Прежде чем мы разобьёмся
Шрифт:
— Это я сам решу, Пожарова.
Чёрт, он не забыл про мой день рождения. Он даже приготовил прекрасный подарок.
— И совсем ты не милый.
Сотников помог надеть браслет, а потом сразу впечатался в мои губы поцелуем, притянув меня к себе.
Наша кабинка как раз зависла в самой высокой точке аттракциона, откуда открывался вид на весь Питер. Сердце замерло в грудной клетке и принялось биться, трепыхаться за рёбрами с бешеной скоростью. Кажется, что его могут услышать на там конце Солнечной системы.
— Ну вот, теперь я всегда буду на тебе.
— Дурак! — рассмеялась я, но не смогла скрыть улыбки.
С каждым днём мне всё сложнее контролировать чувства к Яну. Они становятся всё сильнее, горячее и воздушнее, словно в любой момент мы оба взлетим. Как в сказке.
Только жаль, что в реальном мире сказок не бывает. В них всё заканчивается на «долго и счастливо».
Вот бы и у нас так было.
И именно сейчас, сидя в его объятиях на колесе обозрения я и поняла, что грабли предательски ударили меня по лбу. Три тысячи раз!
Если всё закончится, то мне будет очень больно.
В смысле, когда всё закончится.
Когда всё закончится,
То нас больше не станет.
Любовь, как смерч пронесётся
И время, словно лёд растает.
Когда всё началось
Мне сложно ответить,
Желание давнее сбылось —
Тобою день и ночь бредить.
Когда всё замрёт
И рассыплется пеплом.
Моё сердце умрёт,
Станет холодным снегом.
Кто наши крылья украдёт?
И кто столкнёт в пучину Ада?
Прервётся однажды этот полёт,
Болезненной пыткой станет нирвана.
Глава 31. Неудачная шутка
Вспышками разбиться
В объятиях друг у друга,
И на секунду притвориться,
Что тяжела разлука.
Играть чужие роли,
Бояться признавать.
Есть чайной ложечкой
по порции едкой боли,
Учиться вместе мечтать.
Оттолкнуться от берега в море
И плыть за горизонт.
Расправить свободно крылья на воле,
Встретить с любовью восход.
/Аврора/
— Это, конечно, безумно мило… — нараспев произнесла Марьяна, встав рядом со мной на верхней палубе теплохода. — Ночь, звёзды, разводные мосты и всё такое. Но ты реально всерьёз с Сотниковым?
— Понарошку. Пожалуйста, избавь меня от допроса.
— Как знаешь.
Сестра обиженно отвернулась в другую сторону, старательно делая вид, что рассматривает тёмную гладь акватории Невы.
Возможно, я могу понять её, ведь она искренне беспокоится обо мне. Из нас двоих совершать ошибки и встречаться с плохими парнями больше по части Марьяны.
Со мной такое происходит впервые.
Разумеется, если забыть о моих школьных страданиях в образе королевы драмы. Просто потому, что тогда я слова никому не сказала про Яна и про то, как больно он сделал мне. Я рыдала, поглощала шоколад тоннами и никого не хотела слушать. А потом отца перевели по работе в Москву, и в дело вступил Доктор Время…
Сейчас же мне банально нечего ответить старшей сестре. Сама не знаю, как назвать происходящее между мной и Яном.
Он приехал за мной в деревню, у нас случился огненный эротический марафон, и уже вместе мы вернулись в Питер. Кажется, можно сказать, что теперь мы официально встречаемся.
Сегодня днём Ян отвёл меня на свидание в парк аттракционов, где мы дурачились весь день. К вечеру забрались на колесо обозрения, на котором этот чёртов романтик почти окончательно расплавил моё сердце. Но какая-то ледяная преграда всё равно осталась в самой глубине. Она мешала отдаться полностью времени с Яном. Отчасти я рада этому. Потому что и без того погрузилась в него непростительно глубоко. Если нырять без акваланга, можно и не вынырнуть обратно. Нужно помнить об этом, когда любишь обманчиво-прекрасное синее море.
Не хотелось признаваться самой себе, но я до жути боялась, что здесь всё изменится. Друзья Яна, его привычные развлечения… нас могло разъединить что угодно.
А он удивил меня.
Пригласил Марьяну и Руслана и все вчетвером мы поехали на ночную прогулку по Неве в мой день рождения.
Наслаждаться последним месяцем лета, любоваться разводом мостов и салютами, пить безумно вкусный арбузный мартини и просто быть рядом. И нет, никакой сахар на зубах у меня не скрипит и попа тоже нормально себя чувствует, не слиплась.
Не знаю, какие отношения сейчас у Марьяны и Башарова. Когда я уезжала к бабушке и дедушке в деревню, ребята находились в сильной ссоре. Но я надеюсь, всё сложится. Моя сестра не подает виду, но Рус ей точно не безразличен. Возможно, другие люди способны нас изменить и иногда нужно немножко верить в волшебство любви.
Ладненько. Пожалуй, вот тут явный перегиб с ванилью. Но я девочка. Сейчас я хочу мохито, розовые замки в воздушных облаках, единорогов и сахарной ваты. Порой хочется быть феечкой Винкс, а порой злобной ведьмой. Зависит от настроения.
— Я волнуюсь за тебя, — снова повернулась ко мне Марьяна. — И не собираюсь потом искать для Сотникова неприметное место на кладбище.
— Значит, будем искать вместе. Или ты уже исключила из списка мудаков Башарова?
Мы с сестрой синхронно рассмеялись и обнялись. В лицо дул свежий и теплый ветерок, пароход плавно рассекал воды Невы, отчего те пенились и оставляли воздушный след. На фоне звучала живая музыка. Саксофон, пианино, скрипка…
— Полагаю, выбирать плохих парней — это семейное, — заметила Марьяна. — В мамочку пошли.