Чтение онлайн

Потом прошел пешком по мосту через реку и оказался в спальном районе. Первые автобусы красного цвета медленно, словно не проснувшийся до конца человек, шли в сторону центра. Мимо президента на велосипеде лихо проехал пацан лет 8-9 в наушниках. Охранники оглянулись в поисках родителей или бабушки, но с ним никого не было. Удивительно для столичных обитателей огромных домов в гигантских кварталах.

На автобусной остановке стоял еще один ребенок, лет семи и смело вошел в подъехавший автобус. «Странно, подумал один из охранников. Я бы своего одного в Москве никогда бы не выпустил. Вот по НТВ постоянно показывают маньяков-педофилов. Тут их, получается, совсем не боятся?».

Владимир Владимирович тем временем говорил по секретной связи со своей столицей.

– Говори уже по существу или не отнимай мое драгоценное время – отчитывал он руководителя Главной Государственной нефтяной Компании, который в очередной раз просил какие-то льготы и помощь в захвате топливного рынка в родном городе президента.

– У тебя что, мало людей в ФСБ для решения этого вопроса. Почему я должен находясь с важным визитом… – отвечал президент и после паузы пообещал – Ладно, помогу.

По спецсвязи уже набрали губернатора второй столицы.

– Здравствуйте – поприветствовал его президент. Он уже сидел на лавке, на автобусной остановке. Летнее солнце начинало жарить с самого утра, а под козырьком не припекало. Президент надел солнцезащитные очки и отдал свой пиджак охране. Один охранник, пока шеф был занят, пошел в ближайший магазин Maxima за мороженым.

– Слушаю вас! – на другом конце провода усатый человек небольшого роста стоял по стойке «смирно» в спальне на своей даче в Репино. Помещение было оформлено в кремовый тон, губернатор нервно теребил фарфоровых голубков, которые целовались на подоконнике – наследство долгой работы супруги председателем комитета по записи актов гражданского состояния. От этого губернаторский особняк был похож на ЗАКС. Лестница, зал для приёма гостей, холл. Все это напоминало градоначальнику место, где людей женят, а не живут.

– Что там у вас с…? – президент назвал крупнейшую городскую сеть заправок.

– Ничего. Главная Государственная нефтяная Компания хочет съесть самую большую сеть заправок в городе за копейки, да еще и все госконтракты на поставки топлива себе требует – ответил губернатор.

– Отдайте – приказал президент.

– Слушаюсь! – повесив трубку, губернатор второго города страны подумал, насколько испорчен был выходной день. Теперь придется объяснять своему куратору, главе крупного банка, что произошло с сетью заправок, которые должны были достаться банку. Тот не поверит и потребует ехать к нему на разбор.

Потом друг детства президента и его приятель по кооперативу Озеро – президент любимого хоккейного клуба не могли поделить землю под разрушенным огромным хоккейным стадионом. Тоже надо как-то поучаствовать, но его, как губернатора дерущиеся стороны не замечают, как будто его нет.

«Зачем я согласился на этот пост. Сидел бы сейчас на пенсии с внуками. Рыбку ловил бы, на Святую гору Афон в августе выезжал бы с нашими», – с тоской думал губернатор.

А нам, конечно, с трудом верится, что руководитель великой державы, который часто вершит судьбы войны и мира, глобальной экономики и геополитики занимается такими мелкими вопросами, как продажа сети заправок.

Но у президента была слабость. Он никогда не отпускал на самотек ситуацию в своем родном городе. Испытывал к нему почти отеческие чувства, хотя уже больше 20 лет был вынужден жить в чужой и не родной Москве.

После того, как в 2003 году в губернаторском кресле воцарилась энергичная женщина, комсомольский вожак и вице-премьер, президент интересовался городскими делами по нескольку раз в год, а потом и вовсе забросил город. Считалось, что комсомолка и оптимистка, у которой стакан всегда наполовину был полон, справляется, а тогда зачем вмешиваться в мелкие коммунальные дела президенту? Пока зимой 2011 года сосульки с крыш не начали убивать людей на улицах.

Пришедший в город по рекомендации влиятельной супруги тогдашнего президента православный губернатор – чекист, не казался президенту сильным руководителем. Комсомолка пыталась было сопротивляться своему переезду из Смольного в Москву. Он этот сопровождался каким-то унизительным образом – через выборы в муниципальные депутаты ее переместили в верхнюю палату парламента и назначили председателем.

Для этого, при помощи верных людей ей пришлось устроить тайные муниципальные выборы с заранее назначенными соперниками. Но для нее город уже был пройденным этапом, и чем дальше уходило время, тем меньше было шансов вернуться в Смольный, а потом они и вовсе улетучились.

В годы правления городом православного чекиста, президент проводил регулярные встречи с губернатором и его заместителями. Проходили они не в Смольном, а в разных экзотических местах. Например, в оранжерее Ботанического сада, или в закрытом на спецобслуживание ресторане за городом.

На этих заседаниях городские чиновники докладывали лично президенту о том, как идут крупные стройки, какие проблемы возникают, а главное, сколько и когда нужно денег из федерального бюджета на мегапроекты, требующие завершения.

Президент не баловал родной город деньгами, считая, что если он начнет ему помогать, то пойдут нехорошие разговоры, а он их не любил. Как будто без этого не было в столице таких разговоров. Все судачили о засилье варягов в правительстве и администрации нашего президента, рассказывали про это анекдоты, но президент не обращал на это внимание. Принцип «собака лает – караван идёт» соблюдался неукоснительно.

Больше всего в жизни он ценил преданность и дружбу. Кому же еще доверять, как не друзьям? Вот, например, друг детства стал королём госзаказа и построил мост на Чёрном море. Правда, для этого пришлось изъять все пенсионные накопления россиян, но это не беда. Ведь красавец мост радует глаз нашего президента, что может быть важнее этого? Трассу соединяющую две столицы тоже построил король. Даром, что один километр дороги стоит 10 млн евро, зато теперь она есть. Платная красавица дорога без заправок, обочин и мест отдыха, разрывающая на две части Новгородскую и Тверскую области. Просто так это сооружение не пересечь. Нет на ней перекрёстков и светофоров. Так что для жителей деревень и городков, до появления дороги по-родственному ездивших друг к другу в гости, теперь стало намного сложнее это делать.

Все самые большие дела в стране делали друзья президента. Им он доверял, с них спрашивал.

А теперь устал.

Охранник вернулся с мороженым. На остановку подтягивались местные жители, которые издали, не видели президента сидевшего на скамейке в окружении охраны, но когда один из них начал раздавать мороженое, то кольцо оцепления приоткрылось. Увидев сидящего на остановке президента, немолодая эстонка всплеснула руками и выпалила на ломаном русском:

–«Проклятый Ельцин!»

– Вы ошибаетесь. Я не Борис Николаевич. Да и он не такой уж и проклятый. Независимости вашей не препятствовал, и жить не мешал, – ответил сидевший на скамейке пожилой лысеющий мужчина с мороженым.

Женщина быстро села в автобус, пассажиры которого с интересом уставились в окно. Меньше всего они ожидали увидеть на остановке в Тарту президента Большой страны, который ел мороженое. Новость о гуляющем по городу президенте быстро облетела Тарту.

Всем показалось это странным. Вот президент Эстонии привыкла ездить по стране электричками, и никто этому не удивлялся. Не то, что наш президент. По телевизору люди видели, как он передвигается на длинном бронированном автомобиле, в окружении черных тонированных машин и микроавтобусов. И вдруг вот так просто сидит на остановке и ест мороженое.