, когда он записывал свои показания в протокол допроса потерпевшего.
«13 августа я не работал, так как приехал из командировки. Придя домой, я узнал, что моя жена находится в родильном доме, и к вечеру я направился туда. Оказалось, что жена родила сына; я очень обрадовался.
Около восьми часов вечера я ушел из родильного дома и на улице Бульвар Мира в магазине купил пол-литра водки. Затем я зашел в кусты аллеи, которая расположена посередине улицы, и выпил водку из бутылки без стакана. Потом уселся на траву и закурил, чувствовал я себя не очень пьяным, но сколько я сидел и курил, не помню. Было уже совсем темно, когда ко мне подошли три парня, все ростом выше меня, и приказали снять рубашку. Потом сняли все остальное и один сказал: «Его нужно поронуть». Я от испуга вскочил и стал убегать, выскочив на дорогу. В это время мне навстречу шла машина, в ней оказались работники милиции. В кустах они задержали сначала двух парней, напавших на меня, а позже поймали и третьего, на котором уже были мои брюки…»
Следователь внимательно перечитал написанное, подписал протокол допроса и отпустил потерпевшего. Он на минуту задумался, припоминая. Ведь всего два дня тому назад в милицию обратился некий Почерский. Его тоже ограбили. Может, грабитель один и тот же? Следователь разыскал протокол допроса Почерского и углубился в чтение.
«По существу заданных мне вопросов, — писал Почерский, — поясняю следующее. 12 августа сего года я получил на работе деньги — 45 рублей. По окончании работы мы, втроем, взяли две бутылки водки и распили. После я поехал на вокзал, там встретил земляка, и мы с ним распили еще одну бутылку водки. Там же, на вокзале, с незнакомым мужчиной я выпил бутылку вина.
Время было позднее, и я решил домой не ехать, а остался ночевать на вокзале. Утром я пошел в шашлычную и выпил две кружки пива. Тут ко мне подошел незнакомый человек с бутылкой вина и предложил выпить с ним, я согласился. Я отдал ему рубль, мы выпили и разошлись.
На работу я уже опоздал, и поэтому решил опять пойти в магазин и купить вина. В магазине мне встретилась незнакомая женщина. Она тоже брала вино и сказала: «Давайте выпьем вместе». Я не отказался, и мы пошли в сторону пляжа. Не доходя до пляжа, мы свернули влево и сели в кустах. Она вынула свою бутылку из сумки, я свою из кармана. Мы понемногу выпили.
Примерно в три часа дня к нам подошли два парня и спросили, почему мы здесь распиваем спиртные напитки.
Потом один подошел ко мне и ударил чем-то твердым по голове. Я упал, с меня сняли часы и брюки. Только я стал подниматься, кто-то из них говорит: «Лежи, а не то поронем».
Через некоторое время меня подобрала машина скорой помощи и доставила в больницу».
Итак, два человека ограблены. Разрыв между происшествиями — всего два дня, а способы совершения преступлений очень сходны. После ограбления Потапова задержаны трое подозреваемых. Кто они?
Перед следователем сидит коренастый парень с нагловатым взглядом и сползающим на глаза чубом: Александр Литков. Ему двадцать лет, образование шесть классов. Не работает и не учится. Не очень смущаясь, рассказывает о себе:
— Я, гражданин следователь, еще в прошлом году бросил работу. Надоело вкалывать. Ездил к родне в Северный Казахстан, потом вернулся сюда. На работу опять не устроился, не хотелось что-то. От нечего делать шатался по городу.
Весной, в мае, возле магазина ко мне подошел мужчина и предложил мне сложиться с ним, чтобы выпить. Звали его Николай.
Я, конечно, согласился. Выпили, а Николай и говорит: «Видишь, пьяный лежит? Пойдем посмотрим, может быть, у него есть деньги». Денег у пьяного не оказалось, но мы сняли с него часы и туфли. Все это мы продали и вместе пропили…
Так, слово за слово, рассказал этот великовозрастный лоботряс о своей «работе» по ограблению пьяных. Эти показания подтверждались и показаниями двух других подозреваемых, Бодягина и Исаева. Последний во время допроса назвал еще два имени, пока неизвестных следствию: Алик Квадорас и Галка, по кличке «Инга». Со слов Исаева, и Алик, и «Инга» были, как правило, инициаторами и «вдохновителями» ограблений.
Несколько дней работники уголовного розыска энергично разыскивали Алика Квадораса и Галку-«Ингу». И вот они у следователя — двадцатипятилетний Алгедрас Квадорас и девятнадцатилетняя Галина Лисова. И он, и она, как и их дружки, бросили работу, пристрастились к спиртному и стали на путь грабежа: надо же было доставать деньги на водку. Грабили только пьяных.
Рассказывая о своих «похождениях», о том, как они очищали карманы пьяниц, эти ночные хищники откровенно поведали о нескольких эпизодах ограблений, о которых следствию не было известно: потерпевшие не жаловались. Да и действительно, на кого они могли жаловаться? На себя? На водку?
Вот о чем, например, рассказала Галка-«Инга» — смазливая девица с длинными рыжими волосами и в очень короткой юбке.
— На базаре я встретила Николая, Сашку и Алика. Решили прошвырнуться по городу. Николай купил поллитровку водки и пунш, а на закуску взял помидоров. Выпили.
Денег у нас больше не было, мы пошли к летнему театру, сели на скамейку и стали думать, что делать дальше.
Я первая увидела пьяного, он стоял на автобусной остановке около столба. Я подошла к нему поближе и стала читать объявления, прибитые к столбу.
— Куда вы едете, крошка? — спрашивает меня пьяный.
— Просто гуляю и скучаю, — ответила я.
— Давайте гулять вместе, — говорит он, а сам еле-еле на ногах стоит. Этому дядечке было лет пятьдесят — вся голова седая.
— Чего же мы так просто гулять будем, — говорю я, — нужно взять бутылочку, а то совсем скучно…
Он обрадовался и достает из кармана деньги. Я увидела — у него их было много.
Пошли в магазин, взяли бутылку вина и отправились в скверик, где никого не было. Николай, Сашка и Алик наблюдали за нами.