Чтение онлайн

Военное обучение и партийно-политическая работа проводились в дивизии на эстонском языке.

Эстонцы командовали и были политработниками в звеньях: корпус — дивизия — полк. Последующие боевые действия неизбежно вносили персональные изменения в командный состав, но при этом всегда соблюдался принцип: должности в эстонских воинских соединениях и частях замещались прежде всего эстонцами.

После того как корпус был создан, продолжалась боевая подготовка его соединений и частей, сколачивание штабов и налаживание взаимодействия.

С первых дней пребывания в Подмосковье в обеих дивизиях велась непрерывная боевая учеба. Учебные занятия сопровождались стрельбами из всех видов оружия. На полях и в лесах проходили тактические учения батальонов и полков, а в середине октября было проведено под руководством генерала Пэрна большое дивизионное учение. То, что примерно с февраля по ноябрь 1942 года воины дивизий Эстонского корпуса занимались боевой подготовкой в составе комплектовавшихся частей и подразделений, позволило хорошо сколотить не только мелкие подразделения, но и крупные части и соединения (полки, дивизии), что очень важно для ведения боя [413] .

В первых числах октября 1942 года формирование Эстонского стрелкового корпуса в Московском военном округе завершилось.

Штаб корпуса, еще не укомплектованный полностью, 1 октября переехал из Егорьевска в район формирования корпуса. Время не ждало — полную готовность корпуса и его только что назначенное командование обязали обеспечить в весьма короткий срок. Приходилось одновременно укомплектовывать штаб и решать чисто организационные вопросы. Выполнение задачи, пишет Пэрн, облегчалось тем, что в основном штаб корпуса он комплектовал из уже известных ему офицеров 7-й дивизии [414] .

Перед отправкой корпуса на фронт в нем работала поверочная комиссия Московского военного округа, которая определила, что 78,3 % его личного состава подготовлено отлично и хорошо [415] . 12 октября 1942 года он был передан в резерв Ставки Верховного главнокомандования, с передислокацией на Калининский фронт.

9 октября, незадолго до отправки на фронт, 7-й дивизии в торжественной обстановке было вручено боевое Красное знамя. 249-й дивизии знамя было вручено 18 октября.

13 октября 1942 года была отдана директива Ставки о передислокации корпуса на Калининский фронт в район городов Торопец и Андреаполь.

20 октября 7-я дивизия, а 21 октября 249-я дивизия погрузились в эшелоны, которые пошли к фронту. В пути следования и на станциях разгрузки часть эшелонов подверглась авиационным налетам, обстрелу и бомбардировкам. Так корпус понес первые потери в личном составе и боевой технике [416] — был убит 21 человек и столько же ранено. Непрерывные нападения вражеской авиации задержали передислокацию корпуса.

С 7 ноября 1942 года части корпуса прибыли на Калининский фронт. С 6 ноября они стали официально числиться в составе действующей армии.

Приказом командующего фронтов в состав корпуса была дополнительно включена 19-я гвардейская дивизия [417] . Корпус находился в непосредственном подчинении командующего Калининским фронтом. 14 ноября корпусу были подчинены 37-й, 38-й и 215-й танковые полки.

Корпусу предстояло принять участие в Великолукской наступательной операции Калининского фронта, проведенной с 24 ноября 1942 года по 20 января 1943 года силами 3-й ударной армии и 3-й воздушной армии. Фронту была поставлена задача — окружить и уничтожить великолукскую группировку противника, оттянуть как можно больше немецких войск с более важных участков фронта [418] .

В ходе операции 30 ноября наши войска замкнули кольцо окружения немецкой группировки в городе Великие Луки (около 9-10 тысяч человек) [419] . Немецкое командование оперативно создало новую линию обороны на рубеже Холм — Новосокольники — станция Чернозем — озеро Узы [420] . Одновременно оно начало предпринимать все усиливающиеся попытки деблокировать окруженный в городе Великие Луки гарнизон. Для противодействия немецкому контрнаступлению и был использован Эстонский корпус.

Значение фронтовой Великолукской операции было подчеркнуто тем, что здесь, на командном пункте 3-й ударной армии, в период с 19 ноября 1942 года по 9 января 1943 года находился Г.К. Жуков. Он пребывал здесь почти безвыездно в самый напряженный момент, когда немецкие войска настойчиво пытались пробиться к гарнизону Великих Лук. Присутствие Г.К. Жукова «оказывало самое непосредственное воздействие на всех участвующих в операции» [421] .

Прошло больше года после того, как эстонские бойцы 22-го корпуса вели тяжелые бои у реки Ловать, на которой стоит город Великие Луки. Ко времени прибытия корпуса на фронт уже шла операция по освобождению Великих Лук, где с вечера 29 ноября 1943 года находился в окружении гарнизон численностью около 9 тысяч человек.

Обороняли город Великие Луки, т. е. плацдарм для возможных активных действий против советских войск, до двадцати частей и соединений многих родов войск: 277-й полк и часть 251-го полка 83-й пехотной дивизии, 70-й артиллерийский полк 2-й дивизии, 183-й артиллерийский полк, 736-й дивизион тяжелой артиллерии, 20-й и 183-й противотанковые дивизионы, 185-й дивизион штурмовых орудий, рота танков, 221-й запасной батальон, 336-й и 343-й охранные батальоны, 3-й дивизион 1-го химического полка, батарея 117-го зенитного дивизиона, 93-й и 286-й зенитные дивизионы, 183-й велоэскадрон и 17-й дивизион инструментальной разведки. На их вооружении помимо стрелкового оружия имелось 100–120 орудий и 1015 танков и штурмовых орудий [422] .

Войска Калининского фронта в этот период своими активными действиями сковывали значительные силы противника, лишая его возможности перебрасывать резервы на юг. Только перед фронтом 3-й ударной армии действовали в первой линии до трех пехотных и одна танковая дивизии, до трех артиллерийских полков и 75 танков. В резерве противник имел до одной пехотной дивизии.

Командир 83-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Шерер заблаговременно улетел из Великих Лук на самолете, и начальником гарнизона стал подполковник фон Засс, командир 277-го пехотного полка, потомок остзейских баронов, чья семья столетиями владела Аренсбургским (сейчас Куресаареским) замком на эстонском острове Сааремаа.

Войска армии обороняли полосу длиной по фронту около 180 км. Передний край обороны с начала февраля 1942 года проходил от Губино (25 км севернее г. Холм) по восточному берегу р. Ловать до Карцево (20 километров севернее г. Великие Луки) и далее до Урицкое. Особенность положения 3-й ударной армии состояла в этот момент в том, что она занимала у Великих Лук самый западный выступ и сторону противника на всем советско-германском фронте.

Отсюда было ближе, чем откуда бы то ни было, до Прибалтики.