Придворный портной из Арилидилла
Шрифт:
— Я вдруг подумал, ничего, что ты… не говоришь? — сказал Ян, взглянув на великана.
Но тот махнул рукой, подойдя к юноше и сходу схватив его за руки большой ладонью с костлявыми пальцами. Ян сразу ощутил холод, будто от мёртвого тела. Гигант одной рукой покрутил меч в его руках, поправил его и отпустил, указав на него. Ян посмотрел на клинок и понял, что великан показал ему, как правильно держать меч. Хорд поправил его руки — юноша слегка согнул их в локтях, пододвинул к себе, потом от себя. В итоге Ян держал меч двумя руками перед собой, в растерянности смотря на Таситурна.
— Разве так держат одноручный меч? — спросил он осторожно.
Но великан вдруг выбросил вперёд руку, двумя пальцами ткнув Яна в сжатые кисти, и меч просто выпал из них.
— Да что ты делаешь? То Немо толкал, а теперь ты… — пробормотал недовольно юноша, пошатнувшись и подняв меч.
Таситурн грубо взял его за плечо, поднял и начал трясти. Ян шатался как тряпичная кукла и даже на ногах не стоял — его рукой держал великан. Странник с силой выпрямился, убрав его руку.
— Хватит!
И хорд резко отпустил его, после чего ступня Яна подкосилась и он упал на землю, оперевшись на неё руками.
— М! — звонко фыркнул гигант.
— Что? Стою я нетвёрдо?! — угрюмо воскликнул Ян.
— Угу.
— Ладно.
Ян поднялся с земли и отряхнулся. Он стал, как показали, выставив руки в обвисших рукавах рубахи перед собой. Таситурн даже не наклоняясь вытянул свою руку, похожую на ветку дерева, и переставил его ноги. Потом он повернул весь его корпус, ещё пару раз толкнул. Ян стал боком к великану, согнув руки в локтях, и Таситурн принялся толкать его. Сначала очень слабо, одним пальцем, потом кистью, всей рукой, постепенно начиная ходить вокруг Яна. Так продолжалось очень долго, пока сырость окончательно не выпарилась из почвы, тучи ушли, ветер успокоился, а солнце вошло в зенит.
В какой-то момент Таситурн остановился. Ян взглянул на него с непониманием, а потом поднял голову вверх, прищурившись.
— Что, пойдём поедим?
Путники вошли в дом. Ян снял с плиты холодный горшок и открыл его, уставившись внутрь и расширив глаза, неожиданно задумавшись. Вдруг через весь стол к нему резко вытянулась длинная рука и пихнула в плечо. Странник пошатнулся, удержав равновесие и подняв глаза на Таситурна.
— Что?
Великан ткнул пальцем в спутника и что-то промычал.
— Я не упал? Это мелочь… — пробормотал юноша. — Странно, я даже подумать не мог, что захочу когда-нибудь научиться сражаться. Хотя я и не для этого учусь…
Таситурн повернул голову на бок, сузив глаза.
— Я просто хочу, чтобы у меня был сильный характер. Под стать душе. Хотя я даже на счёт души не уверен… Бред всё это! Тьфу! Ох уж этот седой, из-за него у меня всё спуталось в голове!
Хорд нахмурился, смотря на спутника исподлобья.
— Да, да… Я знаю, никто не виноват, что у меня в голове бардак. Моя голова — мой бардак. Мои решения. Мои…
***
Через двое суток вот так же, в полдень, путники стояли на пустыре, и Таситурн ходил вокруг Яна, державшего в руках меч, всячески толкая и атакуя его в попытках выбить из равновесия. К этому вскоре добавились удары мечом, какие-то начальные знания. Таситурн учил Яна не беспорядочному маханию клинком, любимому занятию некоторых воинов, а настоящему фехтованию. Причём то, что показывал гигант юноше, имело очень плавный и изящный характер, будто художественное владение мечом. Ян силился понять, как нелепое и неуклюжее чудовище могло исполнять подобное, но каждый раз видя очередной выпад, он лишь изумлялся. После этого великан возвращал юноше железный меч и заставлял повторять, чем ставил его в тупик. Однако путник на удивление легко понимал невнятное мычание хорда, выполняя именно то, чего тот хотел. На слабых руках Яна постепенно выступали жилы. Юноша никогда в жизни не напрягался, поэтому научиться попросту прилагать к чему-то физическое, а не умственное усилие, стоило ему большого труда.
Вскоре Таситурн остановился, отошёл от Яна и вытянул перед собой чудовищные руки, хрустнув пальцами. Он расправил сутулые плечи, размяв закостенелую спину, и браслет на его руке с лязгом превратился в серебристый клинок. Хорд повернулся к спутнику, который смотрел на стоявший вдалеке дворец.
— Что-то давно ничего не слышно… — витая в облаках проговорил он. — Может, сходим туда?
Ян повернулся к хорду и увидел, что тот молча что-то чертит клинком на сухой земле. "Ран" — гласила надпись, и великан уже дорисовывал пузатую букву "о".
— Рано?
— Угу.
— Что значит, рано? Постой, или ты хочешь, чтобы я сначала научился драться? Я же говорил, я это делаю не для того, — со вздохом сдвинул брови странник. — Тем более, я всё равно не успею научиться серьёзно сражаться…
Великан угрюмо что-то рыкнул, оборвав его. Ян поморщился и поднял меч.
— Ладно.
Хорд подошёл на шаг к спутнику, оторвав его левую руку от одноручного меча.
— Одной? — неуверенно спросил тот.
Великан ничего ему не ответил, снова став подальше и выставив свой клинок.
— Надеюсь ты не будешь действительно бить меня…
После этих слов Таситурн со всей своей, как показалось, ловкостью и скоростью метнулся к Яну, сделав горизонтальный удар. Юноша зажмурился, испуганно вскинув меч и неумело задрав его вверх. Лезвие великана остановилось в сантиметре перед его шеей.
Хорд отступил, но сразу за этим совершил такой же резкий удар по такой же траектории, не дав Яну оклематься. Путник снова испуганно вскрикнул и неопределённо задрал меч над головой, и снова лезвие снова остановилось возле его шеи. Так гигант делал до тех пор, пока Ян наконец не смог закрыться от ударом мечом, слабо поставив его на пути лезвия и сморщившись. Затем снова и снова, снова и снова. Таситурн учил Яна не бояться клинка врага, не сжиматься и не закрывать со вскриком глаза, когда на него несётся меч. Потом хорд стал менять траектории, наносить выпады ещё быстрее, ещё больше приближая лезвие к его шее. Так они провели весь оставшийся день.
***
На следующее утро Ян встал с твёрдым намерением отправиться в город и посмотреть, что там изменилось за последние три дня, что они провели дома. Он как обычно встал не позавтракав, хлопнул по плечу Таситурна, неизменно сидевшего в кресле перед камином, и они отправились ко дворцу. Великан был хмур, потому что спутник не послушал его совета и сорвался в город раньше времени, но ослушаться Яна не смел. Точнее, не хотел.
Вскоре странники оказались перед массивной баррикадой, высотой до самых крыш домов, возле которой стояла группа стражников. Ян и Таситурн стали перед загородкой, смотря на неё с удивлением. Войны заметили это, и один из них крикнул:
— Проход в западный Лирдон закрыт!
— Как закрыт, а люди? Которые там живут? — спросил Ян, приблизившись к стражнику.
— Людей расселили в новом квартале с северной стороны, — небрежно ответил тот.
— А что там происходит?
— Что, что. Война.
Ян посмотрел на стражника исподлобья, развернулся и пошёл обратно, потянув за собой Таситурна. Завернув за угол, путники прошмыгнули за дома, прошли через пустырь, снова протиснулись между домами и оказались по другую сторону баррикады.