Чтение онлайн

— Папочка, обещай мне, что не скажешь Куперу ни слова о… том, чтобы он остался со мной и ребенком. Обещаешь? Он нахмурился.

— Обещаю. Но это не помешало бы…

Она отрицательно покачала головой.

— Ты не понимаешь? Если когда-нибудь Купер захочет стать частью моей жизни, это будет только его решение.

Прошла неделя.

Эмили готовила ужин, когда Купер возник на пороге кухни в окровавленной рубашке.

— Купер! — уронив деревянную ложку в кастрюлю, она бросилась к нему. — Боже мой, что произошло?

Он осторожно стянул с плеч куртку, и Эмили поморщилась — огромное красное пятно расползалось по ткани.

— Не о чем волноваться, — тихо ответил он, — просто мне в плечо воткнулся кусок проволоки. Вот и все!

— Вот и все?! Купер, столько крови! Садись, дай мне посмотреть. — Она схватила его за руку и потянула к столу. Как только он сел, она аккуратно расстегнула его рубашку и спустила ее на плечи.

— Майку придется снимать через голову, — сказал он.

— Не надо, я ее разрежу! — Она бросилась к тумбочке за ножницами. В считанные доли секунды Эмили разрезала ткань и обнажила рану.

Она наклонилась, чтобы рассмотреть рану, и взгляд Купера заскользил по ее светлым волосам. За последнюю неделю Эмили очень изменилась. Каждый раз, когда он появлялся, она бросала свои дела, чтобы чем-нибудь помочь ему. Она постоянно разговаривала с ним, спрашивала его совета по любому поводу. Но что удивляло Купера больше всего, так это отсутствие горечи в ее взгляде и словах. Похоже, она перестала ненавидеть его, простила ему ту боль, которую он ей причинил когда-то.

Он не знал, в чем причина столь разительной перемены, но вынужден был признать, что рад видеть ту Эмили, в которую влюбился много лет назад.

— Вот видишь, не о чем волноваться, — пробормотал он. Плечо болело ужасно, но ее присутствие тревожило его больше. Пожалуй, он сможет вытерпеть боль еще некоторое время, а сейчас так хотелось посадить Эмили на колени и поцеловать в теплые нежные губы.

— Кошмар! — заключила она. — Здесь необходимо поставить несколько скоб. Как ты умудрился?

— Протянул колючую проволоку, а она отскочила на меня, — объяснил он.

— Я должна была пойти с тобой и помочь. Чудо, что она не отлетела в лицо. Я знаю мужчину, который потерял глаз при строительстве забора.

— У меня хорошая реакция, я отпрыгнул.

— Нам следует съездить в больницу. Тебе нужно наложить швы и потом обязательно сделать противостолбнячный укол.

— Противостолбнячный укол! Да мне их за мою жизнь сделали столько, что уже до самой смерти не понадобятся!

Видя, какой упрямый пациент оказался у нее на руках, Эмили уперла руки в бока и нахмурилась.

— Невероятно, что такой взрослый и сильный мужчина начинает дрожать от страха при одном упоминании об иголке.

— Рана ведь небольшая. Просто промой ее, и мы стянем края пластырем.

— Конечно! Как это я не подумала о пластыре?

— Эмили, — начал было он, но она покачала головой.

— Не беспокойся, я не собираюсь звонить в Службу спасения. Сиди, где сидишь, я схожу за аптечкой.

За время ее недолгого отсутствия он почти не двигался, только стянул с себя окровавленную майку. Зрелище обнаженного до пояса Купера потрясло Эмили. Долгие годы она хранила в памяти красоту его мускулистого тела, но те воспоминания не шли ни в какое сравнение с реальностью.

Подходя к столу, она постаралась успокоить дыхание.

— Если бы я была поразумнее, то позвонила бы тете Джастине и позвала бы ее сюда. Она зашила бы рану.

— Ты делаешь из мухи слона. Положив одну руку ему на плечо, другой она приложила к его ране ватный тампон, смоченный перекисью водорода. Купер постарался не вздрогнуть, когда боль пронзила плечо.

— У меня и до этого было полно ран и царапин, — проговорил он сквозь стиснутые зубы, — заживет.

Ее пальцы чувствовали его гладкую и теплую кожу. Повернув голову, Эмили обнаружила, что его лицо всего в нескольких сантиметрах от нее. Она чувствовала на своих щеках тепло его дыхания, видела темно-серые крапинки на радужных оболочках его глаз.

— Тебе всегда везет, — хрипло пробормотала она.

— Единственное, в чем мне повезло, так это в том, что удается удержаться на лошади, — прошептал он, переводя взгляд на ее губы.

— Купер, я…

— Забудь о моей царапине, — резко сказал он, — лучше поцелуй меня.

Вздрогнув от неожиданности, она наклонилась к нему. Купер со стоном усадил Эмили к себе на колени и, обхватив ее подбородок ладонью, коснулся нежных губ своими губами.

Помня о ране, Эмили осторожно обвила руками его шею. Его поцелуй был таким сдержанным и таким до боли знакомым! Она хотела раствориться в нем, зарыться руками в его волосы и остаться так навечно.

Все ее тело сгорало от страсти, когда Купер поднял голову и заглянул ей в лицо. Сожаление искажало его черты.

— Боже, что же я за человек такой? — обратился он скорее к самому себе, чем к ней.

— Купер, почему…

Его руки переместились на ее живот.

— Несмотря на то, что в тебе растет ребенок моего брата, я хочу тебя, хочу заниматься с тобой любовью.

Эмили обхватила его лицо обеими руками.

— Я тоже этого хочу, Купер. Неужели ты не видишь? Неужели не чувствуешь, когда мы целуемся?

Его стон был полон боли.

— Это безумие!..

— А мне кажется, вполне нормально, когда два человека хотят друг друга, — возразила она.

Он закрыл глаза, чтобы не видеть ее невыразимо прекрасного лица.

— Это неправильно.

— Почему?

— Потому что… ты принадлежала Кеннету…

Она покачала головой, нежно проводя указательным пальцем по его щеке.

— Но его нет. Моя совместная с ним жизнь закончилась.

Он открыл глаза, и Эмили погрузилась в их бездонные глубины.

— Купер, если бы я могла вернуть Кеннета, я бы это сделала. Я никогда не желала ему смерти. Но могу сказать, что не стала бы вновь его женой.