Чтение онлайн

Эти две сосны начали расти вместе, но не поладили. Однако та, что поменьше, обхватила соседку, и они превратились в одно дерево.

«Разрешите пригласить вас на танец?» – давным-давно сказал один из этих вязов другому.

Пусть смеются скептики – что они этим докажут? Ведь сами они не могут предложить никакого логичного объяснения. Они скажут вам, что деревья – это просто жалкие создания, лишенные разума и чувств, но они ошибаются! Если бы это было так, то откуда бы деревья знали, когда цвести, когда давать семена и как заботиться о них во враждебном мире? Скептики знают о деревьях так же мало, как и о феях.Некоторые из этих фотографий двух деревьев, растущих как одно, подсказывают и другое объяснение: просто более слабое решило уцепиться за более сильное и держится за него, как пиявка. Параллель этому нетрудно найти и у людей – сколько индивидов предпочитают опираться на кого-нибудь, вместо того чтобы самому определять свой жизненный путь!

«Жизнь будет легче, если ты разрешишь мне прислониться к тебе», - сказала маленькая сосенка большой. И они стали расти вместе.

Этот Eucalyptus haemastoma растет в Австралии в окрестностях Брисбейна. Видно, дружба его с соседом время от времени прерывалась.

В тех областях, где лес вырубался целиком, деревья с двойными стволами – довольно частое явление, особенно среди дубов: возможно потому, что они росли из одного пня. Но такие двойники далеко не всегда срастаются вверху. Так, по словам X. Хьюма [57], из тринадцати падубов в Маунт-Верноне четыре дерева двойные, то есть они были посажены по два в одной яме. Они выросли вместе до высоты от 0,5 до 1,5 м, и теперь на первый взгляд кажется, будто у них один ствол.

Два вяза в Англии решили объединить свои усилия и вырастить новое поколение.

Два гигантских вяза возле Нью-Йоркского шоссе взялись за руки, чтобы жить и умереть вместе.

В Бразилии существует привязчивое дерево иного характера. Ceiba rivieri не способна выдержать собственную тяжесть, и поэтому ее тонкий ствол выпускает дополнительные корни, которые обхватывают соседнее дерево и удерживают сейбу в вертикальном положении. Эти корни напоминают цепляющиеся корни фикусов-душителей (см. раздел «Эпифитные корни и душители» в гл. 3), с той только разницей, что сейба не душит свою опору, а лишь держится за нее. Она поднимает свою крону над деревом-опорой и в июле украшает его зубчатую верхушку ярко-красными цветками. Таким способом удерживается на других деревьях и лазящий панданус (см. раздел «Крысиное дерево» в гл. 12).

28. ОБНАЖАЮЩЕЕСЯ ДЕРЕВО

В юности у многих деревьев листья гораздо крупнее, чем в пору зрелости. Эта смена часто приводит к путанице при определении вида данного дерева. У некоторых родов, например у эвкалиптов, меняется не только величина листьев, но и их форма и даже расположение. Ни один опытный ботаник не рискнет определять вид эвкалипта по листьям молодого растения.Такое изменение листьев, пожалуй, наиболее поразительно у деревьев рода Anthocleista семейства будлейевых, распространенного в западной тропической Африке. В переводе название рода означает буквально «запертый цветок», потому что венчик у них закрыт у зева коронкой. Местное название десятка видов, распространенных в Нигерии, на Береге Слоновой Кости, в Гане и далее вплоть до Камеруна, в переводе чаще всего означает «капустное дерево» – возможно, потому, что большие обвислые листья у молодых особей некоторых видов напоминают внешние листья обыкновенной капусты. Однако в тропиках самые разные деревья, если их листья собраны в пучки на концах ветвей, называют «капустными». В некоторых местах антоклейсту называют также «лихорадочным деревом» и «ковриком убийцы».В сущности это сорные деревья, быстро разрастающиеся по вырубкам; их очень толстые губчатые стволы никогда не ветвятся. Противолежащие листья растут прямо на стволе, причем каждая пара листьев располагается под прямым углом к нижней и верхней парам. Размеры этих листьев поразительны. У молодых растений высотой до 3 м листья могут достигать в длину более 2 м. Черешки этих гигантских листьев можно принять за ветки. У основания пара противолежащих листьев соединяется своего рода воротничком, обхватывающим дерево, – тяжелый лист с одной стороны уравновешивается столь же тяжелым листом с другой. Воротничок состоит из двух влагалищ, которые плотно обхватывают ствол и срастаются. Такое строение необходимо, чтобы выдержать вес гигантских ювенильных листьев.

Общий вид молодого деревца Anthocleista высотой 3 м. Очень быстро формируются большие листья.

Цветы антоклейсты. Название растения означает "замкнутый цветок".

Это широкое двойное влагалище имеет четыре жестких острых ушка – по два на каждой стороне в местах соединения оснований, – и сразу же под ушками находится двойная колючка. Одна пара листьев ориентирована на запад и восток, следующая – на юг и север, и т. д. Крона этих гигантских листьев на вершине тонкого молодого ствола в гуще подлеска – зрелище незабываемое.В течение долгого времени эти большие листья тянутся вверх под острым углом по отношению к стволу. Постепенно, но мере того как они становятся длиннее и тяжелее, они отгибаются, так что их черешки принимают почти горизонтальное положение. Еще некоторое время спустя листья словно не выдерживают постоянного напряжения. Двойные влагалища отходят от ствола, начинают сохнуть. Верхний покров ствола облезает.

Молодое деревце имеет около 5 см в диаметре.

Дерево достигло в диаметре примерно 20 см. Листья стали настолько тяжелыми, что черешки приняли более горизонтальное положение (несколько черешков спереди срезано).

Листья «утомились». Они опадают, и под их тяжестью от ствола отделяются влагалища.

На правой фотографии ясно видно, что листья и покров ствола представляют собой единое целое. Отмирающие листья тянут то, что их удерживает, пока, наконец, что-то не рвется и они не падают. Остающаяся на стебле мягкая ткань разрушается, и ствол полностью обнажается.Опавший лист, как правило, больше человеческого роста. Как же выглядит дерево после того, как все листья, влагалища, ушки, кора и прочее отпадает? Оно напоминает колючую жердь, объеденную червями или насекомыми. Оно абсолютно лишено коры. Кто-то сравнил его со старым телеграфным столбом. Но трещины и щели на его поверхности неглубоки. Если борозды и дупла, образующиеся на других деревьях и при других обстоятельствах, накапливают воду, в которой потом выводятся москиты, эти трещины и щели не идут дальше поверхности. Ствол на этом этапе кажется пучком перепутанных волокон. Он покрыт рубцами от опавших листьев – правильными полумесяцами, образующими живописный симметричный узор. Во все стороны торчат грозные колючки, которые в отличие от листьев не опадают. Эти колючки имеются почти у всех антоклейст.

Ободранное дерево – без коры, все в трещинах и бороздах, – снятое крупным планом. Видны рубцы-полумесяцы, оставшиеся после опадения листьев.

На стволе начинает появляться кора.

Взрослое дерево антоклейсты.

На этом кончается юношеская стадия развития растения, и оно постепенно превращается во взрослое дерево. Во-первых, оно покрывается новой корой, которая, впрочем, не может совсем замаскировать старые шрамы и рубцы. (Такая новая кора вырастает у многих деревьев, например у пробкового дуба.) Антоклейсты со временем становятся величественными деревьями, достигая в высоту от 18 до 25 м при обхвате в метр и более.Их мягкая древесина не имеет коммерческой ценности. Она легко поддается обработке, но не менее легко разрушается и гниет. Некоторые племена в Нигерии изготовляли из нее колчаны, так как небольшие стволы легко выдолбить. На юношеской стадии губчатый ствол настолько насыщен влагой, что очень тяжел. Если древесину высушить, ее можно использовать на дрова. Впрочем, у племени менди существует поверье, что люди, сидящие у такого костра, непременно заболевают.Когда антоклейсты достигают зрелости, они уже не дают таких огромных листьев, как в юности. Их новые листья обычно имеют в длину от 15 до 45 см.

29. ДЕРЕВО, КОТОРОЕ ЗНАЕТ АРИФМЕТИКУ

Математические достижения в мире деревьев не исчерпываются тем, что некоторые из них (описанные в гл. 22) ведут счет времени. В западной тропической Африке (Гана, Сьерра-Леоне, Берег Слоновой Кости) есть дерево, которое умеет умножать и складывать. Вся его жизнь может быть выражена алгебраическим уравнением.

Это вовсе не шутка. Этот рисунок и фотография на стр. 337, сделанные Фрэнсисом Алле, ботаником, работавшим на Береге Слоновой Кости, помогут вам понять это замечательное дерево.Научное название его зубодробительно – Schumannlophyton problematicum. Но как бы то ни было, видовое определение (problematicum – «задачное») признает за деревом его математические способности. Оно принадлежит к семейству мареновых, достигает в высоту от 6 до 12 м и имеет очень большие листья, которые располагаются группами по три на конце каждой ветки.

Западноафриканское дерево (Schumanniophyton problematicum), знающее правила арифметики.

Особенности роста этого дерева можно выразить следующей формулой:

N = (Y х 12) + 4

Она показывает, сколько листьев у дерева. Их точное число обозначается буквой N. Буква Y означает возраст дерева в годах. Если решить эту формулу для данного дерева, можно определить точное число его листьев.Почему это так, легко понять, если посмотреть на схематический рисунок этого дерева, сделанный Алле. Это только схема, потому что у реального дерева от каждого узла отходят четыре ветки, а не две, как показано на рисунке. На конце каждой ветки находится три листа, каждый длиной в метр. Таким образом, четыре ветки у каждого узла несут вместе 12 листьев; каждый год, пока дерево не достигнет своего максимального роста (от 5,5 до 6 м), оно выбрасывает по четыре ветки. Цифра 4 в конце формулы прибавляется потому, что верхний побег дерева увенчан четырьмя листьями. На следующий год эти листья превратятся в четыре ветки, а верхний побег увенчают новые четыре листа.В этой главе рассматриваются два вида Schumanniophyton. На рисунке изображен S. magnificum, у которого очень красивые, большие листья. Листья S. problematicum вдвое меньше, но зато само дерево бывает гораздо выше. Алгебраическая формула верна для обоих видов.

30. ДЕРЕВЬЯ, КОТОРЫЕ ДЕЛАЮТ ЖИЗНЬ СЛАЩЕ

Для завершения парада причудливых деревьев выбраны два дерева, которые делают жизнь слаще.Одно из них – чудотворное плодовое дерево Synsepalum dulcificum западной тропической Африки. Это кустарник или небольшое деревце высотой до 4,5 м, которое приносит массу плодов, по форме напоминающих оливки. Плоды эти оказывают еще не объясненное и практически не имеющее аналогий воздействие на вкусовой аппарат человека. Мякоть плода притупляет чувствительность сосочков языка, воспринимающих кислоту, и все, что затем попадает в рот, кажется удивительно сладким – даже лимонный сок. По мнению химиков, сладость, порождаемая чудотворным плодом, «более желательна, чем любые другие из известных естественных или синтетических средств подслащивания». Этот странный эффект сохраняется в течение часа и более, в зависимости от количества съеденной мякоти.Плод S. dulcificum сначала бывает зеленого цвета, а созревая, становится матово-красным. В длину он имеет около 2 см. Когда Фэрчайлд [41] узнал, что эти плоды съедобны, он съел их довольно много, не обратив внимания на рассказ об их магических свойствах.Тонкий слой сладковатой мякоти не произвел на него особого впечатления – ему показалось, что в этом плоде «нет ничего особенного, хотя он и недурен». Позднее он обнаружил, что пиво, которое он пьет, излишне сладко. Он попробовал лимон – тот тоже был приторно сладким. Тогда он бросился к ближайшему дереву, чтобы запастись семенами.Местные жители в области, простирающейся от Ганы до Конго, где растет это дерево, пользуются его плодами, чтобы подслащивать пальмовое вино. Возможно, съеденные плоды парализуют вкусовые сосочки, так что вино, выпитое потом, уже не кажется столь кислым.

Густая тёмно-зеленая листва чудесного африканского плодового дерева Synsepalum dulcificum. Снято во Флориде.

Плоды Synsepalum dulcificum.

Сочные плоды кеппела (Stelechocarpus burakol) растут на стволе и больших ветвях. Дерево сфотографировано на востоке Индонезии.

Второе дерево, которое делает жизнь слаще, растет в Индонезии, где его называют «кеппел» (Stelechocarpus burakol). Если человек наестся чеснока, то кажется, будто он пропах им насквозь; у того же, кто поел плоды кеппела, даже пот пахнет фиалками. В старину эти деревья сажались на Яве во дворцовых гаремах, а простонародью внушалось, что съесть плод этого дерева – значит, навлечь на себя несчастье. В гареме, где отсутствовали современные санитарные удобства, благоухание фиалок было отнюдь не лишним.