Чтение онлайн

Сотрудники милиции знали, что убитая — Валентина Трубина, знали, что жила она в Зеленом, а училась в техникуме в городке, и что, желая провести с подругами праздник, она первого, рано утром, ушла из села на демонстрацию. Родители Вали не беспокоились, не дождавшись ее к вечеру. Спокойны они были и второго: «У подружек заночевала, завтра явится». И только третьего заявили в милицию. Ребята из школ и техникумов вышли прочесывать местность, и здесь, в камнях, на берегу горной речушки, нашли…

— Скудновато, скудновато, — задумчиво, ни к кому в отдельности не обращаясь, констатировал Семен Гаврилович, покручивая пожелтевшими от табака пальцами колпачок авторучки. — Что мы имеем? Почти ничего. Неизвестно даже, когда это произошло — с первого на второе или со второго на третье. Об этом нам, правда, завтра, а возможно, и сегодня скажет экспертиза. Но время, время идет…

Он посмотрел на молчаливо сидящих лейтенантов и спросил:

— Ну, как? С чего начнем?

— С допроса знакомых убитой, — ответил Меркулов, а Ильяс в знак согласия кивнул шапкой черных, аккуратно зачесанных волос.

— Верно, — коротко одобрил майор. — Сейчас вы пойдете в техникум, где училась Трубина…

Ни в коридорах, ни во дворе техникума не чувствовалось той веселой суеты, которая обычно сопровождает короткие перерывы между лекциями. Тихо было в комнате комитета комсомола, где Игорю и Ильясу прежде всего просился в глаза огромный увитый траурной лентой венок из полевых цветов.

Завуч — невысокая сероглазая женщина, узнав о цели прихода сотрудников, пригласила девушек из группы, в которой училась Валя. Они пришли быстро, все с заплаканными глазами. Видели ли они Валю первого? Да, да, конечно. Вместе были на демонстрации. Уходили с площади тоже вместе. Возле сквера догнал какой-то парень и отвел Валю в сторону. Она крикнула: «Постойте, девочки, я сейчас». Парень, по-видимому, был не совсем трезв и разговаривал громко. О чем они говорили? Конечно, было слышно. Он приглашал ее на танцы, а она сказала, что не пойдет и вообще с ним встречаться не хочет. Он настаивал, а потом стал угрожать.

— Вспомните как можно точнее, — попросил Игорь, — чем угрожал парень Вале.

— По-моему, он сказал примерно так: «Ну чего ты дергаешься! Приходи, а то хуже будет!»

— А что было после?

— Потом Валя подошла к нам и сказала, что ей надоел этот дурак. День мы прогуляли в парке, а к вечеру она пошла домой в Зеленое. Мы предлагали ей остаться потанцевать, но она ушла… — Девушка закончила свой рассказ и тяжело вздохнула. — Потом случилось это. Просто не верится…

— Вот вас с Валей возле сквера было семеро, — Ильяс обвел глазами девчат, заполнивших комнату, и, поймав в ответ утвердительные взгляды, продолжил, — может быть, кто-нибудь из вас знал этого парня раньше, встречал его?

Девушки вопросительно переглянулись, и одна внезапно воскликнула:

— Постойте! Постойте! Ведь Валя называла его по фамилии. У него такая простая фамилия… Не то Сомов, не то Носов…

— Самсонов!

— Да, Самсонов! Точно! Мишка Самсонов!

Через полчаса разговор в техникуме стал известен начальнику опергруппы, и Михаил Самсонов, двадцатитрехлетний парень, был доставлен в отделение милиции.

— Его рук дело, — убеждал майора Храпко участковый инспектор. — Он как раз с моего участка. Работает, правда, на лесопилке, но пьет, а как напьется — скандал, мордобой. К тому же к женскому полу пристает. Докатился! На какую дивчину руку поднял?! — Участковый в сердцах махнул рукой и направился из кабинета.

Самсонов был живым олицетворением характеристики, данной ему участковым. Небритый, с посеревшим худым лицом, он производил впечатление усталого или больного человека. От него разило водкой. Попросив разрешения закурить, он сел и выжидательно посмотрел на следователей.

— Опять пьешь, Самсонов, — нарушил молчание Храпко и кивнул в сторону стенных часов, показывающих начало второго.

— Да уж так случилось, простудился на праздниках. Теперь лечусь домашними средствами, — криво усмехнулся парень и затянулся сигаретой.

— Простудился, значит. Бывает, бывает… Но расскажи, как встретил праздники, чем занимался.

— Всем понемногу, — коротко ответил Мишка. — Вас что интересует, сколько я водки выпил или еще что-нибудь в таком роде?

— Нас многое интересует, Самсонов, и сейчас не время кривляться, холодно парировал Игорь. — Расскажите о наших встречах с Валентиной Трубиной.

— С Трубиной, это которую… там… на реке… — в голосе Самсонова уже не было ни иронии, ни бравады — только волнение. — А я с ней, можно сказать, и не встречался. Первого возле сквера пригласил на танцы, а она не пошла.

— Что было после того, как она отказалась?

— Я помнится, был выпивши и угрожал ей. По пьянке чего не наболтаешь…

— Вы все прекрасно помните. Значит, вы были не слишком пьяны и, по-видимому, знали, что говорили. Стало быть, вы уже тогда задумали расправиться с Трубиной?

Мишка повернулся в сторону черноволосого следователя, задавшего этот вопрос, и не скрывая раздражения ответил:

— Ничего я не думал. Хотел припугнуть — и все.

— Скажите, где вы провели ночь с первого на второе? — Майора интересовала именно эта ночь, в которую, по заключению судебно-медицинской экспертизы, наступила смерть Трубиной.

Задержанный ответил не сразу, мялся, словно прикидывая что-то в уме.

— Ночью с первого на второе я был… у своей знакомой… Как забурился с вечера, так и ушел только утром, в восьмом, — Мишка назвал адрес своей знакомой и ее мамаши, которые жили возле гор, в конце Садового переулка.

Первый день расследования не принес сколько-нибудь значительных результатов. Семен Гаврилович и Ильяс каждый по-своему сомневались в виновности Самсонова, хотя и допускали возможность умелой маскировки убийцы. Иное мнение сложилось у лейтенанта Меркулова. После допроса им овладела упрямая уверенность в непричастности Мишки к преступлению. Откуда взялась эта уверенность, он, если бы его спросили, не смог бы объяснить точно, но интуитивно чувствовал, что следствие пока не отыскало правильного пути. Однако интуиция интуицией, а решить все должны были факты, которые, судя по всему, должен был дать завтрашний день.

Утром за завтраком Игорь поделился своими сомнениями с Семеном Гавриловичем.

— Может быть, может быть… — ответил майор, принимаясь за кофе. — Во всяком случае ждать осталось недолго. Сегодня вызовем обоих Морозовых и выяснится, ночевал у них Мишка или нет. Мне все-таки кажется, что тут у него не все ладно. Ты обратил внимание, как он отвечал на последний вопрос? Майор посмотрел на Игоря. — Помнишь? Уж очень не хотелось ему отвечать. Раздумывал чего-то.

— Ну, это можно по-разному истолковать. Может, он просто не хотел впутывать свою знакомую в это дело, — заметил Игорь.