Чтение онлайн

Ольга ничего не понимала. Что делает в ее квартире посторонний? Почему ей угрожают пистолетом? Что это еще за Семен, который может ударить ее током? В замешательстве она отступила на шаг и тут же почувствовала за спиной чье-то дыхание. Ее спина уперлась в чьи-то ладони. Наверное, эти и был Семен с электрошокером. Ладони не сильно, но очень настойчиво толкнули ее в сторону кухни.

– Присаживайтесь, – пригласил сидящий за столом, словно это был его собственный дом, и спрятал оружие под полой светло-серого пиджака. – Меня зовут Андрей, а вы Ольга Викторовна Басенко?

– Как вы сюда попали?

– Если вас интересует практический способ, то извольте. Замок я открыл при помощи отмычки. Двух отмычек.

– Практический способ меня совсем не интересует. Что вы здесь делаете?

– Жду вас, как видите. Предвосхищая ваш следующий вопрос, с какой целью, отвечаю: с вами хочет поговорить один человек.

– Кто?

– Он сейчас подойдет. А пока еще раз хочу вам напомнить: не кричать, не пытаться бежать, не пробовать выпрыгивать в окно. Во-первых, это все бесполезно, во-вторых, единственное, чего вы добьетесь, – создадите себе лишние проблемы. А вам это совсем не нужно.

Да, Ольге это было не нужно. Как и не нужно было присутствие в ее доме двух вооруженных незнакомцев.

В дверь постучали. Не позвонили, а именно постучали. Условным стуком.

– А вот и он. Семен, открой дверь.

Почувствовал спиной сквозняк, Ольга повернулась – в двери входил Волков. Андрей молча уступил ему свой стул напротив, сам заняв место за ее спиной.

– Разве мы с вами не простились? Что вы от меня хотите? – холодно поинтересовалась Ольга, хотя на самом деле ее буквально трясло от страха.

– То же, что и полтора часа назад: меня разрывает от нетерпения встретиться с вашим другом.

– А я что собиралась делать? Сказала устрою – значит устрою. К чему было взламывать мою дверь и угрожать оружием?

Сан Саныч вздохнул:

– Наверное, ни к чему. Но ни я, ни мои люди по-другому не умеем. Жизнь так научила, и теперь уже не переучишься. Прошу вас об этом не забывать.

Ольга почувствовала, как словно в подтверждение этих слов к ее затылку прикоснулся металл глушителя. С трудом, но ей хватило выдержки вместо ответа на вопрос потребовать, чтобы стоящий за спиной убрал пистолет.

Сан Саныч сделал перечеркивающий жест рукой. Андрей убрал пистолет от Ольгиного затылка.

– Что вам известно о чемодане с наклейкой? – спросил Волков.

– Ничего. Я ничего о нем не знаю.

– Почему вы спросили меня о нем? Только не вздумайте выкручиваться.

Почему она о нем спросила? А действительно, почему? И так ведь узнала все, что ей было нужно. Так нет, чемодан ей подавай. Черт за язык дернул. Что теперь делать? Рассказать этим людям всю правду? Не поверят. А поверят, так… Кто его знает, что у них на уме. Сыч – единственный, кто смог бы ей помочь. И она решилась. Это был ход ва-банк.

– О нем упоминал мой друг. Мельком. Но я совсем не помню, в чем там дело.

– Чемодан был у вашего друга?

– Не знаю. Возможно.

– Звоните.

– Куда?

– Вашему другу. Живее.

Ольга набрала Руслана Петровича. Он опять не ответил. Подождав, сделала еще одну попытку. Результат оставался прежним.

– Не отвечает.

– Тогда будем ждать, когда ответит. Я очень долго ждал. Подожду еще немного.

Молчаливая пауза затягивалась и угнетающе действовала на нервы. Сидящий перед Ольгой человек, этот Волков, или как его на самом деле, кто его знает, постукивал длинными худыми пальцами по столешнице. Андрей по-прежнему стоял за спиной. Третий, Семен, был у дверей, в коридоре.

– Что было в том чемодане? – спросила Ольга, очередной раз бесполезно попытавшись дозвонится Сычу.

Спросила, потому что не могла не спросить. Не могла просто так сидеть молча.

– Деньги, – просто ответил Волков.

Ольга усмехнулась. Улыбка вышла кривой.

– Как все просто. Могла бы и сама догадаться.

Волков посмотрел на нее с укоризной:

– Да, деньги. Много денег. Почти миллион американских долларов без какой-то мелочи. Для 1986 года сумма совершенно немыслимая. И еще советскими рублями, точную сумму не скажу, но на три или четыре автомобиля «волга» хватило бы. Много денег.

– Боюсь вас огорчить. Мой друг не производит впечатления человека, у которого есть или был миллион долларов, даже по ценам нашего времени. У него и пяти тысяч за душой нет, не то что миллиона. Он на одну зарплату живет.

И тут Волков выдал то, чего Ольга никак не ожидала от него услышать:

– Деньги – ерунда. Не в них счастье.

Наверное, ей полагалось спросить, а в чем счастье, но она, пораженная ответом, молчала. Если сделавшееся саркастическим лицо Семена выражало полное несогласие с мнением своего патрона, то сам Волков, похоже, говорил искренне. Он еще немного подождал и продолжил уже по собственной инициативе:

– Тогда в восемьдесят шестом банда из трех человек совершила налет на главаря международной шайки, которая занималась хищением предметов, представляющих высокую художественную ценность, и продавала их за границу. В шайку входили разные люди. Наши, поляки какие-то с немцами, один пограничный чин из Бреста, кое-кто с таможни. Они как раз переправили крупную партию антиквариата и получили деньги, а Геббельс, так звали главаря троих налетчиков, взял их и увел. И общак воровской тоже увел. Он добирался тогда из Белоруссии, я знал маршрут, по которому он едет, знал время. Я должен был перехватить его, но не успел. Проклятая авария на мосту. Потом тело Геббельса нашли, но чемодана с деньгами при нем не оказалось. Того самого, с наклейкой. Его украли. Провалил я операцию и сам провалился. Конец карьере, конец всему, так по крайней мере мне тогда казалось. Еще тогда я поклялся: кто-то за это мне ответит. Сколько бы лет ни прошло, ответит. Сроки давности не для меня. Чем занимается ваш друг?

– Мелкий служащий. Живет на зарплату, я уже сказала. Не брал он ваших денег.

– Брал или знает, кто брал, разберемся. Звони.

Ольга попыталась еще раз дозвониться.

– Не отвечает.

Волков тоже не отвечал, потому что с головой ушел в воспоминания. Ольга Басенко напомнила о горьком, обидном, нелепом поражении, которое он потерпел двадцать два года тому назад, она же теперь давала ему шанс для реванша. Маленький, призрачный, но все-таки шанс.

Тогда капитану КГБ Волкову удалось не только выследить международную банду контрабандистов, но и внедриться к ним под видом валютного спекулянта. Изворотливый и напористый, он выведал время и место переброски крупной партии антиквариата и художественных ценностей. Всех можно было брать с поличным, но Волкову вдруг показалось обидным отдавать все государству. Он принял решение, которое в корне изменило его судьбу. Никому и ничего он не сообщил. Позволил товару уплыть за границу, а контрабандистам получить за него деньги. Это была часть его плана. Позволить мошенникам накопить жира, чтобы потом… У Волкова и человечек был один на примете. Бывший вор в законе Владимир Баранович по прозвищу Геббельс. Бывший, потому что за нарушения воровского кодекса на сходке авторитетов Геббельса развенчали. Сам он, правда, при этом не присутствовал, иначе корону воровскую с него вместе с головой бы сняли. Волков тогда помог ему сильно, можно сказать, жизнь спас, и теперь пришел черед Геббельса отдавать долги. Но Геббельс пошел дальше. Он с подручными не только вытряхнул кассу у контрабандистов, но еще и взял воровской общак. Такова была его месть блатным. Все равно терять ему было нечего.

Место для встречи с Геббельсом Волков выбрал лично. Дорога после моста шла под пригорок, с которого было удобно наблюдать за движением, в частности нет ли за малиновой «Ладой» слежки. Потом, примерно через километр, они должны были съехать с дороги в сторону брошенного домика лесника, где планировали поделить добычу. Волков брал себе третью часть. Это без общака, на который он не претендовал. Он же должен был снабдить Геббельса и дружков новыми документами, а позже помочь переправиться за границу через одесский порт. На самом деле ничего этого Волков делать не собирался. Из домика лесника ни Геббельс, ни его кореша живыми бы не вышли. Но тщательно продуманный план в одночасье рухнул. Было это и в самом деле случайно или нет, Волков так и не понял. Одно он знал точно – деньги государству не попали. Самому капитану за провал операции с контрабандистами надавали по шапке и перевели с понижением. Хорошо хоть его истинные планы и сотрудничество с Геббельсом наружу не всплыли. Но карьера пошла наперекосяк.