Чтение онлайн

— Привет! Трагично, да? — говорила она. И тут же: — Как вы поживаете? Не правда ли, все это просто ужасно? — И опять: — Привет. Так печально. Очень печально, не правда ли?

Меня потрясла ее способность одновременно казаться искренне убитой горем и счастливой видеть кого-то. Наконец мы добрались до двери и вышли на яркий холодный солнечный свет. По пути к тротуару мы достали талоны на парковку, помахали ими в сторону служащих и остановились, чтобы подождать, пока пригонят машины. Тут плеча Стэйси коснулась молодая женщина с длинной черной косой и покрасневшими глазами.

— Стэйси, я так рада, что ты пришла. Как Зэкери? Он знает? — спросила она.

— Мэгги! Милая, дорогая Мэгги! Зак хорошо, у него все в порядке. Я ему рассказала об Абигайль, но он, кажется, так и не понял. А ты? Как ты, держишься?

— Ох, не знаю. Я в шоке. Знаешь, я ведь была с ней в тот вечер, когда это случилось, — и тут на глаза молодой женщины навернулись слезы.

Это меня заинтересовало, и я тут же ввязалась в разговор.

— Бедняжка, — сказала я. — Вы видели ее прямо перед тем, как она умерла?

Стэйси предостерегающе на меня посмотрела.

— Джулиет! Это Мэгги Фрэнкс, одна из воспитательниц в классе «Семеро Козлят». Мэгги, это моя подруга Джулиет Эпплбаум.

Я протянула руку и пожала слабую ладонь Мэгги.

— Вы знали Абигайль? — спросила она.

— Нет, не совсем, — ответила я. — Я пришла за компанию со Стэйси.

Стэйси фыркнула, а я торопливо продолжила:

— Мы собирались пообедать. Не хотите ли присоединиться?

Мэгги посмотрела на меня с благодарностью.

— Знаете, я соглашусь. У мистера Муни сегодня никто не собирается, а мне очень не хочется сейчас оставаться одной.

Стэйси, все это время сверлившая меня взглядом, вежливо присоединилась к моему приглашению, и мы договорились встретиться в «Бабалу», маленьком ресторанчике неподалеку. Высвободив машины со стоянки, мы тронулись с места небольшой колонной. Нам и в голову не пришло ехать на одной машине, но почему бы и нет? В конце концов, это же Лос-Анджелес. Мы со Стэйси сразу нашли, где припарковаться, и теперь ждали в ресторане, пока Мэгги кружила по стоянке в поисках места.

— Зачем ты все это затеяла, Джулиет? Почему попросила ее пойти с нами? — спросила Стэйси.

— Ну она бывшая учительница Зака.

— И что?

— А то, что она, возможно, последний человек, видевший Абигайль живой. Я всего-навсего хочу выяснить, не знает ли она что-нибудь полезное.

— Я думала, ты решила бросить это после скандала с ЛеКроном. Я думала, мы договорились, что ты оставишь расследование профессионалам.

— Во-первых, мы ничего не решали, это ты решила.

Я помолчала минутку, сбитая с толку воспоминанием о том, что Питеру я сказала в точности то же самое и, отбросив мысль о недостатке оригинальности, продолжила:

— А во-вторых, мне кажется, что полиция уже решила, что это была случайная авария. Если так, они не станут утруждать себя расследованием. А если не будут они, то почему нельзя мне? Меня этому учили, и я знаю, что делаю. Никому не повредит, если я в это чуть-чуть влезу.

— ЛеКрон мог бы с этим поспорить, — заметила Стэйси. Иногда она бывает ужасно ехидной.

Тут мы увидели, что Мэгги ставит машину на освободившееся место прямо перед рестораном.

— Сделай одолжение, Джулиет, не дави на Мэгги слишком сильно. Она ужасно милая, и я не уверена, что она выдержит твой натиск.

— Я и не собираюсь давить. Разве я когда-нибудь это делала?

Стэйси подняла брови.

— Поверь мне, — торопливо сказала я, пока Мэгги входила в ресторан. — Я буду нежной. И буду держать себя в руках.

— Лучше так и сделай, — прошептала она и махнула Мэгги рукой.

— Дорогая, мы здесь!

Стэйси, как обычно, заказала диетическую пищу: на этот раз рыбу-гриль и салат без заправки. Когда-нибудь я сделаю на ее тощей заднице татуировку «Не кладите масла». Надо еще об этом подумать, вдруг там не хватит места. Мэгги заказала что-то из разных сортов зерна с начинкой из каких-то корешков, а я попросила сэндвич с жареным мясом и картошку фри. Мне не очень-то хотелось картошки, но нужно же кому-то дотянуть калории на нашем столе до дневной нормы.

За чаем я аккуратно перевела разговор на Абигайль Хетэвей.

— Мэгги, вы сказали, что видели Абигайль прямо перед ее гибелью?

Ну, может, и не очень аккуратно.

— Да. То есть, нет. Я имею в виду, не прямо перед этим, но в тот вечер после занятий, — сказала Мэгги.

— А в какое время? — спросила я.

Она посмотрела на меня с любопытством, но на вопрос ответила.

— Около 18:10 или что-то вроде этого. После того, как последнего ребенка забрали из продленной группы.

— Мэгги следит за детьми днем, — вмешалась Стэйси. — Занятия кончаются в час, но некоторые остаются до шести.

— С девяти до шести? — удивилась я. — Многовато для трехлетних малышей.

— Я тоже так считаю, — кивнула Мэгги. — Но так надолго остаются немногие. Большинство детей отправляется домой в три, поэтому днем работают два воспитателя, и только я остаюсь до вечера.

— Абигайль всегда оставалась с вами? — поинтересовалась я.

— Как правило, да, — сказала Мэгги. — Ей не нравилось, что там только одна воспитательница, вдруг случится что-нибудь. Поэтому она обычно занималась делами до шести, пока не заберут последнего ребенка. Не знаю, кто теперь будет оставаться со мной допоздна.

Мэгги громко всхлипнула, и на глазах у нее опять появились слезы.

Стэйси потрепала ее по руке и сказала:

— Не волнуйся, милая. Я уверена, что новый директор будет это делать.

А я об этом даже не подумала!

— Кто собирается возглавить школу? — спросила я. — Знает кто-нибудь?

Мэгги покачала головой:

— Это решит совет директоров. Так странно! Это же школа Абигайль! Не могут же они просто нанять кого-то на ее место!

Я повернулась к Стэйси и спросила:

— А что, «Любящие сердца» — некоммерческая организация? Им управляет фонд или что-то вроде этого, или детский сад полностью принадлежал Абигайль?

Стэйси на секунду задумалась.

— Я почти уверена, что это устроено, как любая другая частная школа. Официально всем управляет совет директоров, но это на самом деле ничего не значит, все решения принимала Абигайль. Я знаю, что детский сад некоммерческий, потому что списывала все взносы, сделанные за год.

— Если только ты не уклонялась от налогов, — сказала я.

— Если я уклонялась, то и мой бухгалтер тоже. Его дети ходили в «Любящие сердца».

— Хорошо, мы уверены, что детский сад продолжит свое существование без Абигайль. Вопрос в том, кто станет им заведовать. Кто займет ее место? — продолжила я.