И мнится – голос человекаЗдесь никогда не прозвучит,Лишь ветер каменного векаВ ворота чёрные стучит.И мнится мне, что уцелелаПод этим небом я одна, –За то, что первая хотелаИспить смертельного вина.1917. Слепнево
«Чернеет дорога приморского сада…»
Чернеет дорога приморского сада,Желты и свежи фонари.Я очень спокойная. Только не надоСо мною о нем говорить.Ты милый и верный, мы будем друзьями…Гулять, целоваться, стареть…И легкие месяцы будут над нами,Как снежные звезды, лететь.1914
«Божий Ангел, зимним утром…»
Божий Ангел, зимним утромТайно обручивший нас,С нашей жизни беспечальнойГлаз не сводит потемневших.Оттого мы любим небо,Тонкий воздух, свежий ветерИ чернеющие веткиЗа оградою чугунной.Оттого мы любим строгий,Многоводный, темный город,И разлуки наши любим,И часы недолгих встреч.1914
«Как площади эти обширны…»
Как площади эти обширны,Как гулки и круты мосты!Тяжелый, беззвездный и мирныйНад нами покров темноты.И мы, словно смертные люди,По свежему снегу идем.Не чудо ль, что нынче пробудемМы час предразлучный вдвоем?Безвольно слабеют колени,И кажется, нечем дышать…Ты – солнце моих песнопений,Ты – жизни моей благодать.Вот черные зданья качнутся,И на землю я упаду, –Теперь мне не страшно очнутьсяВ моем деревенском саду.1917
Царскосельская статуя
Н.В.Н.
Уже кленовые листыНа пруд слетают лебединый,И окровавлены кустыНеспешно зреющей рябины,И ослепительно стройна,Поджав незябнущие ноги,На камне северном онаСидит и смотрит на дороги.Я чувствовала смутный страхПред этой девушкой воспетой.Играли на ее плечахЛучи скудеющего света.И как могла я ей проститьВосторг твоей хвалы влюбленной…Смотри, ей весело грустить,Такой нарядно обнаженной.Октябрь 1916, Севастополь
«Бессмертник сух и розов. Облака…»
Бессмертник сух и розов. ОблакаНа свежем небе вылеплены грубо.Единственного в этом парке дубаЛиства еще бесцветна и тонка.Лучи зари до полночи горят.Как хорошо в моем затворе тесном!О самом нежном, о всегда чудесном