Чтение онлайн

— Ну… Я еще думаю… — Джезаль откашлялся с каким-то беспокойством, как будто разговор о планах слишком приблизил их к реальности. — Дома есть девушка… ну, женщина, верней. В общем, сестра моего друга… ее зовут Арди. Кажется, я ее люблю…

Странно было обсуждать самые сокровенные чувства с человеком, которого считал дикарем. С человеком, который не мог ничего понять в деликатных правилах жизни в Союзе и в жертве, которую приносил Джезаль. Но почему-то говорить было легко.

— И я думал… ну, если она согласится… мы могли бы пожениться.

— Неплохой план. — Логен улыбнулся и кивнул. — Женись и сей семя.

Джезаль задрал брови.

— Я не разбираюсь в земледелии.

Северянин расхохотался.

— Да не эти семена, парень! — Он хлопнул Джезаля по плечу. — Только один совет, если согласишься послушать такого, как я: найди в жизни какое-нибудь дело, где не надо убивать. — Логен нагнулся и поднял мешок, просунув руки в лямки. — Оставь войну тем, у кого меньше мозгов.

Он повернулся и двинулся по тропинке.

Джезаль задумчиво кивнул сам себе. Он потрогал шрам на подбородке, язуком нащупал дырку между зубов. Логен прав. Война не для него. Ему и одного шрама больше чем достаточно.

День был светлый. Впервые за долгое время Ферро было тепло. Приятно было ощущать горячее и злое солнце на лице, на голых предплечьях, на тыльной стороне ладоней. Резкие тени от скал и ветвей ложились на каменистую почву, брызги от водопадов внизу рядом со старой дорогой сверкали в воздухе.

Прочие отстали. Длинноногий неторпливо улыбался всему вокруг, болтая о величии пейзажа. Ки сгорбившись, страдал под тяжелым грузом. Байяз морщился и потел, пыхтя так, словно вот-вот упадет замертво. Луфар жаловался на волдыри всем, кто соглашался слушать — то есть пустому пространству. Так что только Ферро и Девятипалый бодро шагали впереди — в каменном молчании.

Как раз так, как ей нравилось.

Ферро перевалила за складку скалы и оказалась перед темным озерцом, окруженным плоскими камнями. Вода с журчанием лилась сверху через груду камней, поросших мокрым мхом. Пара кособоких деревьев раскинула над озерцом тонкие ветки, молодые листочки дрожали и шелестели на ветру. Солнечные блики играли на воде, насекомые скользили по поверхности озерца и летали над ним, лениво жужжа.

Наверное, очаровательное местечко для того, кто соответственно настроен.

Ферро мыслила иначе.

— Там рыба, — пробормотала она, облизнувшись. — Рыба — то, что нужно, если зажарить на прутике над костром.

Лошадиное мясо, которое они взяли с собой, закончилось, и Ферро проголодалась. Она заметила смутные тени, движущиеся в воде, когда присела, чтобы наполнить фляжку. Много рыбы. Девятипалый опустил тяжелый мешок на землю и сел рядом на камень, стягивая сапоги. Он закатал штаны выше колен.

— Что ты делаешь, розовый?

Логен улыбнулся в ответ.

— Собираюсь наловить себе рыбки в этом озерце.

— Руками? У тебя достаточно проворные пальцы?

— Думаю, ты знаешь. — Ферро нахмурилась, но он только улыбнулся еще шире, так что у глаз появились морщинки. — Смотри и учись, женщина.

И он прошлепал по воде, нагнулся, сжав губы от напряжения, и начал медленно водить руками в воде.

— Что он затеял? — Луфар опустил мешок рядом с Ферро и вытер блестящее лицо тыльной стороной ладони.

— Идиот думает, что сможет поймать рыбу.

— Что, руками?

— Смотри и учись, малыш, — пробормотал Девятипалый. — А-а-а… — Его лицо расплылось в улыбке. — Вот она.

Мышцы на предплечьях шевелились, когда он двигал пальцами под водой.

— Есть! — И он выдернул руку, подняв тучу брызг. Что-то блеснуло на ярком солнце. Логен бросил добычу на берег рядом со спутниками — на сухих камнях осталась темная дорожка капель. Рыба билась и подпрыгивала.

— Ха-ха! — закричал Длинноногий, появляясь рядом. — Поймал рыбу в озерце, да? Очень впечатляющее и замечательное умение. Я однажды встретил человека с Тысячи Островов, который считался величайшим рыбаком Земного круга. Ну, я вам скажу, он мог сесть на берегу и петь, а рыбы выпрыгивали ему на колени. Действительно, выпрыгивали! — Длинноногий нахмурился, обнаружив, что никого не восхитила его история, но тут через складку перебрался Байяз — почти на четвереньках. Следом появился ученик с каменным лицом.

Первый из магов подковылял ближе, опираясь на посох, и привалился к камню.

— Может быть… стоит тут устроить лагерь… — Он тяжело дышал, пот струился по худому лицу. — Не поверите, я однажды пробежал через этот перевал бегом. За два дня. — Он выпустил посох из дрожащих пальцев, и тот грохнулся у края воды. — Давно это было…

— Я тут подумал… — пробормотал Луфар.

Байяз скосил усталые глаза, словно повернуть голову было выше его сил.

— Думал прямо на ходу? Умоляю, не перетрудитесь, капитан Луфар.

— Зачем мы идем на край Мира?

Маг нахмурился.

— Уверяю, не для разминки. То, что мы ищем, находится там.

— Понятно, но почему оно там?

— Ага, — согласно прохрипела Ферро. — Хороший вопрос.

Байяз шумно вдохнул и надул щеки.

— Неугомонный, да? После разрушения Аулкуса и падения Гластрода три оставшихся сына Эуса встретились. Иувин, Бедеш и Канедиас. Они решали, как поступить… с Семенем.

— Держите! — крикнул Девятипалый, доставая еще одну рыбу из воды и бросая ее на берег к первой. Байяз безучастно следил, как она извивается и прыгает. Рот и жабры отчаянно шевелились на воздухе.

— Канедиас хотел изучить Семя. Он заявил, что сможет использовать его в добрых целях. Иувин боялся камня, но не знал способа уничтожить его и отдал на хранение брату. Гораздо позже, когда раны империи долгие годы не желали затягиваться, он начал сожалеть о своем решении. Он боялся, что Канедиас, с его жаждой знаний, может нарушить первый закон, подобно Гластроду. Он потребовал, чтобы камень не использовали. Сначала Делатель отказывался, и доверие между братьями поколебалось. Я знаю это, потому что именно через меня они отправляли друг другу сообщения. Уже тогда, как я узнал позже, они готовили оружие, чтобы однажды использовать его друг против друга. Иувин просил, умолял, потом угрожал, и в конце концов Канедиас уступил. И три сына Эуса отправились на Шабульян.

— Нет более удаленного места во всем Земном круге, — пробормотал Длинноногий.

— Поэтому его и выбрали. Они отдали Семя духу острова, чтобы оно хранилось бережно до скончания времен.

— И велели духу никогда не отдавать его, — пробормотал Ки.

— Мой ученик снова демонстрирует невежество, — парировал Байяз, зыркнув из-под кустистых бровей. — Не «никогда», мастер Ки. Иувин был достаточно мудр, чтобы понимать, что не в силах предугадать все последствия. Он понимал, что могут настать отчаянные времена — в грядущих веках, когда сила… сила этой штуки может понадобиться. И Бедеш велел духу отдать его человеку с посохом Иувина.