Чтение онлайн

– Вы к кому, девушка? – спросил он, увидев молодую, спортивного вида женщину, элегантно одетую и с саквояжем в руке.

– Я сестра Валентина Вера, – ответила она. – А вы отец Светланы? Я рассчитываю у вас погостить день-два, но приехала без приглашения и никого не предупредила, поэтому если трудно меня принять, то сегодня же и уеду.

– Иван Алексеевич, – представился он и отступил в прихожую, чтобы она могла войти. –Входите, пожалуйста. Поставьте свой саквояж. Позвольте, я за вами поухаживаю.

Он помог снять куртку и достал из обувной тумбы новые тапочки.

– Обувайте и проходите в комнату. Валентин на работе, а Светлане я сейчас скажу. Я представлял вас совсем другой.

– Я и была другая, – ответила она, осматривая гостиную. – Можно сесть на диван?

– Будьте как дома, – сказал ей Иван Алексеевич. – Мы не шикуем, но вас принять сможем, так что никуда сегодня не уедете.

Он ушёл в другую комнату и вернулся с молодой женщиной, которая с трудом добралась до дивана и села рядом с Верой. Когда-то стройная фигура Светланы вздулась большим животом, который казался ещё больше из-за её низкого роста. Лицо было красивым, только сейчас не тянуло им любоваться.

– Зря вы встали! – сказала Вера. – Видно же, что вам плохо. Давайте я пересяду в кресло, а вы ляжете.

– Сидите, – остановила невестка, – я и так почти всё время лежу. Дня через три-четыре рожать, а я боюсь! Видите, какой он большой. Вы Вера? Я представляла вас старше и не такой... худой. Муж много о вас рассказывал.

Вера отказалась от предложенного обеда и до прихода брата общалась со Светланой. Сначала сидели в гостиной, а потом ушли в спальню, где Света легла на кровать, а гостья села рядом с ней на стул. За два часа она многое узнала о новых родственниках, а о себе старалась не говорить, чтобы меньше врать. Пришедший с работы брат её не узнал.

– У нас гости? – сказал он, зайдя в спальню. – Познакомишь с подругой?

Сам он изменился мало, только раздался в плечах и поменял причёску.

– Почему нас кто-то должен знакомить? – спросила Вера. – Брат, называется!

– Вера... – растерялся Валентин. – Как же так?

– Да вот, решила вас навестить. Ты даже не звонишь, поэтому взяла адрес у матери и примчалась. А тебе разве не сказал Иван Алексеевич?

– Отец куда-то вышел, – ответил удивлённый брат. – Я не верю глазам!

– А ты поверь. Я расскажу о себе, но позже. Сегодня и завтра у вас погощу, так что будет время поговорить. Пока нет старшего поколения, сделаю вам подарок. Извините, ребята, но я ничего не покупала, потому что не знала ни того, что вам нужно, ни размеров. Подарю деньги, а вы сами купите всё, что нужно. На этой карточке двести тысяч, а здесь записан код.

– Я ничего не возьму от твоего мужа! – отказался Валентин.

– А при чём здесь муж? – изобразила удивление Вера. – Это мои деньги, а я с сегодняшнего дня свободная женщина. Чему ты так удивился? Неужели я не имею права развестись?

– А откуда тогда деньги? – спросил брат. – И как ты могла так помолодеть? Неужели сделала пластику? И твой лишний вес...

– Моя молодость – следствие двух месяцев голодания, им же убрала лишний вес. Денег я у Василия не брала, он только купил мне квартиру. Больше ничего говорить не буду. Имею я право на маленькие секреты? Считай, что меня финансирует будущий муж. Ты лучше не задавай вопросы, а удели внимание жене. Что ты с ней сделал, изверг?

– У них в семье была двойня, – начал оправдываться Валентин, – я думаю, что будет и у неё. Можно было посмотреть на УЗИ, но я не верю в безвредность ультразвука, да и не поможет ей это. Через три дня родит, тогда узнаем.

– Несправедливо это, – сказала Вера, обняв Светлану. – Нам и вынашивать, и рожать, а вам только получать удовольствие. Когда вы в древности тащили мясо в пещеры, это было обосновано, а теперь многие женщины обеспечивают себя сами. Ладно, что об этом говорить! Кажется, пришёл Иван Алексеевич.

Выяснилось, что отец Светы вернулся из магазинов с двумя сумками деликатесов, чтобы отметить приезд снохи. Валентин обедал на работе, поэтому стол накрыли к ужину, а до этого Вера беседовала с мужчинами. Она уже знала, что Иван Алексеевич три года назад демобилизовался из армии и переехал в Тулу, где у него была доставшаяся от брата квартира. Жену он похоронил за год до ухода из армии, а вторая дочь вышла замуж и жила в Челябинске. О себе Вера повторила то, что уже сказала Валентину, и записала свой московский адрес. К шести часам объединёнными усилиями приготовили праздничный стол. Света быстро поужинала и была отправлена в спальню, а остальные ели дольше.

– Ты так ничего и не рассказала, – в конце застолья сказал брат. – Чем думаешь заниматься?

– Попробую писать книги, – ответила Вера. – У меня прорезался литературный дар, теперь его нужно развивать. Есть и другие таланты, но о них рано говорить. Не знаю, когда смогу вас навестить, но буду звонить. Вам теперь не до поездок, но я надеюсь, что и от вас будут звонки. А отсюда поеду к родителям. Через несколько дней буду в таком месте, где нет сотовой связи, так что пока мне не звоните.

– Болтаешь лишнее, – недовольно сказал глюк, когда встали из-за стола. – Лучше промолчать, чем говорить то, во что не поверят. Предупреди брата, что уедешь завтра с утра. Я не стал говорить из-за развода... Смотрел я сегодня ночью твою работу. Ты должна закончить к завтрашнему дню. Если поедешь поездом, через четыре часа будешь в Дмитрове и успеешь пообщаться с родителями и договориться в клинике.

Валентин расстроился, когда узнал, что она утром уезжает, но не стал отговаривать. У него все мысли были о Светлане, к тому же завтра он должен был идти на работу. Начальство обещало отпустить на два-три дня, но только после рождения ребёнка. Ночью Вера привычно возилась с «икрой», а утром глюк подтвердил, что программа больше не работает.

– Часть ночи ты спала, так что обойдёшься без дневного сна, – сказал он, – раньше ляжешь спать. Теперь в память твоей души можно записать содержимое мозгов пятидесяти человек, и останется место.

– Зачем так много? – удивилась она.

– Во-первых, я уже записал в твою голову больше знаний, чем их у трёх профессоров, – объяснил глюк, – и это только земные знания, да и то не всё. А сколько всего нужно записать! А во-вторых, я не потерял надежды заполучить тебя в жёны, а для долгой жизни нужно много памяти. Её нельзя достраивать, поэтому приходится всё делать за один раз. Если активировать память у того, кто перенёс клиническую смерть, ему было бы мало пользы. При смерти в душе создаётся столько памяти, чтобы можно было записать содержимое мозга, а жить без резерва...

– Второй день не делаю даже утренней гимнастики, – пожаловалась Вера. – То ты заставлял заниматься, а сейчас самой неприятно пропускать занятия.

– Не бери в голову. Это хорошо, что у тебя появились полезные привычки, но сейчас занятия ничего не дадут. После десяти дней лежания в коме придётся восстанавливать форму.

Электричка в Москву отправлялась в десять часов с минутами, поэтому Вера проводила брата на работу, позавтракала и, тепло простившись с остальными, поехала на вокзал. В Москве почти не пришлось ждать поезда на Дмитров, и в три часа она уже взяла такси и поехала к родителям.