Прежде чем мы разобьёмся
Шрифт:
— Возьми мне нормальный капучино, Черничный Принц. А себе латте. Пока у нас ещё черника отовсюду не полезла.
Парень рассмеялся и подошёл к кассе, озвучив их заказ. Черничные эклеры, черничный латте…
Забавная парочка.
Пусть мне от ванили между ними хочется хорошенько прополоскать горло, чтобы поменьше сахара было.
Обслужив их и упаковав эклеры с кофе, проводила блондинку и брюнета заинтересованным взглядом. Всё-таки он на кого-то очень похож. Может, на актёра какого-нибудь?..
Мы с Мариной вместе закрыли кофейню, управляющая выдала мне свои экземпляры кличей от самого заведения, служебных помещений и отдельно от кассы, скинула на телефон контакты поставщиков и свой номер телефона тоже. На случай проблем или вопросов.
Милое место мама выбрала в качестве кофейни. Уютное, ламповое, сюда хочется возвращаться снова. Жаль только из-за загрузки не успела всё детально рассмотреть. Ну ничего, у меня еще будет полно времени…
Попрощавшись с Мариной, направилась в сторону дома. И настолько уставшая, что про Яна даже и не вспомнила.
По крайней мере до того момента, пока не подошла к своей парадной и не увидела Сотникова сидящим на скамейке.
Вот чёрт.
Люцифер покинул Ад.
Глава 37. Прямой эфир с телеэкранов
/Аврора/
Спокойно, Аврора. Просто помни об уголовном кодексе, и всё будет хорошо…
Повторяла про себя эти слова, будто священную мантру. Хотела в них верить… вот только ни хрена положительного у меня не получалось. Потому что он припёрся как ни в чем не бывало! Смотрит своими прекрасными голубыми глазами без всякого стыда. А мне придушить его хочется! Голыми руками. Я даже представила, что сделаю с Сотниковым, в какой последовательности и куда конкретно воткну отравленную стрелу. В его гнилое черное сердце. Такое же черствое, как старый заплесневелый сухарь!
— Привет, — хриплый голос Яна резанул по мне словно включённая до отказа бензопила.
— Как ты нашёл меня?
Чёрт, каких невероятных сил, какой железной выдержки мне стоило сейчас оставаться спокойной и хладнокровной. Пусть ментально я уже давно выпотрошила этого парня, как сделала маленькая девчонка со своим плюшевым мишкой в фильме ужасов, названия которого я уже не помню.
— Тебя только это волнует, Пожарова?
Он спросил это со своей привычной наглой улыбкой, способной растопить лёд в любом сердце. Но это сейчас не прокатит. Нет уж!
— Меня волнует только то, что я безумно устала и хочу домой. Всё.
Боже!
Это адски больно!
Смотреть на него, делать вид, что всё нормально, со мной всё хорошо и меня нисколько не заботит, с кем он спит, когда и сколько… потому что я была готова выцарапать глаза каждой Барби в жизни Яна Сотникова от ослепляющей, сумасшедшей ревности, бурлящей в моей крови. Внутри у меня всё кипело и шкворчало, словно кто-то ворошил тлеющие угли раскаленной кочергой. Не оставлял их в покое, заставлял огонь разгораться, превращаясь в страшной пожар, в настоящее стихийное бедствие.
Я должна была уничтожить Яна. Я!
А вместо этого сама попалась на крючок. Проглотила ядовитую приманку, как послушная рыбка. Стала ручной, послушной, доверчивой дурой!
Где были мои мозги? Где была моя гордость?
— Интересно узнать, после чего ты так устала, Пожарова?
Что это ещё за намёк?
— Не обоснуешь? — зло уставилась на него, скрестив руки на груди.
— Подожду, пока это сделаешь ты.
Как красиво придумал. Просто виртуозный кукловод.
— Если ты решил расстаться, можно было сделать всё честно, Ян. Неужели я бы не поняла? Впрочем, я не хочу с тобой говорить.
Уверено направилась в сторону двери в парадную, но Сотников вскочил следом за мной и схватил под локоть.
— Аврора, твою мать!
— Всё сказал?
— Честно говоря, меня уже задолбала твоя истерика, — он тяжело вздохнул. — Я не собираюсь, как гребаный Хатико караулить тебя у парадной, пока у тебя ПМС не закончится.
Вот, значит, оно как, Ян Сергеевич.
— Трахаешься со всеми подряд тоже из-за моего ПМС? — я оттолкнула его от себя и бросила на Яна последний, испепеляющий ненавистью взгляд. — Пошёл ты, Сотников. Я много чего о тебе думала, но то, что ты поведёшь себя, как конченный трус и придурок… высший балл, Ян. Просто высший балл.
— Ты головой поехала? — он обхватил меня за предплечья и с силой встряхнул. Наверное, пытался душу к своим ногам вышвырнуть и ещё разок пройтись по ней своими грязными кедами стоимостью в сегодняшнюю выручку в кофейне моей матери. — Я неделю провёл в обезьяннике по милости твоего отца!
А это уже реальный кринж.
— Ничего лучше придумать не мог? Слабовато, на троечку.
— Аврора, блядь!
— Блядь была с тобой в постели, Сотников!
— Да не было никакой…
Боже, я почти готова ему поверить.
И обязательно сделала бы это, если бы у меня не было мощной доказательной базы.
— О, правда?! — показательно громко расхохоталась, вытащила из кармана смартфон, открыв чат с Марьяной, и развернула телефон экраном к Яну. — А это тогда что? Скажи ещё, что она сама на твой член прыгнула, ты вообще ни при делах! Бедная, несчастная жертва сексуального абьюза.
— Твою мать…
— Не прикидывайся святошей! — даже притопнула ногой от возмущения и не в силах больше сдерживаться, залепила ему звонкую пощёчину. — Трус! Подлый трус!
На глазах выступили слезы. А я точно не хотела, чтобы Ян видел мою фатальную, отвратительную слабость к нему. Но он видел, как мне больно. И смотрел зачем-то взглядом кота из «Шрека». Изображал сочувствие.
Ненавижу! Как же я его ненавижу!
— Ну! Говори! Говори, что-нибудь, Сотников!!!
— Смысл? — горько усмехнулся Ян. — Ты всё сама решила за нас обоих.
Шикарно…
Виноватой меня сделает? Блеск!
— Браво, Ян.
Он схватил меня в охапку и куда-то потащил. И даже моя не самая изящная и хрупкая комплекция не смогла помешать ему затолкать меня в салон его спорткара. Хотя я честно барахталась, пиналась, пыталась врезать ему и пару даже вполне удачно.
— Пристегнись! — рявкнул, не посмотрев на меня и дал по газам…
Мудак.
— Высади меня немедленно!
— Рот закрой, Пожарова.
Он прорычал свой ответ сквозь зубы, на секунду удостоив мрачного, по-настоящему страшного взгляда. Ему подходит лишь одно определение — дьявольский…
Только и я не невинный ангелочек. Не стану терпеть такое отношение. Или он что? Рассчитывал, как я упаду к его ногам, стоит только увидеть наглую физиономию? Я, конечно, люблю Яна. Чёрт возьми, я очень сильно его люблю. Так сильно, что в какой-то мере наслаждаюсь нашим ядовитым разговором. Наверное, мне было жизненно необходимо сказать ему все это… но я хотела другого. Чтобы он извинялся, например. Ползал на коленях, всё такое.