Придворный портной из Арилидилла
Шрифт:
— Uts uluts, вот это вонь!
— Давайте выйдем, не будем нарушать его покой, — затараторили суеверные воины.
— Подождите, подождите! — прервал их Ян, оживлённо указывая на кровать. — Это же он!
— Кто, он? — покосился на него Гьяси.
— Бахогаван, отец тьмы!
Неожиданно ударил гром. Сверкнула молния, и у окна вдруг возникла огромная фигура в чёрном одеянии. Воины отпрянули в стороны и ощетинились, выхватив сабли. Не дав ни минуты на передышку, незнакомец заговорил глубоким басом:
— Наконец-то, путники!
— Кто ты такой?! — крикнул Ремаро, вытащив саблю из ножен.
— Мне нужна ваша помощь. На это дело мне понадобится человек! Ему придётся отправиться в память покойника, — он указал на труп в кровати своим мохнатым большим пальцем.
— Что ты несёшь, назовись!
— Можете звать меня Гензель. Я, наверное, слишком груб? Простите, я не хотел пугать вас! — мягким тоном пробасил он. — Это очень важно, поверьте. Скажите, какова цель вашего визита?
— Мы пришли уничтожить зло пустынь!
Незнакомец заметно поник головой. Его лицо было сокрыто капюшоном и окутано магической дымкой. Печально вздохнув, он тихо проговорил:
— Как видите, оно уже мертво. Но Бахогаван не смог уйти из этого мира спокойно. Его душа до сих пор здесь, она ищет ответа на интересующий её вопрос. Потому столица пустынь гудит от тьмы. Только человек может отправиться в память Всеотца, отыскать его там и сказать ему то, что он хочет узнать.
— Что же это? — спросил с интересом Ян.
— Объяснить не смогу, — виновато пробасил здоровяк. — Нужно сказать ему, что Вендиго мёртв.
Путники переглянулись. Сонни прищурил глаз, ехидно улыбнувшись, и поклонился Гензелю:
— Подождите-ка, нам нужно кое-что обсудить.
С этими словами лис схватил Яна за плечо и рывком отвернул от незнакомца.
— Так, если чё, ты териантроп! А уши тебе в драке оторвали! И хвост там же! — прошипел плут, хотя его прекрасно слышали все присутствующие.
— Ты смеёшся что ли, собака? — грубо оборвал его Ремаро. — К чему всё это? О, Гензель! Кем бы ты ни был, мы отказываемся.
— Эй! Могло же прокатить!
— Хорошо, странники, я не осуждаю вас за это решение. Хотя я, безусловно, огорчён…
Но здоровяка вдруг прервал Ян, решительно сделав шаг вперёд. Он выпрямился и нарочито чётко и громко произнёс:
— Нет, я согласен! Я человек!
Среди воинов подуло ветром смятения. Ремаро надулся, как сова, насупив мохнатые брови и оскалив острые зубы. Сонни взялся за голову и сел на пол:
— Ой дурак…
— Нет, нет и ещё раз нет! Мы не можем принимать опрометчивые решения! — зарычал грозно глава отряда.
— А кто сказал, что решаете вы? — обернулся на него юноша с горящим взором.
— Ах ты гад ползучий, у нас был уговор! Вы — часть отряда, а я ваш предводитель! Я решаю что делать, а что нет! Если хочешь казаться взрослым, ты выбрал не то время, мальчишка!
Ян стиснул губы и сжал кулаки. Странное чувство овладело парнем, ему хотелось спорить с харийцем. Более того, он решительно хотел поступить ему наперекор! Последние сомнения развеял Гензель. Он ухнул, тяжело вздохнув, и пробасил:
— Спасибо тебе, путник! Позже ты поймёшь, твоя юношеская импульсивность решила судьбу целой пустыни! Приготовься, сейчас произойдёт перемещение…
— Нет, стой! — Ремаро, наконец, вышел из себя. Когда Яна окутал зловещий чёрный туман, он замахнулся саблей и хотел опустить её на голову юноши, но в последний момент тот просто растворился в воздухе.
Как стало ясно, времени приготовиться незнакомец Яну не дал. Лишь только он произнёс последние слова, страннику будто ударили сковородой по голове. В ушах зазвенело, и всё вокруг расплылось, как мыльная вода. Ян закрыл лицо и стиснул зубы, свалившись на колени. Протерев заслезившиеся глаза, он постепенно пришёл в себя и поднял голову. Юноша сидел на пороге прямо перед дверями особняка. Только вот выглядели они совсем новыми, заросли плюща и паутина тоже куда-то подевались. Парень встал с колен, подошёл ближе и ударил пару раз в железное кольцо. Дверь незамедлительно отворилась. Из полумрака на порог вышел крохотный человечек, по пояс Яну ростом, в чёрном балахоне с капюшоном. Он поднял голову, подставив под свет несуразное детское лицо с круглыми удивлёнными глазами.
— Ты кто? — тонким голоском спросил карлик.
— Эм-м… — Ян замялся. Ведь подробностей у незнакомца он так и не выяснил. — Я в гости к Бахогавану, его… старый знакомый.
— Подожди, пожалуйста, — по детски вежливо попросил человечек.
Его фигура скрылась за дверью, и путник услышал: "Позовите отца!". В особняке началась суета, маленькие ножки топали по полу, слышались оживлённые голоса. Среди общего шума Ян выцепил твёрдые ровные шаги, приближающиеся к нему. Дверь снова отворилась, и из проёма выглянул небритый мужчина лет пятидесяти с проседью на голове. Он окинул странника удивлённым взглядом и спросил:
— Вы, простите, кто? Черти сказали, что мой старый знакомый, но лицо я ваше уж точно вижу впервые.
— Да, в-вы правы, я… Я обманул вашего слугу. Мы не знакомы, просто я пришёл с вестью для вас. Вендиго…
— Что ж, так тому и быть, проходите, не стойте у порога!
Бахогаван быстро скрылся в тени. Ян вздохнул и проследовал за ним. Внутри всё оказалось довольно красивым и уютным, совсем не как в будущем. Богатые ковры и картины висели на стенах, золотые канделябры на потолке…Хозяин дома быстрым шагом стремился куда-то по извилистым коридорам, и гость едва поспевал за ним, натыкаясь на многочисленных карликов в балахонах, которые сновали по особняку туда-сюда, как мыши, создавая оживлённые гомон и топот. Путник на ходу пытался скорее сказать Бахогавану то, что должен.
— Подождите, мне нужно сказать вам!…
— Сейчас, сейчас, я очень занят! Сначала доделаю кое-что. Прошу, подождите, это минутное дело!
С этими словами Всеотец резко свернул и прошмыгнул на лестницу, ведущую вниз. Странник поспешил за ним и через мгновение очутился в огромном подвале. Мрачное помещение было заставлено всякими приборами, столами и шкафами, наполненными разноцветными склянками, свитками и книгами. Комнату освещал завораживающий магический свет. В середине неё стоял гигантский котёл, перед которым была начертана шестиконечная звезда со свечами на остриях. По комнате в суете бегали карлики, таская разные вещи и порождая оживлённый гомон. Бахогаван подбежал к котлу, аккуратно расталкивая их. Один из них сидел на краю сосуда, свесив ноги и с усердием размешивая содержимое, что-то весело бормоча себе под нос.
— Гир, всё готово? — на бегу спросил колдун.
— Готово! — пропищал человечек. — Можем начинать!
— Хорошо, давайте быстрее, у меня гость. Кстати, друг мой, смотрите внимательно, сейчас вы станете одним из счастливчиков, воочию наблюдавших процесс конвертации!
Ян стоял на пороге, затаив дыхание и наблюдая со стороны. Бахогаван стал в центр звезды и закрыл глаза. Черти замолкли, окружили котёл и начали хором шептать какие-то заклятия. Пламя свечей заиграло всеми цветами радуги, разгораясь всё сильнее с каждой секундой. Комната погрузилась во мрак — лишь блики волшебных свечей отражались от банок с зельями, порождая удивительное свечение. Вскоре чёрная жидкость из котла собралась в шар и начала подниматься в воздух, корчась в разных формах и издавая зловещий гул. От тела Бахогавана отделилось какое-то голубоватое облачко и залетело прямо в этот сгусток. Жидкость загудела ещё сильнее и начала увеличиваться в размерах. Наконец, она плавно приземлилась на пол, превратившись в упругий матовый шар. Свечи мгновенно погасли, черти замолкли, и Бахогаван открыл глаза. Он развернулся, медленно приблизился к сфере и легонько коснулся её рукой. Она тут же развалилась, и на пол из неё высыпался десяток маленьких карликов в балахонах. Они повскакивали, кряхтя и хрюкая как поросята. Пучеглазые морды озирались по сторонам, не скрывая изумления.