Чтение онлайн

— Как они сюда попали? — крикнул Логен Байязу.

— Могу только гадать, — проворчал маг, ежась и тяжело дыша. — После смерти Делателя мы охотились на них. Мы загнали их в темные углы мира.

— Трудно найти угол темнее, чем этот. — Длинноногий спешил мимо к выходу и спустился по крыльцу, перепрыгивая через две ступеньки; Джезаль скакал следом.

— Что там еще? — спросила Ферро, снимая с плеча лук.

— Плоскоголовые! — проревел Девятипалый.

Она непонимающе уставилась на него, и Логен шлепнул ее свободной рукой.

— Просто скачи!

Не повезло, что Джезаль победил Бремера дан Горста, и Байяз выбрал его для этого безумного путешествия. Не повезло, что вообще взял в руки клинки. Не повезло, что отец захотел отдать его в армию, вместо того чтобы позволить ничего вообще не делать — как братья. Удивительно, как все это могло прежде казаться везением. Иногда трудно отличить везение от невезения.

Джезаль доковылял до лошади, ухватился за луку седла и неуклюже втащил себя наверх. Длинноногий и Девятипалый уже были в седлах. Байяз дрожащими руками укладывал на место свой посох. Где-то позади, в городе, начал звенеть колокол.

— Ох, боже мой, — произнес Длинноногий, широко распахнутыми глазами разглядывая множество статуй. — Ох, боже мой.

— Не повезло, — прошептал Джезаль.

— Что? — Ферро уставилась на него.

— Ничего. — Джезаль скрипнул зубами и пришпорил лошадь.

Нет никакого везения. Слово «удача» придумали идиоты, чтобы объяснять последствия собственной поспешности, эгоизма и тупости. Чаще всего невезение означает плохой план. И вот подтверждение.

Она ведь предупреждала Байяза, что кто-то есть в городе, кроме нее и пяти розовых идиотов. Предупреждала, но никто не слушал. Люди верят только в то, во что хотят. Одно слово — идиоты.

Пока ехали, она следила за остальными. Ки, на тряской повозке, прищурившись, смотрит вперед. Луфар, с выпяченными губами, слился с седлом, как опытный всадник. Байяз, плотно сжав челюсти, с белым напряженным лицом хмуро вцепился в поводья. Длинноногий то и дело оглядывается через плечо — глаза расширились от страха и тревоги. Девятипалый, трясясь в седле, тяжело дышит и больше смотрит на поводья, чем на дорогу. Пять идиотов — и она.

Ферро услышала рычание и увидела какое-то существо, сидящее на корточках на низкой крыше. Ничего подобного прежде видеть не приходилось: скрюченная обезьяна с длинными конечностями. Вот только обезьяны не бросают копья. Ферро проследила глазами — копье вонзилось в бок повозки и застряло там, дрожа. Миновав опасное место, повозка погрохотала дальше по прорезанной колеями улице.

Этот промахнулся, но в развалинах впереди есть другие существа. Ферро различала их силуэты в затененных зданиях. Бегут по крышам, наблюдают в разбитых окнах, в провалах дверных проемов. Ее подмывало потратить стрелу на одного, но что это даст? Их там полно. Пожалуй, сотни. Зачем убивать одного, если скоро они останутся позади? Только стрелу зря терять.

Внезапно рядом с ней разбился камень — он просвистел мимо, чиркнув по тыльной стороне кисти, оставив на коже бусинку темной крови. Ферро нахмурилась и пригнула голову, прижимаясь к спине скачущей лошади. Нет никакого везения.

Но быть крупной мишенью ни к чему.

Логен думал, что оставил шанка далеко позади, но, справившись с шоком от неожиданной встречи, понял, что ничего неожиданного тут нет. Давно уж пора усвоить. Уходишь только от друзей. Враги всегда у тебя за спиной.

Колокола звенели повсюду, заполняя эхом развалины.

Звон наполнил череп Логена, пробиваясь через топот копыт, скрип колес и свист ветра. Звон повсюду — вдали и рядом, впереди и за спиной. Здания проносились мимо — всюду серые, полные опасности силуэты.

Что-то мелькнуло мимо и отскочило, вращаясь, от камней. Копье. Логен услышал позади еще одно чириканье, потом еще одно копье пролетело над дорогой впереди. Логен сглотнул, прищурился навстречу ветру и постарался не представлять, как копье ударяется в спину. Не думать об этом было просто — все силы уходили на то, чтобы удержаться в седле.

Ферро повернулась в седле и что-то крикнула, но за шумом Логен не разобрал ни слова. Он покачал головой, и тогда Ферро яростно ткнула рукой куда-то вперед. Тогда Логен увидел: дорогу пересекала расселина, и они неслись к ней галопом. Челюсть Логена отвисла, и он захрипел от ужаса.

Он натянул поводья, копыта лошади заскользили по старому камню, резко поворачивая вправо. Седло накренилось, и Логен отчаянно вцепился в него; булыжники расплылись серым пятном, край пропасти мелькнул всего в нескольких шагах слева. Логен чувствовал остальных рядом, слышал их крики, но не разбирал слов. Он был слишком занят тем, что вертелся и извивался, пытаясь удержаться в седле, постоянно шепча:

— Я еще жив, еще жив, еще жив…

Над ними навис храм; на громадных уцелевших колоннах еще покоился гигантский каменный треугольник. Повозка протиснулась между двумя колоннами, лошадь Логена проскочила между двумя другими, попав в тень и снова на свет; все оказались в широком зале, открытом небу. Пропасть поглотила стену слева, а крыша, если и была когда-то, пропала давным-давно. Запыхавшийся Логен покачивался в седле в такт движениям лошади, не сводя глаз с широкого прохода впереди — яркого квадрата на фоне темного камня. Здесь безопасно, повторял он про себя. Если удастся проехать здесь, они выберутся. Только бы проехать…

Он не видел летящего копья, а если бы и видел, ничего не смог бы поделать. Ему в каком-то смысле повезло, что копье не попало в ногу. Оно глубоко вонзилось в плоть лошади перед коленом Логена. Вот тут уже не повезло. Логен услышал, как заржала лошадь, ее ноги подогнулись, и Логен вылетел из седла, раскрыв рот в беззвучном крике, а пол метнулся ему навстречу. Твердый камень ткнулся в грудь, в него же врезалась и челюсть, и в голове вспыхнул ослепительный свет. Логен отскочил от пола и покатился; мир крутился вокруг, как безумный, полный странных звуков и ослепительного неба. Логен замер, лежа на боку.

Он лежал оглушенный, тихо постанывая, голова кружилась, в ушах звенело — Логен не помнил, ни где он, ни даже кто он. Затем мир внезапно пришел в норму.

Логен рывком поднял голову. Пропасть была меньше чем на длину копья от него; слышно было, как журчит на дне вода. Логен откатился от лошади, от которой по каменному полу растекались струйки крови. Неподалеку Ферро, стоя на одном колене, доставала из колчана стрелу за стрелой и посылала их в сторону колонн, между которыми они только что проехали.

Там были шанка, и много.

— Черт! — прорычал Логен, отползая; каблуки сапог заскребли по пыльным камням.

— Давай! — орал Джезаль, соскользнув с седла и подпрыгивая на пыльном полу. — Давай!

Плоскоголовый с визгом бросился на них с громадным топором в руке. Но внезапно он подпрыгнул и крутанулся в воздухе — стрела Ферро торчала у него из лица. Но было еще много шанка, очень много; они крадучись обтекали колонны с копьями наготове.

— Слишком много! — крикнул Байяз. Плотно сжав челюсти, он хмуро уставился на громадные колонны, на гигантский каменный треугольник. Воздух вокруг него задрожал.